Хозяйка таверны на трех ветрах

Глава 8. Мари

Ватрушка была превосходная! Тесто прямо таяло во рту, и от наслаждения я аж зажмурилась и чуть ли не заурчала, как кот. Потом запила сдобу слегка остывшим чаем, и, едва успев прикрыть рот рукой, зевнула. Еще раз осмотрела комнату: обычно в гостиницах нашего мира при номерах был санузел. Но в таверне такая роскошь, похоже, не предусмотрена.

Наблюдающий за мной Ур, верно оценив мой взгляд и последующее разочарование, хмыкнул.

— Пошли, пр-ровожу!

И, спрыгнув с кровати, с гордым видом направился к выходу. Я быстро скользнула назад в балетки и последовала за ним. Примерно на середине коридора, кот выразительно остановился около двери, на которой висела недвусмысленная табличка с ночным горшком. Я дернула за ручку — заперто.

— Ясно, идем дальше, — промурлыкал хранитель и направился к лестнице на первый этаж.

Здесь, пройдя несколько шагов по коридору, Ур неожиданно растворился в воздухе. И куда теперь? Хорош проводник, ничего не скажешь! Я двинулась дальше в выбранном направлении и скоро увидела аналогичную табличку. Войдя внутрь, оказалась в небольшой комнатке с двумя дверьми и, как назло, выбрала правую. Как назло — потому что за ней скрывалась не уборная, а светлая комната с огромной деревянной бадьей посредине, в которой блаженно возлежал Кевин. К счастью, над пеной возвышались только голова и верх торса. Я опешила и одновременно разозлилась: откуда ж по мою душу этот красавчик свалился? Уже приоткрыла рот, чтобы извиниться, но услышала вкрадчивое:

— Спинку потереть пришла?

Какой же наглец! Выскочив за дверь и не без опаски рванув на себя соседнюю, я оказалась там, где изначально и планировала. Раз я теперь хозяйка, надо будет развесить на дверях точные таблички. А лучше, если это можно сделать с помощью магии, и вообще установить лампочки, как у нас в рентген-кабинетах: горит — значит, занято. А то ходят тут всякие и не запираются… В идеале, конечно, придумать, как создать удобства в каждой комнате. Хотя бы душ. Вот только осмотрюсь.

…Жених на новом месте мне не приснился. Может, потому что, разозленная самодовольством Кевина, я была слишком сердита, чтобы об этом думать. Может, потому что просто забыла произнести положенную для гадания фразу. И вообще, признаться, после первого брака второй раз наступить на грабли мне не хотелось. И тогда стоило бежать сломя ноги, как только услышала его фамилию — Вселенная же подсказывала, давала знаки! Но я втрескалась, как дура, и с упорством барана их игнорировала. А Кевин даже фамилию не помнит. Вдруг там и еще что покруче?! Да и вообще, с чего я взяла, что приснился бы Кевин? Вдруг меня уже где-то ждет настоящий принц на белом коне? Впрочем, меня и безлошадный устроит, лишь бы человек хороший… Или не человек. Только сейчас пришло в голову, какие передо мной открываются перспективы! Можно же влюбиться хоть в дракона, хоть в эльфа! Даже в оборотня! Хотя… их принцы вряд ли ездят по тавернам.

— Пр-роснулась? — раздалось в ногах.

А, вот что это была за теплая приятная грелочка! Потянувшись, я села на постели.

— Уже да!

— Уже! — хмыкнул Ур. — Уже экипаж заложен и все позавтр-ракали. Только тебя и ждут.

Я быстро подскочила к возникшему откуда-то тазику на столе и стоящему рядом кувшину для умывания.

— Что же не разбудили?! Неловко-то как…

— Кто же станет тебя будить? — недоуменно протянул хранитель. — Ты же хозяйка! Когда хочешь, тогда и встаешь. Куда хочешь, туда и идешь.

«Ишь, какая у меня, оказывается, свобода!» — подумала я, старательно начищая зубы порошком.

Но свобода — это не безответственность. Надо впредь составить себе план и график дня, если я хочу заслуженно называться хозяйкой. Иначе я так и останусь «девочкой за третьим столом» — начальник отдела за год даже не удосужился запомнить мое имя. Надев строгое мамино платье из чемодана, которое пришлось мне впору, со вздохом свои балетки — ноги снова растирать не хотелось, но выбора не было — и собрав волосы в аккуратный пучок, я сообразила, что здесь у меня нет ни шпилек, ни косметики, ни чего бы то ни было. Я распустила пучок и собрала волосы в наверняка непривычный для этого мира простой низкий хвост. Раз ехать до города целых три часа, надо бы взять у Женуарии лист и ручку и составить собственный список.

— Ты со мной в город поедешь? — уточнила я у Ура.

Не то чтобы он мне там был нужен, просто из вежливости.

— Хотел, — как мне показалось, с грустью вздохнул огненный кот. — Но посмотрел, как Женуар-рия одна зашивается, и устыдился. Она хоть и р-работящая, как все гномихи, но у нее не десять рук. Если ты можешь обойтись без моей помощи, то лучше останусь, помогу по хозяйству.

— Конечно! А она гномиха?! — поперхнулась я.

Никогда бы не подумала! Мне они почему-то представлялись совсем мелкими.

— А то кто же!

— Почему она тогда не приняла еще работников, раз средства есть? Или… сюда никого нельзя принимать? Секрет межмирья и все такое?

Ур задумался.

— Можно в принципе. Навер-рное. Только я, сколько здесь живу, никого постор-роннего не видел. Пока я спал, Женуарии сперва младшая сестра помогала, потом подр-росшая дочь. Но обе вышли замуж и уехали. Дочь — всего-то пар-ру недель назад. Я с утра уже таверну осмотрел, гномов расспросил. Хранитель должен быть в кур-рсе всего!

Вот оно, значит, как! Вовремя меня судьба сюда закинула. А может, так и было предопределено? Решив, что погружаться в философские мысли стану как-нибудь потом, а сперва у нас шопинг, я спустилась в зал. Из посетителей здесь находилась лишь пара с двумя маленькими детьми, которая как раз встала из-за стола и направилась к своей комнате. Я вежливо поприветствовала их, с удовольствием осознавая, что понимаю язык. Словно догадавшись, о чем я думаю, Ур пояснил:

— Как хозяйка тавер-рны, ты будешь понимать и воспроизводить любую речь в любом из мир-ров. И даже не замечать этого. Такой у тебя дар. Более того, в тех мир-рах, где нет людей, например у эльфов, тебя будут видеть, как свою. Даже в зеркалах будешь отражаться эльфийкой.