Хроники Марионеток. Сила Императора

Глава 5.5.

Рин, повинуясь некоему порыву, отстранила Фриса и медленно пошла к оборотню. Приблизившись, она протянула руки, но тот лишь зарычал, испепеляя ее взглядом. Рин не отдернулась – не смогла, некая сила заставляла ее действовать. Она осторожно положила руки ему на плечи и обняла, прижимаясь щекой к мягкой гриве. Оборотень взрыкнул, но не оттолкнул ее. Рин слышала, как гулко и быстро бьется его сердце, как бурлит в горле рык, и как позади затаили дыхание все, кто наблюдал эту картину.

– Перестань. Это правда, – Рин невероятно удивилась, когда услышала собственный шепот. Разгоралось странное ощущение, будто кто-то другой руководил ее телом, она чувствовала присутствие чьего-то еще разума. Рин совершенно не понимала, что имели в виду Тоомо и Фрис, о чем они говорили, лишь надеялась, что это как-то связано со странной историей о Наследнице Альтамеи, и посторонний разум внутри сам знает, как поступить. – Посмотри в мои глаза, сын леса. Ты видишь истину, ты слышишь истину. Да, я возвращаюсь.

– Тогда почему мы до сих пор здесь? – прорычал оборотень, снова обнажая длинные клыки. Но Рин чувствовала, что он уже не нападет на нее, поэтому не боялась ни его страшного оскала, ни звериной силы. – Почему не атакуем Анарвейда? Мы так долго ждали! Почему ты ничего не делаешь, чтобы все исправить?!

– Все случится совсем скоро, – пообещала она и услышала, как сзади подходит Фрис.

– Сейчас не время, – сказал он.

– Я не хочу слышать ни слова от предателя семьи! – вдруг разъярился оборотень, подскочил на месте, и Рин едва успела увернуться от удара хвостом. Его шерсть вздыбилась, словно у сердитой кошки, глаза сверкали, вся поза выражала готовность броситься на врага и разорвать в клочья. Да, этот оборотень был совсем другим… Не мягким и мудрым, как Тоомо, а яростным, диким; от ненависти ко всему роду человеческому в его жилах кипела кровь, громадная сила зверя требовала выхода.

– Сын мой, прошу, не называй моего брата предателем семьи, – мягко попросил Тоомо, но в голосе его послышались стальные нотки. – А то я рассержусь.

Видимо, пиетет перед Великим был сильнее, чем ненависть по отношению к Фрису и тем, кто взял его в плен, потому что оборотень виновато опустил голову и прижал уши, будто нашкодивший щенок.

– Посмотри, что ты наделал! – продолжил Тоомо и указал на Рин, которая вдруг обнаружила, что сидит на земле и со страхом смотрит снизу вверх на оборотня. Тот с сомнением еще раз заглянул в ее глаза и неуверенно протянул когтистую лапу. Рин ухватилась за нее, он помог ей подняться и молча направился в лес.

– Я еще не закончил с тобой, сын мой, – строго остановил его Тоомо. – Вернись сюда и ответь на вопросы.

Оборотень замер, затем неохотно повернулся и подошел на пару шагов.

– Ближе! – приказал Тоомо, и только когда подчиненный застыл в паре шагов от него, спросил: – Почему ты казнил убийцу аирга без совета со мной?

– Прости меня, Великий! Я украл эту месть по незнанию. Я не знал, кто должен отомстить, а убийцу нельзя было оставить в живых.

– Теперь ты знаешь, что месть за погибшую женщину принадлежала Старейшине аиргов. Как ты готов расплатиться за украденную месть?

Рин, конечно, знала, что кровная месть – это важная традиция, но никогда не думала, что она может быть украденной. И совсем не предполагала, что оборотни могут чтить традиции аиргов больше, чем… Больше, чем некоторые аирги.

– А где старейшина Кейске? – спросила она, и, увидев испуг во взгляде треххвостого оборотня, разволновалась не на шутку. – Что вы с ним сделали?!

– Незачем так кричать, я здесь, – послышался глубокий голос, и спустя несколько секунд из-за большого куста цветущей астириники вышел Кейске. Тоомо приветственно кивнул ему, аирг ответил почтительным поклоном.

– Под лунным светом правда расцвела, и две дороги мне видны, – сказал он на аириго, подойдя ближе. Кейске держался с достоинством, в желтых глазах не было ни тени страха или беспокойства. Тоомо мягко улыбнулся, и его длинные белые усы встопорщились, а глаза заинтересованно сверкнули.

– Но правда лишь одну из них осветит, – ответил ему Тоомо. – Под яркими лучами правды видна дорога ровно до тех пор, пока себе не лжешь.

– Твой сын мне прошлое открыл, Тоомо, и он сказал, чье имя было произнесено в последние секунды жизни Маэми. Теперь все заблуждения мои, как дым растаяли. Я видел, чувствовал и не ошибся. Решение готов принять.

– Что за украденную месть ты хочешь?

– Помощь. До Иствана известия весьма тревожные дошли – в крепости к северу отсюда страшнейших бестий армия таится. Их тысячи, и сила их ужасна. Свирепые создания без капли страха и иных эмоций. Лишь жажда крови ими движет.

– Я слышал о таких, – нахмурился Тоомо, и его взгляд стал суровым. – Их создал человек, и мне те твари неподвластны. Я даже горнидов сумел ввести в цепочку мирозданья, но эти бестии противны миру, и ни в одно звено не попадают.

– Их называют хаболаками, – вмешалась Рин. – Их создал волшебник по имени Макс.