За... Или замуж за дракона.

57 Она кухарка!

- Прошу меня простить, Анемона, — вернулся я в сад. — Наш звездочет скоро придет.
- Тогда я продолжу вам свой рассказ о себе.
- Конечно, — усаживаюсь на подколотник лавки рядом с ней. — С удовольствием послушаю вас.
- О, вы меня засмущали совсем... — улыбка снова посетила ее лицо.
- А я буду называть вас, моя загадка, — выдыхаю я, немного приближая свое лицо к ней.

Она не отстранилась, а, наоборот, немного даже потянулась ко мне...

- Как вам будет угодно, ваша светлость...
- Ну, вы можете называть меня просто по имени, Эуэ, — отвечаю.

И снова улыбка посетила ее лицо. Но почему-то мне все они кажутся фальшивыми.

«Конечно»! — тут же вылез мой дракон. — «Только у нашей Маши улыбка настоящая»!
«Ага! И где ты ее видел»? — осадил я его и увидел ее в дверях с подносами в руках.

- Явилась! — восклицаю.
- Вот кексы, — ставит она поднос на столик с напитками.

А маменька, смотрю, кивает ей.

- Итак, я позвал вас, чтобы сообщить...

Маша вдруг заулыбалась!

«Да нет, она просто смеется надо мной»!

- Сообщить о том, что в этот раз правила поменялись и вам самим надо доказать, что вы достойны стать моей невестой и в скором времени женой! — выпалил я.
- Как? — Анемона аж подскочила на лавке.
- Но, Эуэ? — маменька воззрилась на меня. — Как же так-то?
- Так звезды показали, — отвечает Фирс.

Я с благодарностью взглянул на него.

- Мы не властны что-либо сделать, — пожал он плечами. — Но таковы желанья звезд. И нам предписано их исполнять.
- Кексы не желаете? — слышу голос Маши.
- А что это с ними? — восклицает маменька.

Анемона скривилась. Я же сложил руки на груди. Фирс уселся на свободную лавку.

- Вот эти, с раскрытыми шоколадными цветами — шоколадные кексы. А с бутонами — обычные, — объясняет Маша.
- Интересно... — проговорила маменька. — Никогда такого не видела. И их можно есть?
- Конечно! Это же шоколад, — улыбается Маша.

Я завороженно смотрю на ее улыбку.

«Ну что я тебе говорил»! — дракон снова ожил во мне с особой энергией. — «Вот настоящая улыбка»!

- Обычно же им только сверху поливают, — удивляется маменька.
- Да обычный шоколад вообще так едят. Это у вас Леея им почему-то кексы только поливает. Лично я люблю просто шоколад в плитках. Молочный с орехами и изюмом.
- Что? Его готовят как-то еще? — удивляется маменька.
- Ну конечно! Если хотите, я приготовлю, — выдала Маша.

Анемона, прислушиваясь к разговору, встает и заглядывает на поднос.

- Это что? — капризно спрашивает она, тыкая пальцем.
- Шоколад, — отвечает ей Маша. — Но пальцем тыкать в приготовленное кондитерское изделие некультурно, если, конечно, вы его сами есть не будете.
- Что?! — взвизгнула Анемона. — Да ты сама в них пальцами тыкала!
- Ну, во-первых, я не тыкала, а просто указала, не дотрагиваясь до них, а во-вторых... Я с вами из одного бокала не пила, чтобы вы мне тыкали!

Брови Анемоны взлетают на такую высоту, на которую я не летал!

Фирс, слышу, усмехнулся. Маменька просто челюсть вниз уронила. Я же испытал, наверное, шок.

- Приятного аппетита, — проговорила тем временем Маша и развернулась, чтоб уйти.
- Постой, — маменька поднялась со скамейки. — Что ты там говорила по поводу приготовить?
- Я сказала, если вы хотите, то я могу вам приготовить.
-Ты сама? Не Леея? — спрашивает матушка.
- Да, — отвечает, вздернув голову.
- Хорошо. Ступай, — махнула рукой маменька.
- Ваша кухарка меня оскорбила! — визгливо заговорила Анемона. — И вы так это оставите?
- Но тыкать в еду руками, право, некрасиво, — ответила ей маманька...
- Да она! Она кухарка и смеет мне, мне, драконессе, указывать?! — Анемона аж подскочила на месте.
- Эуэ! — подскакивает она ко мне. — Вы же это так не оставите? Ведь да?
- Да, моя загадка... Я разберусь с этим, — и я ухожу, оставив ее с маменькой и кексами, а заодно и со звездочетом.

«Сама приготовит. Уж не мне ли она доказать хочет, что умеет готовить»! — мелькнула сразу мысль.

Захожу опять на кухню.

- Так ты же их сама пекла! — слышу восклицание Лееи...
- Она пекла? — оказываюсь тут же рядом.
- Да вы дадите мне сегодня вообще чаю попить или нет?! — восклицает Маша.
- Отвечай, когда тебя спрашивают, — говорю. — Так кто пек кексы, Леея?

Леея растерялась и не знает, что сказать.

- Ну, я их пекла. Я. И что из этого? — говорит Маша, откусывая от кекса.
- Цветы на них кто делал? — я смотрю на Леею.
- Я... — пролепетала она.
- Сама?
- Ну, я показала, и что? Что вы пристали к нам с этими кексами! Не нравятся — не ешьте.

И я ушел. Просто ушел, не сказав ни слова.

«Сама пекла. Сама делала цветы»... — крутилось у меня в голове...

- Фирс! — зову звездочета.

Он входит в двери, что ведут из сада в дом.

- Что-то случилось, ваша светлость?
- О да! — хватаю его за рукав и тащу к себе в комнату.
- Случилось. Ты даже не представляешь что! — бормочу по дороге в комнату.

Заталкиваю его в свою комнату и захожу, хлопнув дверью.

- Мальса! Второй уровень! — рявкаю.
- Эуэ, что случилось? — звездочет аж попятился.
- Что случилось? Что случилось... А случилось то, что твоя Маша, радость наша, кексы печет и цветочки на них сама делает.
- Ч-что? — Фирс аж сглотнул.
- То! — припечатал я. — Она кухарка!
- К-как кухарка? — удивлению Фирса нет предела.
- Так, кухарка! Ты кого мне приволок? Это что, моя пара? Кухарка — это моя истинная?! — ревел я.

Мой дракон метался во мне так, что я уже готов был перевоплощаться прямо здесь. Чешуя уже выступила на руках.

- Но она же карты... — Фирс замолчал.
- Что она карты? — смотрю, не понимая, на него.
- Карты нашла, — проговорил тихо он.
- Какие карты? — уставился на него.
- Карты предсказания судьбы... — выдал звездочет.
- Какие карты?! — переспрашиваю я, думая, что ослышался.
- Карты судьбы, — более громко проговорил Фирс.
- Погоди. Ты что, хочешь сказать, она звездочет... ка...