Юлий Цезарь против Александра Македонского

Воины римлян

Антоний одобрил:

  - Да прославится сияние Юпитера!

  Несмотря на тысячи убитых, лавина галлов снова пришла в движение, она напоминала израненного вепря, который еще не успел истечь кровью и по-прежнему свирепый

и опасный бросается на охотника. Кроме того, галлы стали метать в стены дротики, и камни. Их варварские племена еще не научились в совершенстве владеть луком,

 стрелы слишком тяжелые, чтобы вести эффективны обстрел из основной массы воинов, но на случай вылазки они еще могут сыграть свою партию.

  Варвары-галлы идут по трупам, не обращая внимания на пылающие под ногами костры. При этом вверх летят копья, а один из варваров так ловко метнул секиру,

 что она снесла голову легионеру.

  Хотя потери римлян по-прежнему сравнительно невелики, но галлы сохраняют подавляющий численный перевес, а из леса выбегают новые завывающие толпы.

  Марк Антоний еще очень молод, хотя плечи у него широки, они способен пронести на себе целую дюжину рослых легионеров, или даже пробежаться с ними.

 Будучи еще безусым юнцом, он сумел вынести во время пожара из публичного дома, сразу шесть полуобнаженных гетер, потом еще и ублажить их.

 Марк славился не только, как великий воин, не боящийся вступать в бой с чемпионами-гладиаторами, но и как искусный любовник.

В армии Цезаря он первый из первых, мечей, готовый идти, куда прикажет великий.

  Галлы снова лезут на стены, а смола у римлян кончилась, и приходится встречать противника ударами мечей, а также секир и копий.

 Вот уже в одном галлы под предводительством Жанна Бесстрашного уже оседлали одну из башен. Сам Жанн не смотря на огромный рост, очень быстрый, и ловкий.

Плечи широкие, а талия узка. Он сражается обнаженным по пояс, и при этом орудует двумя мечами. А мускулатура у него, что позавидует Геракл.

  Марк Антоний тоже нетерпеливо перебрасывает из рук в руки мечи:

  - Разреши мне ударить великий!

  Цезарь, не торопясь, спокойно заложил стрелу в лук, он хитро прищурил глаз, ответил:

  Приказ командира во время войны,

  Когда вокруг стрелы звенят!

  Исполнен любви и огромной цены,

  Священен, для римских солдат!

  Не смотря на то, что Жанн стремительно движется, Цезарь предугадывает его движения, точны выстрел и стрела рассекая воздух, вонзается в мускулистую грудь,

 прямо под сердце. Бесстрашный падает, из полного крупных лошадиных зубов рта хлещет кровь. Варвар захлебывается, быстро умирая.

  Цезарь шепнул:

  - Жаль в нашей армии, я бы доверил ему когорту!

  Марк выдохнул:

  - Ты как всегда мудр великий Цезарь!

  Цезарь повыше вскинул голову:

  - Правитель, что любит сладкую месть, имеет интеллект мухи! Возможно, знай Жанн хитрые приемы нашей армии, он бы сумел бы овладеть крепостью.

А пока следи за ходом боя.

  Римский полководец, снова на сей раз куда быстрее зарядил лук и выстрелил, затем повторил выстрел, выбирая вождей галлов.

  К счастью для римлян, большая часть лестниц у галлов сгорела, и они не могли сразу швырнут на римлян все свои силы,

а собралось их тут более двухсот пятидесяти тысяч. Никогда еще Риму не противостояло столько солдат в одном месте.

У Цезаря всего два легиона в крепости, двенадцать тысяч легионеров. Соотношение сил, более двадцати галлов, на одного римлянина.

  Цезарь тоже волнуется, но его лицо хранит непроницаемость маски. Помнится еще в юные годы, он попал в плен к пиратам.

 Они запросили за еще безбородого юношу весьма большой выкуп двадцать золотых талантов. А талант это кусок золота, чуть меньше размером, чем куриное яйцо.

Хотя Цезарь и племянник Мария (легенды единственного патриция сумевшего семь раз быть избранным консулом Древнего Рима), но кажется для юноши,

 едва вступившего в возраст частичной дееспособности и получившего право на брак. (Для мальчиков с 14 лет), это огромная сумма, и ни кто не захочет её платить.

 А значит смерть или рабство.

  Цезарь в ответ рассмеялся пиратам в лицо. Он сказал, что его слишком низко ценят, а он о себе думает куда лучше и сам назначает за себя выкуп - 50 талантов.

 Заросшие, вонючие пираты обрадовано, загалдели. Один из них даже на радостях распорол себе живот об секиру морского брата.