Хозяйка звёздного медпункта

Глава 12

— А вот тут у меня изолятор, — с гордостью окинув взглядом пространство соседнего шатра, сообщил Антон Сергеевич, — здесь и в приёмном отделении всё строилось с учётом моих пожеланий.

Первый этаж изолятора уже хоть как-то смутно напоминал земную больницу. Нет, не больницу — полевой госпиталь! Отдельные боксы тут не предусматривались. Но тем, что стоящие ромашкой койки были высокими — явно предназначались для удобного подхода и проведения манипуляций — изолятор радовал. Никаких напольных лежанок, покрытий и ковров на стенах тут не было — поверхности отделали материалом, похожим на плотный глянцевый пластик голубого цвета.

Всего коек в палате стояло шесть штук, и расстояние между ними оставалось приличным, но, тем не менее, у меня сразу же возник вопрос:

— А что же больные, все в одном месте лежат? И мужчины, и женщины, и дети? С инфекциями и без?

— Эм-м, вот тут я должен немного углубиться в особенности работы нашего медпункта, Таисия, но это позже. Вы хотели уложить спать сына. Мы с женой решили вас пока поселить на втором этаже изолятора, пойдёмте.

Антон Сергеевич подошёл к стволу и открыл дверь, а за ней вместо винтовой лестницы, которая меня, честно говоря, ужаснула своей крутизной, был лифт! Какое счастье! А я и представить себе боялась, как транспортировать больных наверх.

Кабина оказалась большой: заняла весь диаметр ствола. В неё вполне могла поместиться каталка — отлично!

Поднимался лифт медленно и при этом поскрипывал, но доктор заверил, что конструкция вполне надёжная.

— Это мы будем теперь тут жить? — как-то без особого восторга спросил Платон, когда мы вышли.

— Всего неделю, а потом обустраивайтесь по своему вкусу, — утешил его Антон Сергеевич, — кстати, Таисия, сразу нажмите на кровати, которую выберете для сына, синюю кнопку в изголовье, тогда мы с вами услышим, когда он проснётся.

В этой палате стояли всего три койки, а ещё мы, наконец, увидели те самые священные камни. Ствол-опора в верхушке шатра сужался и уходил наружу, а стены сходились вокруг него практически в одну точку. И вот там, под куполом, мерцали синим цветом три больших камня — камня силы.

Я признаться, вообще не прониклась, а Тошка залип, пока я его не потормошила.

— Так, сынок, давай укладываться спать, а после сна будем разбираться с телевизором, — кивнула я на пузатый ящик, стоящий в зоне отдыха перед тремя низкими креслами, и сын принялся раздеваться.

— Я тогда буду вас ждать в приёмном, разберётесь же, как туда попасть? — не стал нам мешать доктор.

— Конечно. Лифт вызывается кнопкой?

— Да-да. Нажмёте, и он приедет, но только вы можете пройти через переход с этого этажа прямиком в манипуляторскую и спуститься там. Чтобы не будить Платона. Дверь я не закрывал, посторонних ведь нет.

— Благодарю, так и сделаю.

Антон Сергеевич оставил нас одних, и я уложила сына в кровать, укрыла мягким одеялом, а сама села рядом и взяла его за руку.

— Ничего, ничего, зайка, обживемся. Купим тебе пижаму.

У нас даже смены вещей с собой не было, и Платон улёгся в трусах и футболке. От этого мне становилось особенно грустно. Вот я растяпа! Хоть бы с «Разящего» халаты с тапочками прихватила. Хотя нет, тапочки у глизеанцев — грех.

— И кружку с Человеком-пауком?

— Всё купим, сынок. И зубную щётку, и игрушки, и с соседями познакомимся...

— И ещё велосипед и подзорную трубу, — пробормотал Платон, засыпая.

— Обязательно. И друзей тебе найдём, и вообще… скучать не будем.

Я не знала, кого я утешала больше: себя или Тошку. Просто тут было всё такое чужое, а остаться жить в больничной палате даже на неделю... Ну тоска же! А ещё надо придумать, чем занимать сына, пока я стажируюсь и потом, когда и работать буду. Эх...

Он уснул, а я поспешила к Антону Сергеевичу в приёмное отделение. Надо успеть узнать о новом мире как можно больше.

Прошла через переход в соседний подъезд, но в процедурке задерживаться не стала. Только отметила наличие хирургических столов, манипуляционных столиков, шкафов с медикаментами и аппаратов, среди которых даже, кажется, рентген был. Ужас ужасный! Я педиатр вообще-то... Я подрабатывала медсестрой во время учёбы в офтальмологии, и на практике была в травме, но что-то мне стало жутковато.

Спустилась поскорее вниз и попала в приёмный покой — своё основное место работы.

А тут меня ждал очередной сюрприз — Антон Сергеевич был не один. За полукруглыми, стоящими у стен шатра столами, сидели двое.

Халкоподобный — однозначно земляк таможенника — инопланетянин в хирургическом костюме и чепчике — синих в оранжевый цветок, разумеется. И дама неопределенного возраста и жутковатого вида — в таком же костюме. Её бледная кожа, щупальца вместо волос, огромные на пол-лица полностью чёрные глаза, маленький носик и кроваво-красные губы — это всё ерунда! Вот четыре руки и длинный лысый хвост…

— Знакомьтесь, Таисия. Это мои верные помощники: Мореле-Гу-Ла — медсестра, она с планеты Виаруда; и Зиирхуун — санитар, прибыл на Глизе с планеты Нуур.