Я узнаю тебя по фото

8

Глава 8

Валерия

Никита ушел сразу, как только мы вышли из-за стола. И  никакие уговоры на него не действовали. Моего взгляда он избегал, но пару раз я ловила его на том, что он смотрит на меня. И мне казалось, что он словно убегал от чего-то, скорее, от кого-то…

‒ С Никитой что-то произошло? ‒ не удержалась и задала прямой вопрос о нём Оле, когда помогала мыть посуду после ужина.

‒ В смысле? ‒ она развернулась, домыв последнюю тарелку. ‒ Как я его помню, он всегда был таким серьёзным. Правда, знаю-то я его только около шести лет, как познакомились с Максимом. А почему ты спрашиваешь?

‒ Просто я знаю его совсем другим. Точнее, знала. Весёлым, лёгким на подъём, душой компании, ‒ и уловила на себе весьма удивлённый взгляд Оли. ‒ Из писем Максима, не лично.

‒ Никита писал тебе? ‒ жена брата удивленно вскинула брови, с интересом изучая меня, вытерла руки и присела на стул. ‒ И ты молчала об этом?

‒ Да так, было всего пару писем. Это Максим больше писал мне о нём. У меня даже есть несколько фотографий Никиты, где они вдвоём с братом. Он как-то написал, что очень рад, что в его жизни появился человек, которому он полностью может доверять. Я и попросила прислать снимок. Затем начала расспрашивать о Никите. Дальше уже почти в каждом письме брат сам с удовольствием писал о проделках друга. Но после подписания контракта Макс почти не писал о нём, только упоминал: то они на учениях, то готовятся к параду, то прыгают с парашютом. И вот мне стало интересно, с чего с ним такие резкие перемены. Я ведь представляла его совсем другим. Тем более, после я уже ничего не знала о нём. Макс больше фотографий не присылал, ‒ я всё еще стояла, облокотившись на шкафчик кухонного гарнитура, утаивая многие факты о нашем «общении». ‒ По телефону было неудобно спрашивать о нём. Ведь, по сути, я ему никто, чтобы расспрашивать о нём.

‒ Интересно получается. Покажешь мне тот снимок и письма, если хочешь, конечно, ‒ я кивнула, понимая любопытство Оли.

Мы засиделись с ней допоздна, читая письма Макса. Изучали одно письмо, затем и остальные. И так до последних строк, что я сохранила. Дальше Оля вкратце рассказала о нынешнем Никите. История получилась не на пять минут, и мы засиделись допоздна.

‒ Теперь понятно, почему и сам Никита каждый раз справлялся о твоих делах, когда бывал у нас в гостях. Поверь, бывал он у нас часто и засиживался допоздна. Сегодня же убежал, как ужаленный. Я всё не могла понять, откуда у него такой живой интерес к тебе. Оказывается, вон оно как дела обстоят.

Её слова меня удивили. Раз он спрашивал обо мне, так почему сегодня себя так странно повел?

‒ Что же вы тогда сегодня вели себя друг с другом как совершенно незнакомые люди? – задала Оля вопрос, убирая опустевшую бутылку вина, Как раз в это время на пороге кухни появился Макс, давая мне возможность не отвечать его жене.

‒ А что вы тут всё имя Никиты повторяете? ‒ скрестил он руки на груди. ‒ Мне уже начать ревновать и готовиться к разукрашиванию его рожи? Думаю, ему пойдут очки.

Мы, хихикая, переглянулись с Олей.

‒ И думать не смейте о нём, ‒ пригрозил он нам пальцем, но его слова вызвали у нас очередной приступ смеха.

‒ Пойдем спать, морду он бить собрался. Не абы кому, а лучшему другу. Спокойной ночи, Лерочка.

И Оля утащила брата спать, напоследок подмигнув мне. Я успела приложить палец к губам, чтобы она молчала. Затем собрала все письма, связала их ленточкой и положила обратно в шкатулку. Взяла в руки фотографию, где Максим улыбался вместе со своим другом. Словно два разных человека: нынешний Никита и тот молодой улыбчивый паренек на фотографии… Можно подумать, что они близнецы, только вот факты говорили об обратном. И Никита упорно не хотел выходить из моей головы, забивая собой все мысли. Мысленно выругалась и начала считать овечек. Но они мало чем помогали. Я снова и снова возвращалась к мужчине, который мешал мне уснуть и растревожил моё спокойствие…