Жертва звёзд или Бойтесь своих желаний

Детские невзгоды или Первое исполнившееся желание

1 глава

Все хорошие истории имеют хорошее начало. До знакомства с моей «крёстной феей» я считала, что и моя история имеет к ним отношение. Ну, сами посудите, молодая симпатичная девушка попадает в другой мир, где сразу же знакомится с принцем и сильнейшим магом страны, пускается в захватывающее приключение с поиском королевских артефактов, борется с древними монстрами и находит ту самую, которая «большая и чистая» … Ничего не напоминает? А должно. И закончится должно так же хорошо, как и началось. Зло повержено, герои торжествуют и, конечно же, свадьба. Да не абы с кем, а с самим прекрасным принцем. Happy End, фанфары, занавес. Не устаревающая классика. Меня зовут Марианна и моя история пополнила бы ряды самых обычных попаданческих фэнтези, если бы началась именно с попадания в другой мир, а не с позорного пня в детском оздоровительном лагере.  
Помню то лето я очень хорошо. Тогда тетя Ася, на попечении которой я находилась с момента смерти мамы, решила немного отдохнуть и отправить меня в лагерь. Не сказать, что я была шумным ребёнком и утомляла своим поведением, но тётю можно понять. Ей было 24 года и последние шесть лет были для неё не самыми легкими, ведь ей, юной девочке, пришлось взять на себя огромную ответственность и строить светлое будущее не только для себя, но и для двухлетней племяшки-сиротки. Бросить учебу, устроиться на две работы, пройти все круги бюрократического ада, стать, по сути, матерью, да при всём этом не сойти с ума от горя, ведь в один момент она потеряла почти всю свою семью и опору в жизни. В таких условиях личной жизни, тусовкам и подружкам пришлось сказать «до не скорого свидания».  
Прошло время, у нас всё наладилось. Агнесс к этому моменту несколько раз повысили, благодаря чему с финансами стало полегче, я пошла в школу, опека перестала дёргать нас по каждому чиху, и мы выдохнули. На лето была запланирована поездка на море, где наши бледные грустные мордашки должны были напитаться солнечным светом и витаминами. Мы были к этой поездке готовы на все сто. Купили одинаковые оранжевые чемоданчики разных размеров, купальники, выбрали отель и уже в мечтах плескались в тёпленькой солёной водичке. Оставалось тёте купить билеты, а мне закончить четвертую четверть так, чтобы на родительском собрании учительница разлилась в благодарностях за моё воспитание или хотя бы не упомянула имени Марианна в списке сложных детей. Со своей задачей я справилась легко, ибо была приличной девочкой, а вот у тёти Аси возникли проблемы. Проблемы звались Игорем Степановичем и он был большим начальником. К большому сожалению, большим начальником Игорь Степанович был не у кого-то там левого, а прямиком у Аси. И молодая, ответственная, целеустремлённая позитивная девушка с очень приятной мужскому взору внешностью, по мнению большого начальника, не должна была ехать на море одна с ребёнком украшать своим присутствием местные пляжи. Она должна была ехать туда либо с самим Игорем Степановичем, чтобы тот проконтролировал, что ценный сотрудник, в лице моей тёти, не польститься на прелести жизни приморской и не решит переехать в какую-то тьму таракань к какому-нибудь тёмному типу, либо не ехать вовсе. В общем, придумал он нагрузить Агнесс курсами повышения квалификации за счёт фирмы и, вот беда, эти курсы начинаются в конце мая, а заканчиваются в середине сентября. В итоге никакого отпуска с племяшкой на море. А ехать в сентябре тётя Ася считала нецелесообразным, ведь уже начнутся школьные занятия, в которые мне потом будет трудно втянутся. Отказываться от обучения Агнесс не хотела, ведь это сулило нехилым плюсом к зарплате. А рвануть в тёплые края можно будет на зимние праздники, пусть дороже и дальше, чем планировалось, но зарплата же будет позволять! Да и к тому моменту Игорь Степанович, быть может, уже смог бы убедить мою тётю, что и в родном городке есть прекрасные и, главное, не тёмные типы! Например, сам Игорь Степанович. В общем, накрылась наша поездка медным тазом. Мне был куплен рюкзачок, резиновые сапожки и выдана путёвка в бывший когда-то пионерским, а ныне числящийся детским оздоровительным, лагерь. Тётя решила, что так и ребёнок под присмотром, и у неё есть время на обучение после работы, и появиться, пусть всего на три месяца, но таки личная жизнь. Можно заглянуть с коллегами в бар, отправиться на свидание и избавиться от чувства, что каждое совершенное действие будет увидено, усвоено и повторено маленькой повторяшкой. В общем, все в плюсе. Игорь Степанович спокоен, у тёти обучение и 3 месяца условной свободы, а я под присмотром воспитателей оздоравливаюсь в кругу таких же мешающих свободе родителей детей.  
Прощание было долгим. Я не хотела расставаться с тётей Асей, Ася в последний момент решила, что 3 месяца - это слишком много, и она будет сильно беспокоиться обо мне. Как же, ведь там лес, а в лесу столько опасностей! Дети могут сбежать за ворота лагеря и заблудиться, на них могут напасть волки, рядом речка с сильным течением, а прямо под ногами растут поганки и ядовитые ягоды! И самое главное, мы никогда так на долго не расставались. Прям никогда. С самого моего рождения. А родилась я тогда, когда мама жила со своими родителями и Агнесс – младшей сестрёнкой. Потом случилось несчастье, и мы с Асей остались совсем одни. После такого потрясения тётя очень боялась оставлять меня дольше, чем на пару дней, под чужим присмотром. А тут целое лето! С ней долго разговаривала Валентина Дмитриевна, воспитатель моего отряда. Говорила, что охрана участка очень хорошая и не было ни одного случая, чтобы дети сбегали или терялись, территория ежедневно убирается специально нанятой бригадой, которая в том числе уничтожает всё то, что способно отравить юных натуралистов, а лесные жители боятся орды вечно кричащих детей и держатся от территории лагеря настолько далеко, насколько позволяет территория окружающего леса.  
В общем, тётю успокоили, меня впихнули в старенький, бывший некогда белым, автобус, и мы отправились в путешествие. Я сидела между мальчишкой с крутым телефоном, по которому он весь путь с кем-то чатился, периодически ворча на связь, которая с каждым километром была всё хуже и хуже, и милой белокурой девочкой - обладательницей огромных голубых глаз и очаровательных мягких косичек. Девочка мило улыбнулась воспитательнице, сверкнув ямочками и пообещала, что за 2.5 часа дороги мы станем ну просто лучшими друзьяшками! Так и случилось. Обладая бездной обаяния, она быстро меня очаровала и по приезду в лагерь попросила, чтобы я пошла четвертым человеком в домик к ней и её подружкам. Конечно же я согласилась. И после безумно об этом пожалела.  
Обладая внешностью ангела, эта маленькая стервочка очень ловко манипулировала людьми. Ей и её подружкам нужна была тихая и боязливая соседка, чтобы не мешала им веселиться, и было бы на кого списывать все приключившиеся беды. И своей жертвой тогда в автобусе она избрала меня – заплаканную после прощания с тётей и жмущуюся к воспитателю. Сразу, как мы въехали в домик, маски были сброшены, а я предупреждена о том, что если хоть пикну о том, что тут будет происходить, то это трио испортит мне всё лето. Так мы и жили. Три ангелочка, вечно страдающие от проказ маленькой, обиженной на тётю, бестии. Ну, так решили воспитатели и, гордые тем, что разобрались в столь сложной психологической задаче, решили сильно не давить на «бедную осиротевшую девочку» и часто закрывали глаза на «мои» проделки, лишь изредка наказывая. Например, лишили на неделю купания в речке за отстриженные ночью косы одной из девочек. И не важно, что эта девочка накануне поссорилась с одной из моих соседок. На месте преступления были найдены мои ножницы, а значит, наказания заслуживаю именно я. Или не дали даже попробовать торт, испеченный по случаю дня рождения нашей вожатой, за то, что устроила драку едой в столовой. И не важно, что подружка моей соседки решила странно пофлиртовать и кинуть тарелкой, полной каши, в объект своей симпатии. Тарелка кинута была моя и тортика, соответственно, лишилась я. Да еще и внимание того самого мальчика привлекла этим не подружка соседки, а та, чья тарелка была кинута. Он спрятал в салфетку половину своей порции и после вечернего построения пришёл к нашему домику, где под удивленными взглядами злобного трио вручил тортик мне и пригласил во время еженедельного воскресного небольшого похода составить пару в построении. Увиденное и услышанное было вынесено на внутренний суд моих соседок, донесено до той самой подружки, и итогом своеобразного закрытого заседания было единогласно решено испортить принцу и разлучнице свидание. Сначала заперли в домике. Но тот мальчик всполошился на построении и освободил меня. На завтраке облили горячим чаем в надежде на небольшой ожог и отправление в медпункт. Но чай, к их большому сожалению, был горяч не на столько. Потом, во время похода, подкинули паука в волосы. И с этим так же быстро разобрались, спасибо вожатой.  Тогда вернулись к проверенной схеме подстав.  
Когда мы вышли на полянку, где должны были провести остаток дня, готовя на костре кашу, играя в подвижные игры и вечером разводить «пионерский» костер, наша дружная команда пятого домика вызвалась в полном составе помогать с готовкой (моим мнением большая часть этой самой команды, конечно, не поинтересовалась, решив с воспитателями приобщить к общественно полезной деятельности). Во время которой в котелок была высыпана целая пачка соли. И, вот странность, пустая пачка соли была найдена в моём рюкзачке. Немного пожурив за столь неудачный кулинарный опыт, наказывать пока никого не стали. А вот когда девочки устроили драку, зачинщицей которой объявили, вот новость, конечно же меня, терпение воспитателей кончилось. Опоздание на построение, крики в течении похода, испорченная каша, драка и общий флёр «негатива» вокруг маленькой худенькой кудрявой девчушки с разбитыми коленками, сделали своё дело. Меня поставили на пень позора.   
Уже начинало темнеть. Закат окрасил небо в апельсиново-розовые оттенки. Развели яркий, веселый, большой и настоящий пионерский костер. Голодным детям выдали вкуснейшие колбаски для жарки на огне. Юра, один из наших вожатых, достал гитару и началась самая замечательная часть каждого нашего похода. Страшилки, песни и тепло костра. Потом за нами заедет знакомый автобус-вездеход и отвезет обратно в лагерь, где мы разбредемся по домикам, в мыслях о том, что готовит нам следующая неделя и как мы её закончим вот таким же походом с песнями у костра. И вся эта прекрасная часть проходила без меня! Я стояла на пне позора с бурчащим животом, сглатывая голодную слюну, глядя на то, как все нанизывают вкусняшки на палочки. А ведь каши сегодня не досталось никому, и мне в том числе! Слушала начало песни про Ассоль и размышляла о несправедливости мироздания (это те самые мысли, которыми забита голова любого, даже справедливо наказанного, ребенка. Что уж про мой случай говорить…). Чтобы не травить себе душу видами стекающего по поджаренным красным бокам сока, решила перевести взгляд на что-то не менее прекрасное, чем колбаски, пропахшие запахом костра. Этим чем-то были звезды. Они только начали зажигаться, проступая через темнеющие краски неба и влекли к себе ввысь. Подмигивали, переглядывались и, казалось, перешептывались, обмениваясь сплетнями и замышляя великие дела. Прямо как три злыдни, сидевшие чуть в дали от костра и планирующие очередные гадости. «Вот бы Валентина Дмитриевна сейчас увидела, насколько они мерзкие гадюки!» - пожелала, глядя в звездную бесконечность, маленькая обиженная девочка, сглатывая вязкую слюну и еле сдерживая слёзы обиды. И бесконечность, казалось, услышала мольбу. Причем буквально! Ну, именно так думала в последствии я.   
Вдруг со стороны трёх злыдень послышалось шипение. Сидящие у костра, в этот момент весело и громко напевающие «Ассоль+Грей равно любовь», конечно же, ничего не могли физически услышать. А я, со своего пня, смогла различить странные звуки и оглянулась. То, что предстало моим глазам, потом долгие годы преследовало меня в кошмарах. Три ангелочка, симпатичные обаятельные девчушки, начали незаметно для самих себя шипеть. Меж их белоснежных молочных зубок, которые начали удлиняться и заостряться, мелькали раздвоенные языки. На миловидных личиках проступала тёмная чешуя. Сами они стремительно уменьшались и вытягивались. Спустя несколько мгновений на том самом месте, где строили очередные козни мои соседки, уже извивался клубок из трёх гадюк. Самых настоящих гадюк. Длинных, шипящих, обыкновенных…  
- ЗМЕИ!!! – заорала я, чем оборвала очередной виток припева. Повисла на мгновение тишина и полянка резко заполнилась девчачьим визгом и окриками воспитателей.  
Мальчишка, принесший мне накануне кусок торта, быстро сориентировался в пространстве и рванул ко мне, находящейся ближе всех к гадюкам. Он сдернул меня, застывшую от шока, с пня и потянул к общей группе детей. В этот момент одна из змей кинулась нам под ноги. На её морде, казалось, промелькнули знакомые ямочки, но то мне только казалось, ведь не могла я успеть увидеть этого, потому что парнишка быстро схватил эту гадину за хвост и, раскрутив, кинул в кусты. Та так ошалела, что даже не попыталась извернуться и укусить наглеца. Остальные гадюки тут же уползли за своей подругой. Что с ними стало дальше – неизвестно. Известно лишь, что в последствии трёх девочек не досчитались.   
Искали их долго. И не мы одни. Подключились спасатели, полиция и была собрана целая группа добровольцев со всей области. Лес перешерстили несколько раз, но не нашли даже одежды. Нас, отдыхающих, раньше времени забрали по домам те родители, у кого была такая возможность. Тётя Агнесс, конечно, не оставила свою любимую племяшку в месте, где пропадают бесследно дети. Про то, что увидела на полянке, я никому не рассказала, боясь, что снова, как и весь первый месяц отдыха, меня обвинят Бог знает в чём. Например в том, что я неправильно загадала желание, глядя в звёздное небо. Желание, которое странно и искаженно исполнилось. Первое, в чреде таких же странных, неправильных и искаженных. Первое, которое действительно услышало небо, и благодаря которому в моей жизни появилась постоянная незримая спутница. Но до знакомства с ней ещё целая земная жизнь, которая уместилась у меня в неполных 9 лет невезения.