Хранитель с изъяном. Мой крылатый Хаос

Глава 11. Ревность обжигает (от 9.10 II)

– Ты с каких это пор смолить взялся? – возмутилась я, наблюдая, как Бранище тряхнул пачкой сигарет и чиркнул зажигалкой. Отблески огня родили в его глазах недобрые блики.

– С давних. Студенческих, – затянулся Ян и скосился на меня. – Какие-то проблемы?

– Ну что ты! Никаких проблем, – сощурилась я, глядя, как ветер подхватил дым и толкнул обратно. Заполнил крошечное пространство балкона удушливыми клубами. – Нравится – травись на здоровье. Но тебе обязательно делать это здесь и сейчас?

– Как верно заметило твоё создание, – сплюнул из окна Бранов, а я после подобного заявления даже глянуть на Айтера не решилась, – хозяин здесь я. В квартире дымить не хочу, значит, придётся тебе наслаждаться моим обществом, Вознесенская.

Развернувшись к нам лицом и припав плечом к оконной раме, Ян без малейшего стеснения выдохнул прямо перед собой.

– Прошу, продолжайте беседу, – словно дирижёр махнул аспирант рукой, и искорки сорвались с края тлеющей сигареты. – О чём вы говорили? Кажется, ты зазывал её в свой уютный мирок?

Ян с насмешкой уставился на Айтера, а я так и вспыхнула.

– Подслушивал! Бранов, да ты совсем уже, что ли?..

Но аспирант не дал потоку моих возмущений обрушиться ему на голову.

– Это Джахо, – обрубил он, не удостоив меня взглядом. – Передавать мне каждое слово вашего воркования я не просил. То ещё удовольствие, знаешь ли.

– Не просил он, – с сомнением фыркнула я, разгоняя перед носом едкий дым. – Слушай, да какая муха тебя…

Но Айтер меня перебил.

– Почему ты счёл моё предложение об охране Создательницы самонадеянным?

– Потому что защитить её от Чёрного Пса ты не сможешь, – вмиг нашёлся аспирант.

– Откуда такая уверенность? – сложил Император руки на груди.

– От верблюда, – съязвил Ян. Затянулся с самодовольной ухмылкой, но плечи его дрогнули. Из груди вырвался кашель. – Не по тебе… кхе… задачка. Кха!

Я едва руками не всплеснула. Давится ведь! Стоит и давится! Ну что за показуха детсадовская?

– Постой, – протянул Айтер с улыбкой, но каждый мускул его литого тела напрягся. – А не ты ли взял на себя славную ответственность ограждать… Мику, – с трудом выдавил он, – ото всех невзгод?

Император мягко засмеялся, будто нашёл решение сверхсложной теоремы. Протянул руку, норовя похлопать кашляющего Яна по спине. И столько в этом движении было превосходства, что Бранище вмиг ощетинился.

– Может, и взял такую ответственность. Тебе-то какая забота?

– Ровным счётом никакой, – развёл руками Император. – Но ты говоришь, мне не под силу защитить Создателя от Хаоса. Спорить не стану, но чем ты можешь быть полезен? Уж прости, но я не вижу у тебя ни армии, ни магитворцев. Укротитель, что по россказням кошкотской ведуньи должен возобладать над тёмной стихией в тебе, сейчас слаб и немощен. Возможно, крылатая старуха сумеет помочь, как и обещала, – выставил Айтер перед собой ладонь, прежде чем аспирант взялся спорить, – Но до тех пор… Что ты можешь предложить, кроме громких слов?

Ян замер, нахохлился. Я и сама застыла в ожидании. Хотелось вскинуться, перебрать все его заслуги. Зачитать как на суде многочисленные достоинства! Но я молчала.

Понимала – это не моя битва. И не мне за аспиранта ответ держать.

Бранов ещё раз напоследок кашлянул в кулак. Швырнул незатушенный окурок через плечо в темноту окна и, волком глядя на Айтера, с болезненной хрипотцой выдал:

– Всё. Я отдам всё, чтобы уберечь Мику.