Я – сердце Кощея, или Бессмертный, ты попал!

5

Кощей Бессмертный, Бесстрашный и Озадаченный

***

— Ты когда-нибудь видела нечто подобное? — обратился я к Кладенцу, присев на корточки и пропуская сквозь пальцы пепел.

— Никогда, — отозвалась она, вышагивая вокруг того, что осталось от деревьев. — Даже вариантов нет, что их так… подкосило.

— Подкосило? — криво усмехнувшись, я поднялся на ноги, отряхивая ладони. — Их в труху превратили. Но я не чувствую никаких воздействий. Ни внешних, ни внутренних. Земля чистая. Зелья тоже исключаем.

Выпустив тьму, я снова решил перепроверить. Чисто. Никакой ворожбы здесь не было. Вокруг была лишь магия самого Чёрного леса, не испачканная никаким чужим воздействием.

Да и откуда ему было взяться? Чужаков не было. Никто не мог сюда проникнуть незамеченным. А даже если и случались неприятные инциденты, то человека быстро находили. Или не совсем человека…

— Может короед какой? — внесла предположение меч, но поймав мой скептичный взгляд, нехотя признала: — Глупость. Согласна.

Переглянувшись, мы пошли дальше по следу из превратившихся в подобие пепла деревьев. Я пытался анализировать, выявить систему, но… её не было. Как и следов посторонней магии. Как я ни старался, найти ничего не получалось. Словно деревья сами по себе решили внезапно превратиться в труху.

— Тебе не кажется, что здесь стало тише, чем обычно? — спросил я, продвигаясь вперёд, продолжая сканировать пространство тьмой.

И не чувствовал ничего живого, кроме нетронутых неведомой заразой деревьев.

Обитатели леса словно сбежали отсюда, оставив именно этот участок абсолютно пустым.

— Кажется, — согласилась со мной Кладенец. — Кощей, мне неспокойно как-то. Если это магия, то почему мы не чувствуем? И по какому принципу выбирались именно эти деревья?

Моя интуиция тоже подсказывала, что дело не чисто.

И чем дальше я шёл по следу, тем тягостнее становилось предчувствие.

— Ничего не понимаю, — прошептал я, остановившись и отправив тьму до самого Мёртвого озера. Вот только отклика не получил. — У нас пропало озеро? — с усмешкой спросил сам у себя, под непонимающим взглядом Кладенца. — Украли?

— Что?

— Вода не откликается, — пояснил я, ускоряя шаг и направляясь к озеру.

След из уничтоженных деревьев вёл именно туда. Возможно там и кроется разгадка… как я думал, пока не оказался на берегу.

Увиденное объяснению не поддавалось. Никакому.

— У нас украли озеро, — чуть ли не по слогам повторила Кладенец, как и я, неверяще осматриваясь.

Пепел.

Вместо Мёртвого озера мы увидели лишь огромную яму, с толстым слоем пепла.

И снова ни единого следа чужой ворожбы.

— Здесь где-то должна куститься на зиму шишига, — припомнил я, обходя береговую линию и пытаясь призвать её тьмой на разговор. — Не идёт. Клава, просмотри лес. Где шишига?

— Не очень далеко, — спустя минуту отозвалась меч. — Минутах в тридцати от нас… она передвигается. Убегает?

— Её что-то спугнуло, — сделал я вывод. — Что-то, что уничтожило озеро и деревья. И…

Я замолчал, не зная, кто мог сделать такое. Из ныне живущих – никто. Я знал всех созданий, всех порождений света и тьмы. И даже если предположить, что кто-то научился новым трюкам – это не объясняло того, что я не чувствовал остаточный магический след. А он был у каждой ворожбы. У каждого существа, будь оно живим или мёртвым.

— К родителям? — внесла предположение Кладенец. — Попросим Елену пообщаться с живностью? Вдруг, те же волки что-то видели?

Дар моей мамы действительно мог бы помочь, вот только…

— Боюсь, даже если кто-то из зверей видел это, — я указал рукой в сторону того, что осталось от озера, — то объяснить, как бороться, не смогут. Давай сразу к Мракьяну. У Алатыря сегодня внеплановый приёмный день, — добавил я, призывая чёрный огонь и перемещаясь во владения мужа родной сестры.

Отец передал мне Кладенец пять лет назад. И лишь благодаря Мракьяну я всё ещё не потерял контроль над силой, не имея при этом законной супруги. Магия меча так устроена, что в какой-то момент человеческое тело не выдерживает её и чары нужно разделить. В идеале – со своим «сердцем». Вот только Мракьян уже просматривал мою судьбу и подходящую девушку не увидел.

А устраивать смотрины, выбирать не чувствами, а чувством долга…

Зачем, если Мракьян убирает излишки магии меча, давая мне время жить спокойно, не боясь, что я потеряю контроль над тьмой? Вот и я считаю, что незачем. Родители не одобряют, конечно, но…

Им легче. Мама была папиным «сердцем». Наречённой. Суженной. Той, одного взгляда которой хватило, чтобы папа пропал, как он сам любит говорить.

— Коша! — стоило мне переместиться в рабочий кабинет Мракьяна, как первой меня заметила сестра.

Она стояла, уперев ладони в столешницу, явно что-то высказывая своему супругу до моего появления. И если судить по недовольному лицу самого Мракьяна, либо высказывания ему не нравились, либо… я пришёл не вовремя, прервав речь на самом интересном месте.