Хозяйка лавки "Дикие ягодки"

Глава 13

Я застываю.

— Помолвка? — повторяю я тупо.

— Вы разве не знали, что помолвка послезавтра? — удивляется Марта. — Говорят, будет пол города!

Мир вокруг меня вдруг теряет краски. Послезавтра. В полдень. Именно тогда, когда я буду в особняке Родерика.

— Как... красиво, — выдавливаю я из себя.

— О да! — Марта не замечает моего состояния. — Я так рада, что мне разрешили помочь с украшением зала! Будет столько цветов! И леди Милдрет такая красавица! Золотые волосы, голубые глаза!

Каждое ее слово как удар. Я сжимаю кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

— А генерал рад? — спрашиваю я, и голос звучит чужим.

— Ну... — Марта замолкает. — Говорят, это больше по политическим причинам. Но леди Милдрет такая милая, что я уверена, он полюбит ее!

Я киваю, не доверяя своему голосу.

— Марта, ты свободна, — говорю я. — Спасибо за все.

— Но, госпожа, может, помочь вам...

— Нет, — резче, чем хотела. — Спасибо. Иди.

Марта, смущенная, кланяется и уходит. А я опускаюсь на кровать, и все, что накопилось за день — страх, надежда, теплые чувства — разбивается вдребезги.

Он назначил операцию на день своей помолвки.

Он переживал, волновался, держал за руки. А сам все это время знал, что в тот же день у него помолвка.

"Вот поэтому он так нервничал, — понимаю я с горькой ясностью. — Не хотел, чтобы я помешала его празднику. Отправил меня подальше, чтобы не торчала под ногами."

Кристалл на груди вдруг кажется насмешкой. "Сожмите, и я приду". Да, конечно. Бросит невесту посреди церемонии, гостей, верховного советника. Очень вероятно.

— Придурок, — шепчу я в пустоту комнаты. — Красивый, заботливый придурок.

Злость поднимается во мне горячей волной. Не на него даже. На себя. За то, что поверила. За эту глупую надежду, что я ему небезразлична.

"Ладно, — думаю я, вытирая предательскую слезу. — Ладно. Значит, буду справляться сама. Найду этот чертов артефакт, докажу вину Родерика и получу его состояние. А потом открою свои "Дикие ягодки" и забуду про золотые глаза и теплые руки."

Но почему-то эта мысль совсем не утешает.

Я ложусь в постель, но сон не идет. Я лежу в темноте, сжимая кристалл в руке, и думаю о послезавтрашнем дне.

О том, как он будет стоять рядом с золотоволосой красавицей. А я буду рыться в доме Родерика, рискуя жизнью.

И если что-то пойдет не так... я буду совсем одна.

Утро выдалось серым. Я смотрю в окно на затянутое тучами небо и думаю: как символично.

Сегодня день, когда генерал Кайрен женится на золотоволосой красавице. И день, когда я рискую жизнью, роясь в доме преступника.

— Карета готова, госпожа, — Марта заглядывает в комнату. Она вся сияет от счастья — небось потом побежит украшать зал для помолвки.

— Иду, — говорю я коротко.

Я одета в простое темное платье и дорожный плащ. Волосы собраны в тугой узел. Никаких украшений, кроме кристалла Кайрена на шее. Я несколько раз порывалась его снять, но так и не решилась.

"Пусть висит, — решила я. — Все равно бесполезная штука."

Спускаюсь вниз. У входа меня ждет небольшой эскорт — двое стражников. Кайрена нет. Конечно, нет. Он, наверное, уже готовится к церемонии.

— Леди Вивиана, — один из стражников кланяется. — Мы сопроводим вас до особняка лорда Таленора.

Я киваю и сажусь в карету. Стражники едут снаружи. Пока мы трясемся по булыжной мостовой, я повторяю план в голове.

Западное крыло. Личные покои Родерика. Комната с гобеленами. Фальшивая штора. Тайный проход.

"Найти артефакт, запомнить расположение, уйти. Просто. Быстро. Без героизма."

Карета останавливается у знакомых ворот. Особняк выглядит таким же роскошным, как и в первый раз. Только теперь я знаю, какие тайны он скрывает.

Стражники помогают мне выйти.

— Мы будем ждать здесь, госпожа, — говорит один из них. — Если что-то случится...

— Все будет в порядке, — перебиваю я.

Я иду ко входу. Дверь открывает дворецкий — седой мужчина с надменным выражением лица.

— Леди Вивиана, — он кланяется сухо. — Господин вас ждет.

"Конечно, ждет, — думаю я. — Как магазин налоговую."

Меня ведут в гостиную. Родерик стоит у окна, держа в руке бокал с вином. Он оборачивается, и на его лице появляется улыбка. Фальшивая, липкая.

— Вивиана, дорогая! — он идет ко мне с распростертыми объятиями. — Как я рад тебя видеть!

Я отступаю, не давая ему обнять себя.

— Родерик, — киваю я холодно. — Я пришла забрать свои вещи.

— Конечно, конечно, — он делает вид, что не замечает моей холодности. — Но, может, сначала выпьешь со мной? Мы так давно не виделись!