Жестокий дракон. Приручая пламя.

Глава 5. Новый мир.

Дракон улетел...
И вот я на краю высокой башни другого мира. Связанная, в крови, пытаюсь собрать разум по кусочкам, чтобы не лишиться рассудка.

Как бы мне ни хотелось, сознание я так и не потеряла. Оно цеплялось за реальность не давая забыться, обрекая на полное ощущение каждого момента этого кошмара.

В какой момент я поняла, что это не сон? Уже не помню.

Даже ужас, сковавший меня прежде, ушел, оставив чувство опустошенности.

Мужчина в ливрее молча присел рядом, внимательно осмотривая каждый сантиметр моего тела. Затем достал из голенища кинжал и, особо не церемонясь, перерезал веревку, крепко стянувшую руки. Аккуратно подхватил моё тело, закидывая себе на плечо.

Кажется, предшественница ничего не ела, потому что если бы было чем, меня бы точно вырвало. Только вскрикнула коротко и хрипло, зажмурившись от резкого головокружения.

— Ваша спина, рохайна, сплошное кровавое месиво. Не шевелитесь и станет легче, — произнёс слуга без малейшего сочувствия.

Легче?

Это слово казалось чудовищной насмешкой.

Каждый шаг отдавался во мне новой волной агонии. Плеть не просто разрезала кожу — она, казалось, прожгла нервы, мышцы, дошла до самых костей, срывая целые куски плоти.

Острое плечо слуги впилось в мой живот, вызывая все новые рвотные позывы, а голова болталась внизу, наполняясь непонятно как оставшейся еще в моем теле кровью.

Я тихо стонала, не в силах сдержаться, закусывая губу до крови. Как же я мечтала хоть на миг потерять сознание.

Наконец, мы вышли в узкий коридор, освещаемый мерным сиянием факелов. Слуга остановился перед массивной дубовой дверью, окованной железом. Одной рукой, всё так же удерживая меня на плече, он достал ключ, щёлкнул замком и пнул дверь ногой.

Без церемоний он подошёл к широкой кровати, застеленной тёмным материалом, внешне напоминающим клеенку, и аккуратно спустил меня с плеча.

Прохладная, грубая ткань коснулась живота. Слуга поправил мои беспомощно раскинутые руки, убедился, что лежу ровно и отступил на шаг.

Я уткнулась лицом в подушку, чтобы не зарыдать от боли. В голове засела мысль, не дать этим уродам насладиться моими страданиями.

— Потерпите, рохайна, лекарь сейчас будет. Не пытайтесь встать.

Если бы я могла смеяться, я бы это сделала. Встать? Малейшее движение отзывалось пульсирующей болью в разбитом о плиты затылке и адским жжением того, что осталось от спины.

Вскоре послышались его удаляющиеся шаги, скрип петель и глухой удар дерева о косяк.

Оставшись одна, я позволила себе пару судорожных всхлипов.

Видно, всё же уснула, потому что не заметила, как кто-то зашел в комнату, пока не услышала новый голос.

— Не двигайтесь, — произнёс мужчина справа от меня. — Дайте магии подействовать. Драконья слюна в мази работает, но телу нужно время.

Драконья слюна? Магия?

С удивлением обнаружила, что боль отступила. Я осторожно повернула голову в сторону говорившего.

У массивного стола сидел пожилой мужчина в длинной белоснежной сутане. Седые волосы, коротко стриженные, умные карие глаза. Он что-то растирал в ступке, периодически посматривая в мою сторону.

Священник? Нет, слуга говорил о лекаре.

В углу комнаты, у двери, переминалась с ноги на ногу девушка, словно сошедшая с иллюстраций, изображающих крестьян. Её тёмные волосы были убраны под серую косынку, но часть прядей выпали и хаотично обрамляли бледное лицо. Рабочее песочного цвета платье спускалось до самых пят и было верхом лаконичности и простоты.

Девушка смотрела на меня широко раскрытыми глазами, судорожно сжимая в руках складки выбеленного передника.

— Где я? — первые звуки дались тяжело, с трудом проходя через пересохшее горло.

— В ваших покоях, рохайна Мариан, — ответил лекарь. — Ваш супруг рох Деметракс распорядился о вашем… отдыхе.

Мариан. Супруг.

— Кто вы? — и как только этот вопрос вылетел из моего рта, я сразу пожалела, о нём. В памяти всплыли страшные истории попаданок из фэнтези.

Молчи, Мишутка.

Но мужчина отреагировал спокойно. Следующие его слова дали понять, что он тоже видит меня впервые.

— Я Лекарь. Можете звать меня Элрик, рохайна. — он наконец отложил ступку, подошёл к кровати и поднёс к моим губам деревянную пиалу. Я с наслаждением сделала несколько жадных глотков. Свежая, прохладная вода с лёгким, травянистым привкусом, который был мне незнаком, приятно смочила горло.

— Рох ювелирно работает кнутом, — продолжил лекарь, ощупывая мою спину своими опытными, быстрыми пальцами. Прикосновения были лёгкими, профессиональными, но я всё равно вздрогнула. Возможно из-за использования такого родного слова в одном предложении с этой мразью — Шрамов почти не осталось. Воля Пламени, что он ограничился легким наказанием. — лекарь укоризненно покачал головой, то ли пеняя на непокорных жен, сбегающих от мужей и сытой жизни, то ли на мужей их избивающих. — Печать делает вас слишком ценной для необратимых повреждений.

Печать?

— Отдыхайте. — Лекарь строго посмотрел на меня. — Вам уже можно вставать, но будьте аккуратны. Старайтесь спать на животе как минимум до третьего солнца.

Он собрал свои инструменты, кивнул девушке в углу и вышел.

Та замерла на мгновение, прислушиваясь к удаляющимся шагам, а затем бросилась к кровати, упав на колени рядом с моим ложем.

Визуалы

Маша (Мишутка, как называет её Дым). 25 лет. Ювелирный дизайнер.