Зеленоглазое проклятье или Втроём с драконом

Глава 4. Элдрик

Проснулся я от странного запаха. Чего-то отвратительно знакомого, от чего желудок моментально сжался в комок. Открыв глаза, я понял, что лежу на жесткой кушетке. Лежать неудобно, но чувствую себя значительно лучше, чем в последний раз, когда все тело казалось горело от боли. Что-то тяжелое и теплое придавливало бок. Я повернул голову. Ведьма. Мы лежали слишком близко, и она накрывала меня своим телом, будто случайно прислонившись, чтобы согреться.

Тихо, чтобы не разбудить её, я осторожно попытался высвободиться, но не успел. Миранда пошевелилась и сонно пробормотала что-то невнятное, потом её глаза распахнулись. Она на секунду удивленно уставилась на меня, но тут же поморщилась и села, пытаясь скрыть смущение.

– Надо было предупредить, что утром на меня налегать нельзя, – саркастически заметил я, поднимаясь и потирая шею.

– Много болтаешь для человека, который был на грани смерти, – буркнула она, вставая с кушетки. На лице у неё был усталый, но решительный вид. Она потянулась к бочке, стоящей в углу комнаты.

– Что это за мерзость? – не удержался я, показывая на бочку, от которой и исходил этот омерзительный запах.

– Это мой восстанавливающий отвар, – Миранда, не обращая внимания на мою гримасу, начала наполнять кружку жидкостью из бочки. – Он отвратительный, зато работает.

Она протянула мне кружку, а я покосился на неё, недоверчиво нюхая содержимое.

– Пахнет, как подгнившая болотная жижа. Ты уверена, что это не яд?

Миранда закатила глаза, но в ответ кивнула.

– Или выпьешь это, или снова будешь лежать тут без сил. Выбирай.

Я нехотя поднес кружку к губам, задержал дыхание и залпом осушил её. Во рту сразу стало отвратительно, язык будто обожгло чем-то кислым и гниловатым. Я с трудом проглотил, чувствуя, как это чудо-средство проходит по горлу, будто острые камни.

– Твоё здоровье! – саркастически выплюнул я, чувствуя, что внутри всё переворачивается от этой гадости.

Миранда тем временем выудила из той же бочки очередную кружку, с ещё большей неохотой поднесла её к губам и выпила. Она тоже скривилась, но тут же прислонилась к стене, закрыв глаза.

– Сил совсем нет, – пробормотала она, будто сама себе. Я видел, как её руки дрожат, и как тяжело ей было даже стоять.

– Если бы ты не настаивала на этих ваших темницах и магических истязаниях, у нас бы не было такой проблемы, – буркнул я, устраиваясь на кушетке, пытаясь найти более-менее удобное положение.

– Я не собираюсь извиняться за то, что защищаю свою территорию, – Миранда холодно посмотрела на меня, но даже в её тоне чувствовалась усталость. Её ноги подогнулись, и она упала рядом со мной на кушетку.

– Ты бывала в переделках похуже, да? – спросил я, пытаясь разрядить обстановку. Она молчала, устало глядя в потолок. На её лице блуждала слабая улыбка, но в глазах была заметна какая-то тень.

– А ты, как вижу, не первый раз оказываешься в беде. Странно, что жив до сих пор, – произнесла она наконец, отвернувшись от меня и крепко сжав руки на груди.

– Можешь сказать спасибо моим талантам, – хмыкнул я, хотя на самом деле не мог не признать её правоты. Действительно, я всегда как-то умудрялся выпутываться из опасностей, но в этот раз всё оказалось куда сложнее.

Миранда слегка повернула голову и уставилась на меня изучающим взглядом. Её глаза снова вспыхнули ярким изумрудным цветом, и на секунду я подумал, что она снова попробует использовать свою магию на мне. Но вместо этого она просто тихо вздохнула и закрыла глаза.

– Ты ведь не такой простой маг, как хочешь показаться. Я это знаю. Твоя магия слишком сильная, слишком… древняя, – её голос был мягким, но в нём было что-то настороженное.

– Ты многое видела, но не всё, – отозвался я. Не сейчас. Не время раскрывать всё, что она не должна узнать. Хотя было очевидно, что она чувствует во мне нечто большее, чем просто странствующего мага.

Она фыркнула, повернувшись ко мне спиной.

– Не хочешь говорить – не говори. Но знай: я не оставлю этот вопрос без ответа. Что бы ты ни скрывал, рано или поздно я выясню это.

Я вздохнул. Миранда, не зная того, вела опасную игру, слишком близкую к правде. И всё же в её голосе не было угрозы, скорее – скрытое любопытство. Но мне не хотелось открывать ей всю правду.

Тишина окутала нас, и я закрыл глаза. Возможно, мне не стоило так остро реагировать. Она устала, как и я. Нам обоим нужны были силы. Хотя и понимал, что моя тайна могла стать для неё смертельно опасной.