Хроники Марионеток. Сила Императора

Глава 2.1.

Когда они вернулись, Акробат при виде хаболака взвился на дыбы, и Рин еле-еле его успокоила. Чудовище уложили на сплетенные веревкой еловые лапы, привязали их к седлу лошади Армана и потащили. Им пришлось идти не по главной дороге, ведущей к Лонгвилу, а в обход через лесок, чтобы никого не встретить, поэтому путь обещал быть долгим. Заринея искоса поглядывала на Фриса и Рин, которые теперь держались рядом, загадочно вздыхала и деликатно покашливала, надеясь, что названная сестра заговорит с ней. Но Рин не особенно интересовало, что думает Заринея. Сейчас окружающему миру доставалась меньшая часть ее внимания, львиная доля была сосредоточена на Фрисе и попытках предугадать дальнейшее развитие их отношений. Очнулась она, когда келпи резко остановился.

«Впереди человек!» – прозвучал в ее голове его голос. Рин мгновенно остановила Акробата и жестом скомандовала друзьям остановиться. Да, кто-то был там, впереди, за деревьями. Чье-то тяжелое дыхание и скрип сапогов, звяканье оружия и стук подошв об землю ясно различались в птичьем гомоне. Фрис уже скрылся между деревьями, Заринея достала револьвер, Арман тоже. Рин собрала Акробата, вынула из ножен Соколиную песню и приготовилась к бою. Связанный хаболак зарычал и заскулил.

Из-за высоких кустов лещины на тропинку вышел гвардеец в алой кирасе и недоуменно уставился на отряд. В одно мгновение Рин понукнула Акробата, конь живо подскочил к гвардейцу и сбил его с ног. С другой стороны подоспел Фрис и оскалил страшные волчьи зубы…

– А-а-а! Нет! – закричал гвардеец и попытался уползти в кусты, но у него ничего не вышло, потому что Фрис придавил его копытом к земле.

– Не убивайте!

В замешательстве Рин опустила оружие.

– Только не убивайте! У меня сын еще младенец…

Арман соскочил с лошади и подошел к пленнику на безопасное расстояние, держа его под прицелом револьвера.

– Кто ты? Что здесь делаешь?

– Я… я гвардеец его величества, – залепетал тот. – Меня Вил звать, я тут это… э-э… на задании я.

– Что за задание?

– Не… не скажу!

Очевидно, Фрис надавил копытом сильнее, потому что пленник вдруг захрипел и задергался.

– Что ты здесь делаешь?

– Не скажу!

Сдавленный хрип повторился.

– Знаешь, я могу делать это целый день, – сказал Фрис, приближая зубастую пасть к лицу гвардейца. – И мне не надоест.

– Не скажу! Не скажу! – заорал гвардеец.

– Подожди, Фрис, – сказала Рин. – Он заклят на верность, так что ничего он тебе не скажет, сколько ты по нему ни топчись.

Говоря это, Рин рассматривала пленника то слева, то справа, но никак не могла понять, почему ей знакомо его лицо.

– Ты не можешь узнать, что в его мыслях? Его прошлое? – спросила она, но Фрис лишь с досадой рыкнул.

– Нет. Уже пробовал. Мощнейший блок на всем, не могу пробиться.

– Тогда мы можем закончить его страдания, – предложил Арман и достал из-за голенища сапога нож.

Рин покачала головой. Она спешилась и села рядом с гвардейцем. Некоторое время девушка просто смотрела ему в глаза, а потом вдруг вспомнила:

– Вил. Из рыбацкого поселка под Синтаром, – сказала она. Гвардеец слово просиял лицом, впрочем, так же быстро его улыбка погасла, когда Рин закончила мысль:

– Ублюдок, который лупит немощного старика и который плевать хотел на свою жену и на младенца тоже.

– Ты… ты! – в ужасе выдохнул Вил. – Как ты тут?..

– Земля круглая. Какого хрена ты здесь забыл? И что это за тварь?

– Я… рекрутом пошел. Денег не было. А это… О-о! Нашли псину мою!

– Поправка: твоя псина нашла меня. И это была самая большая ошибка в ее жизни. Что это за тварь? Как ей командовать?

– Я не… Не скажу!

Рин достала нож и продемонстрировала ему.

– Помнишь эту штуку? Помнишь, что я обещала сделать с тобой?

Вил изо всех сил задергался под копытом Фриса, но Рин схватила его за волосы и прижала лезвие к горлу.

– Отвечай на вопросы.

Но пленник словно этого и ждал от Рин! Вместо ответа Вил схватил ее за руку и вгляделся в глаза. В этот момент ощущение реальности пропало, нестерпимая боль охватила ее от макушки до пяток.

– Тысяча пятьсот седьмой. Защиты не обнаружено. Внедряюсь, – сказал гвардеец. Все повторялось, как на заставе в Къеркенли. В голове зазвучала странная, очень быстрая речь, из которой Рин не могла разобрать ни слова. Следом за речью – шипение. Оно стихло и раздался писк. Вил окоченел, глядя на нее широко раскрытыми глазами. Руки Рин снова двинулись не по ее воле и коснулись висков мужчины. Опять зазвучал странный женский голос: