Хозяйка таверны на трех ветрах

Глава 5. Мари

Женуария ушла, а я, закрыв дверь на задвижку, первым делом скинула ненавистные балетки и огляделась. Чистая просторная комната. Деревянный потолок с массивными балками, полочки на стенах. Большое закругленное окно с рамой, разбитой на мелкие квадраты. Несколько горшков с цветущими растениями на подоконнике и полках делали комнату уютной и жилой, как будто она не стояла без хозяйки пару десятков лет.

Под окном длинный стол, на котором сохранились книги, писчие принадлежности и какие-то флаконы. Большая кровать с тумбочкой и пара зажженных бра в изголовье. Я обратила внимание, как Женуария гасила в зале лампы. Просто подносила руку и прикасалась к днищу фонарика. Попробовала — свет начал тускнеть, пока совсем не погас. Убрала руку и повторила. Огонек появился и снова разгорелся на полную. Хм… любопытно. Датчики или магия?

Впрочем, все это подождет. Я нагнулась и заглянула под кровать. Чемодан, про который говорила помощница, там действительно был. Помедлила с минуту — немного боязно встречаться с маминым прошлым. Что там может лежать? Вздохнув, я все же протянула ладонь, ухватила чемодан за ручку и извлекла на свет. Кожа старая, потертая, а местами даже и с трещинами. Видимо, вещь не щадили, и она много поездила по миру. С замирающим сердцем я отщелкнула металлические замки, удивительно мягкие и бесшумные для такого старого чемодана.

Внутри лежали книги, карты, несколько тетрадей, где маминым почерком были выведены заметки, пара юбок, блуз и жилетов а-ля «официантка — средневековая версия», строгое платье, шляпка к нему, перчатки, пара шерстяных чулок с поясом и… сковородка! Добротная, чугунная. Такая безукоризненно чистая и гладкая, что, похоже, ей и не пользовались. Может, чей-то подарок? Я достала ее и поставила на стол. Снова наклонилась к чемодану, чтобы взять почитать мамины записи и тут…

Сковородка на столе легонько завибрировала, и из нее «выделился» огненный призрачный кот. Еще пара секунд, и он обрел вполне плотную материальную форму, хотя и остался слегка горящим.

— Ой, да ну неужели! Прямо выспаться не дали! — кот фальшиво зевнул. — Пр-рошло-то всего… — он поднес лапу к глазам, словно на ней были надеты часы. — Двадцать два года.

— Прости, пожалуйста! — дрожавшим голосом произнесла я. Имею право! В конце концов это мой первый разговор с котом, когда он к тому же отвечает! — Я не знала, ни что мама мне оставила наследство, ни про тебя, ни про таверну, вообще ни про что.

— Наследство? — голос существа дрогнул, даже языки пламени вокруг как-то резко поблекли. — То есть Кати́ мер-ртва?

— К сожалению, да, уже десять лет.

— Вот оно что… Соболезную. Вообще свободным быть удобно, только вот бесхозным — как-то тоскливо. Давай тогда уж знакомиться, р-раз теперь нам работатьсамимур! — последние слова он произнес так быстро, что я не сразу разобрала.

Но существо уже подало лапу для пожатия. Я протянула в ответ ладонь, однако замешкалась. Котик-то огненный, вон какие всполохи по шерстке!

— Да не трусь! Для своих не гор-рячий!

Я решилась и прикоснулась к пылающей лапе. Она была комфортно теплая и мягкая, абсолютно кошачья на ощупь. Я приободрилась.

— Мари! Приятно познакомиться, Мур!

— Да не Мур-р же, а Ур! — недовольно проурчало существо. — Это др-ревнее имя, «огонь» по-эльфийски обозначает, а не какой-то там кошачий позывной.

— Ой, извини. Я подумала, раз ты кот…

«Брови» на морде Ура возмущенно поползли вверх.

— Какой я тебе кот?!

— Э… джинн, только живешь в сковородке? — предположила я.

— Еще чего! Я никаких желаний не исполняю! Я просто в ней живу. Свободно! Хочу пр-риду, хочу уйду.

— То есть ты можешь ее покинуть насовсем и поселиться… например, в кастрюле?

Ур опасливо глянул на сковородку.

— Могу. Но зачем?! Сковор-родка меня всем устраивает, можно сказать, родовая усадьба. Потом носить тебе ее с собой будет удобно, если что. И как ор-ружие использовать можно. Незаменимая для девушки вещь!

— Фамильяр? — продолжила допытываться я.

— Пф-ф! Ты разве ведьма?!

— Теперь уже и не знаю, — вздохнула я. — Женуария говорит, что во мне есть магия. Но я вообще ничего не умею!

— Ты хр-ранительница перехода между мирами! — поучительно и торжественно произнес Ур. — Я твой хр-ранитель. А поскольку хр-ранитель хр-ранительницы звучит, мягко говоря, не очень, предпочитаю себя называть хр-ранителем хозяйки таверны. Теперь все разъяснил? Или еще вопросы есть?

— Есть. Что ты умеешь как хранитель?

— Могу спать, потягиваться, лапы облизывать…

Спать! Тоже мне помощничек! Видимо, Ур заметил мои расширяющиеся от удивления глаза.

— Шучу, — вздохнул он. — Совсем ты без чувства юмор-ра, хозяйка. Что я могу? Да хоть что! Я же магическое существо! Любые дела по таверне, какие распорядишься. Обережные чары на тебя накладывать. Уму-р-разуму учить. По цепи ходить и сказки рассказывать! Снова шучу! Для последнего мне и барного стула достаточно, к чему архаичный реквизит? Ты же девушка прогр-рессивная.

— А откуда ты про последнее знаешь? Мы же первый раз видимся.

— Так в Эверленде ночные рубашки скромнее, чем на тебе платье! Значит, ты оттуда, где автомобили, эмансипация, гаджеты, виджеты… Был там раз с твоей матушкой. К счастью, вовр-ремя понял, что не мое это место. Жить я бы там мог лишь в смертной форме рыжего кота, без магии и речи. Это ж жесткая дискриминация и фор-рменный геноцид меня как хранителя!

Воспоминания о родном мире вызвали во мне волну тоски. Хозяйка таверны! А если я не умею? Не готова? Хочу назад к ноутбуку и всему, про что Ур только что разглагольствовал. С другой стороны, пути назад все равно пока нет. А здесь вполне неплохо. Необычно. Интересно. Опять же я — и вдруг маг! Неужели получится?!