Я не люблю таких как ты

Глава 22.

Глава 22.

Первое, что увидела Альба, когда открыла глаза, был невысокий белый потолок. Совершенно незнакомое помещение пугало ее. Где она, кто она? Память отказывалась отзываться. Она скосила глаза и увидела на каким-то сиденье похожем на стул, молодого красивого мужчину, который спал, положив голову на скрещенные на коленях руках. Он услышал, как она начала шевелиться, резко поднял голову, сполз со своего сиденья и упал рядом с ней на коленях, взял ее за руку.

- Альбинка моя, ты… ты жива, - выдохнул он и прижался губами к ее руке, зажмурился, но Альба успела увидеть, как в его глазах блеснули слезы.

Она всматривалась в лицо мужчины и не могла вспомнить, кто это такой.

- Кто Вы? - прошептала она, стараясь отобрать у него свою руку.

- Григорий. Ты не помнишь меня? - между его бровями пролегла складка. - Любимая, ты помнишь, как здесь оказалась? Что с нами произошло?

- С нами? - она вновь обратилась к своей памяти, но та молчала, словно белый лист. - Скажите, кто я и почему здесь?

- Ты моя любимая девочка Альбина. Ты упала с лестницы, ударилась головой. Но уже все позади, врачи говорят, что все страшное уже позади.

- Врачи? - слово было для нее не знакомым.

- Да, самые лучше врачи. Тебе сделали операцию, сказали, что теперь все будет хорошо.

- Альбина, - она тихо произнесла имя, названное мужчиной, словно пробуя его на вкус. У нее создалось впечатление, словно это имя было знакомым, но каким-то чужим. И она еще раз тихо произнесла: - Альбина.

В это время в странную комнату, где они находились, вошел какой-то человек в странном костюме светло-зеленого цвета, присел на стул, который ему уступил мужчина, назвавшийся Григорием.

- Добрый день. Как Вы себя чувствуете? - спросил он и стал светить ей в глаза какой-то палочкой, потом прикладывал к груди какой-то холодный кругляш, который висел у него на груди, который почему-то она назвала «лекарский артефакт».

- Не знаю, - ответила Альба. - Я ничего не помню.

- Та-а-а-ак, - проговорил мужчина и продолжил осматривать ее, а также какие-то пищащие рядом с ней предметы, от которых к ней тянулись какие-то… она не находила слов для названия этого. - Общее состояние уже хорошее, можно сказать, что вы заново родились. А память должна вернуться, не переживайте. После таких травм это иногда бывает. Думаю, что Ваш муж поможет все вспомнить.

- Муж? - она снова прислушалась к своим ощущениям, но это слово не нашло отклика в ее душе.

- Ну да, Григорий Олегович. Он все время находился с Вами и обещал быть рядом, пока вы здесь. Могу сказать, что Вам придется побыть у нас пару недель, потом посмотрим.

Потом мужчина поднялся и вышел, а Григорий снова занял стул возле ее постели.

- Прошу, скажи, где я?

- В больнице. Я привез тебя сюда, когда ты упала с лестницы. Альбина, я думал, что умру, когда ты лежала там на полу и не дышала. Знаешь, я должен многое тебе сказать, попросить у тебя прощения, покаяться перед тобой. Если разрешишь, я всегда буду рядом с тобой и никогда больше не обижу тебя. Я слишком поздно понял, что ты не такая как все, что с тобой нельзя как с другими. Ты единственная, ты моя любовь, моя жизнь, мое сердце. Я сразу должен был тебе это сказать и просить у тебя прощения, но я был молод и очень глуп. А потом было уже поздно.

- Подождите, - она остановила поток слов мужчины, с трудом понимая, что он говорит. - Я совершенно ничего не помню, поэтому ничего не понимаю, о чем Вы говорите.

- Хорошо, - он взял ее руку в свои ладони и прижался к ней своим лбом. - Я буду ждать, любовь моя. Просто поверь, что все будет по-другому. Я никогда не обижу тебя. Я люблю тебя.

- Григорий, можно попросить рассказать мне кто я? - попросила она, вновь разглядывая его лицо, заглядывая в глаза, в которых она видела грусть, отчаяние, боль и безграничную любовь.

- Да-да, я все расскажу. Все как есть, пусть это будет моим покаянием. А ты уже потом решишь, дашь ли мне последний шанс стать тем, кто будет хранить тебя и любить.

Он уже собрался начать рассказывать, как у него что-то зазвонило в кармане. Мужчина достал какой-то незнакомый Альбе предмет, приложил его к уху. Почему-то проскользнула мысль «артефакт связи», но почему пришла такая мысль, она не могла понять.

- Да, Владимир, - ответил Григорий, поднимаясь со стула и отходя к окну, за которым светило яркое летнее солнце. - Я уже сказал, что между мной и Клавдией больше ничего нет, наша помолвка расторгнута. Я никогда не женюсь на твоей дочери. У меня есть другая любимая девушка, которую я люблю очень давно… Не надо мне угрожать, я давно тебя не боюсь… Да плевать мне на тебя и твои связи… Я все сказал… Да, я готов к войне с тобой.

Он закончил разговор, постоял какое-то время лицом к окну, потом повернулся к Альбе.

- Извини.

- Ты должен был жениться на другой? - спросила Альба. Какие-то смутные воспоминания начали просыпаться у нее в голове, словно запорхали мотыльки.

- Да, но меня просто вынудили к этому шагу. Я слишком многим обязан этому человеку. Я все тебе расскажу.

- И ты отказался ради меня? - Альба вдруг поняла, что этот мужчина нравится ей.