Заклинатель ордена Линшань. Чужое прошлое. Книга 3

Глава 2

– Как так получилось, что вы стали водить армию? – спросил Линьсюань. – Всё же это не самое типичное занятие для женщины.

– Вы умеете подбирать слова, мастер Хэн, – Мэй Хайтан отпила из чашки. – Моя мать была из дворцовой прислуги, так что я росла со сводными и двоюродными сёстрами, хоть и не считалась тогда членом семьи. Дочерей кланов учат самосовершенствованию и владению мечом. Но так уж получилось, что в заклинательстве я не преуспела. Зато преуспела в боевых искусствах, и в этом была первой среди женщин. Скажу без ложной скромности, мне проигрывали даже многие мужчины. Я вообще предпочитала мужское общество женскому, меч куклам и игле, а хроники и военные трактаты – поэзии и занимательным рассказам. Отец говаривал, что я родилась девочкой по ошибке.

Линьсюань медленно кивнул. Ну да, бывают такие девочки-пацанки. В патриархальном мире им должно приходиться туго. Мэй Хайтан повезло родиться в семье, где хотя бы на увлечение оружием не смотрели косо.

– Отец не препятствовал мне, даже поощрял, – продолжила она меж тем. – Но я всё равно чувствовала себя ущербной из-за того, что так и не сформировала золотого ядра. Мне хотелось доказать, что и будучи бездарной, я смогу приносить пользу семье. Мечтала получить фамилию Мэй. И вот, в семнадцать лет, когда у нас случилась война с Инями… Я просто сбежала и примкнула к армии, выдав себя за мужчину. Мне повезло, я смогла показать себя и получила под командование свой первый отряд.

– Должно быть, вам пришлось нелегко. Армия не то место, где можно найти уединение, я не представляю, как в таких условиях выдавать себя за мужчину.

– О, – Мэй Хайтан усмехнулась, – люди на удивление невнимательны. Вы были первым, кто что-то заметил. Но вы правы – порой приходилось проявлять изобретательность, чтобы объяснить, например, почему я не иду купаться со всеми. Но в тот раз моя карьера командира долго и не продлилась. Меня разыскал отец, вернул домой и наказал. Меня попросту выпороли и заперли, а отец сказал, что немедленно найдёт мне мужа, чтобы я больше не делала глупостей. Но знаю, что бы со мной тогда было, но тут вмешался дядя. Глава Мэй.

Она сделала ещё один глоток. Они сидели под навесом во дворике дома-тюрьмы, где содержалась пленница. Ограничивающие заклинания накладывали не только на стены дома, но и на ограду, а потому Линьсюань не видел смысла проявлять суровость и не позволять госпоже Мэй гулять, пусть и под присмотром. А сегодня утром ему передали просьбу Мэй Хайтан о встрече за чашкой чая. Должно быть, ей просто было скучно. А Линьсюаню было любопытно познакомиться поближе с этим героем, внезапно обернувшимся героиней, так что он охотно откликнулся на приглашение.

– Дядя считает, что если есть талант, его надо использовать. У нас много приглашённых заклинателей, знаете об этом? Конечно, мы берём меньше учеников со стороны, чем Линшань, и всё же больше, чем большинство кланов. Вот и со мной… Я безмерно благодарна главе Мэю – он дал мне ещё один шанс. И он согласился с тем, что мне будет удобнее считаться мужчиной. Отец был недоволен, но подчинился, а позже признал его правоту.

– Не могу сказать, что я хорошего мнения о главе Мэй, но его здравомыслие в этом вопросе вызывает уважение.

– Здравомыслие? Хм… Да, наверное. В общем, с поддержкой семьи мне стало легче. Командующий Пин, под чьим началом я тогда служила, знал, кто я, и помогал скрывать мой пол от подчинённых.

– И вы таки получили фамилию Мэй.

– Да, после восточного похода. А скоро я сама стала командующей.

– С чем и могу вас поздравить.

– Не стоит, коль скоро моё восхождение так бесславно закончилось. Мастер Хэн, а могу я спросить – с чем связано ваше нехорошее отношение к главе Мэю?

– Кроме того, что он наш враг, вы имеете в виду?

– Вражда не помешала вам признать его достоинство. А в чём же его недостаток?

– Мне довелось побывать в Фэнчэне, – помолчав, сказал Линьсюань. – И ещё в кой-каких местах, живущих под властью вашего дяди. И у меня сложилось о нём впечатление как о… скверном правителе, будем называть вещи своими именами.

– Наш клан процветает. Мало кто может с нами поспорить.

– Да, за счёт собственных подданных.

– А орден Линшань – за счёт чего-то другого?

– А орден Линшань ухитряется процветать, не отнимая у людей последнее.

Мэй Хайтан поджала губы.

– Подданные обязаны служить своему господину.

– А господин – заботиться о своих подданных.

– Мастер Хэн – последователь Кун-цзы?

– Скажем так – я признаю, что во многом он был прав.

– Все правители порой переживают тяжёлые времена, как и их подданные. Вы думаете, что Линшань всегда был так милосерден? Предшественник главы Ши, строя крепости и пограничные заставы, тоже не стеснялся в сборах средств. И его подданным это в конечном счёте пошло на пользу.

– Тяжёлые времена бывают у всех, – согласился Линьсюань. – Но у меня осталось впечатление, что глава Мэй сам их и создаёт. Крепости и заставы – дело может и полезное, но так ли уж необходим в трудные времена новый дворец?

– Он послужит престижу правящей семьи и всех их подданных.

– Что крестьянам до престижа, если им нечего есть?

– Вас заботят наши крестьяне?

– Не правда ли странно – что ваши крестьяне заботят меня больше, чем вас?

Они смерили друг друга тяжёлыми взглядами поверх чайных чашек. Мэй Хайтан отвела глаза первой.

– Прошу прощения у мастера Хэна, мне не стоило горячиться, – ровным голосом произнесла она.

– Поистине госпожа Мэй обладает хорошими манерами, – в тон ей отозвался Линьсюань. А ведь это сидящая перед ним женщина устроила резню в Инчжоу. Сама, быть может, мечом и не махала, но руководила процессом. Он как-то совсем об этом позабыл.

– Так вы полагаете, что этот И Гусунь будет лучше? – осведомилась она.

– Его отца простые люди до сих пор поминают добром, так что надежда есть. А чтобы стать хуже вашего дяди, ему придётся постараться. Прошу прощения, если задеваю ваши родственные и верноподданнические чувства.