Яромила. Ледяная княжна

Глава 10

Время и пространство потеряли значение, я тонула в воспоминаниях Яромилы, как в омуте. Они хлынули бурным потоком, стоило мне погрузиться в туманное марево сна. Яркие, живые, осязаемые. Передо мной проносились детские годы, потеря матушки, её уроки, горе отца после смерти любимой жены, учёба княжны с церковным дьяком. Наши сознания взаимопроникали друг в друга, и не понять, где была Виктория Северцева, а где княжна Яромила Владимировна. Я переживала её чувства, её эмоции, запоздалой болью резануло сердце воспоминание о потере отца. Ощущала, как по лицу текут слёзы, и не понимала, во сне это или наяву.

Иной раз перед глазами начинали виться морозные узоры, лёд заключал меня в кокон, словно оберегая от чего-то. Я смотрела на своё отражение и видела, как пылает вокруг меня ало-карминовое пламя, ближе к телу переходящее в синеву. И глаза… Из карих они стали льдисто-голубыми.

Я нашла ответы на все вопросы, вернее, вспомнила. И про воинов, чей пустой взор так поразил меня у дяди Евсея.

- Когда-то только князья, да ближние их владели магией, - звучал в моей голове голос отца, - но потом жениться начали княжичи на простолюдинках.

- Разве можно так, тятенька? - маленькая Яра пытливо заглядывала в глаза князя.

- Они не по-настоящему женились, вырастешь, поймёшь, - смутился тогда отец.

- Понарошку? Это забава такая была? - не унималась маленькая княжна.

- Можно и так сказать. Хватит. Я не об этом, - оборвал меня Владимир, - так вот, когда детки одарённые стали рождаться у людин (прим. автора - свободные крестьяне, члены сельской общины, участвующие в ее жизни и вечевых собраниях), смердов (прим. автора - основная масса крестьян, земледельцы, прикреплённые к земле) и холопок простых, князья посоветовались и решили их на службу поставить, дабы силу волшебную крестьянской кровью не разбавлять. А девиц-чародеек вторыми жёнами себе бояре брали.

- Как это? - пискнула княжна. - То понарошку женятся, то вторыми жёнами берут. И у тебя есть вторая жена, папенька?

- Нет, - шутливо щёлкнул по носу отец Яромилу, - никто мне кроме матушки твоей не нужен.

- Разве не перед богом люди венчаются? Дьяк Архип говорил: никто такой союз разделить не в силе. А про вторых жён он не сказывал.

- Мала ты ещё, Ярушка. Вырастешь, всё узнаешь.

И снова княжна беседует с отцом, только постарше она уже. Идут они к гриднице, где живут дружинники Словенска.

- Сейчас увидишь, Яромила, как чародеев из крестьян на службу ставят, никого не допускают сюда, однако ты княжна, тебе многое знать надо.

В просторной избе, что примыкала к гриднице, увидела Яра мальчишек от десяти до четырнадцати лет. С ними были наставники, хмурые седые кмети, которые уже не принимали участия в битвах, лишь заботились о молодых ратниках.

Юнцы сидели рядком на лавках с большими кружками в руках, откуда шёл едва различимый парок.

- Каждому пить до дна, - поучал их старик-наставник, - палки, что дали вам ранее, после того, как отвар примете, зажмите в зубах, чтобы от боли языки не пооткусывать.

Мальчишки боязливо переглянулись между собой. Наставники нахмурились.

- Без этого настоящим воином не стать, - резко сказал один из них, - пейте.

Будущие ратники принюхались к напитку, поморщились и судорожно глотая, осушили кружки до дна. Не прошло и минуты, как их тела начало выворачивать судорогами, глаза закатились, наставники кружили над своими подопечными, кого придерживая, кого отодвигая от лавки, чтобы голову не расшиб. Не знаю, сколько это продолжалось. Яромила, вцепившись в руку отца, широко раскрыв глаза, смотрела на испытание. Сколько времени прошло - неведомо, только мальчишки по одному начали открывать глаза: пустые, холодные.

- Встань, - к каждому подходил высокий кметь лет сорока.

Парни поднимались, занимая место у стены, безвольные и безмолвные, точно страшные ожившие куклы.

Яромила отпрянула от окна, откуда наблюдала за жестоким превращением, и я очнулась.

- Яра! Как же ты нас напугала! - надо мной склонилась Голуба. - Как ты?

- Н-нормально, - язык еле ворочался, прилипая от жажды к нёбу, - водицы бы испить.

- Сейчас, сейчас, - сестра сделала знак чернавке, и та поднесла кружку.

Утолив жажду, огляделась кругом: горница с высокими сводами, в углу печь изразцовая, стены коврами завешаны.

- Где мы?

- В княжьем тереме, - ответила Голуба, - меня допустили ухаживать за тобой. Ай да шороху ты навела! - сестрица тихо рассмеялась. - Пока тебя лекари опекали, по приказу Александра, тятенька домой приехал, поведал нам всё, что случилось. Ох и осерчала маменька, сама к терему поспешила, бояре, что с вами вместе пировали, разъехаться ещё не успели. Матушка бороды-то им знатно прорядила, - Голуба расхохоталась в голос. За ней и я развеселилась, представив эту картину, как разбегались от Авдотьи Матвеевны степенные мужи, опасаясь гнева боярыни.

- Сколько же я здесь?

- Так со вчерашнего, - Голуба что-то тихо сказала чернавке, и та вышла из спальни, - с тобой князь говорить желает.

- Ты за ним послала? - испугалась я.