Жестокий дракон. Приручая пламя.

Глава 4. Пробуждение

— Три солнца, — смертельно спокойный голос прозвучал прямо надо мной. — Три солнца мои лучшие охотники скакали по самым отвратительным трущобам, чтобы вернуть тебя.

Сознание вернулось так резко, как будто его выдернули из ниоткуда.

Еще не до конца понимая, что происходит, я почувствовала, как онемели мышцы спины, в запястья под весом тела впились острые края верёвки, а шершавая каменная плита быстро впитывала остатки тепла щеки, оставляя следы пыли.

Стоп…Что? Связана?

Я попыталась разлепить тяжелые веки, стараясь вспомнить, что пила накануне. Мир качнулся и встал на место.

Пока я силилась понять, где нахожусь, мозг уже отметил и широкую каменную платформу под открытым небом, и далёкие огни, видимые даже из моего положения из-за высоких холмов, и неестественно ярко-синие звёзды над головой.

Слишком большие. Слишком яркие. Всё было слишком…

Голос оторвал меня от созерцания обстоятельств моего странного сна. Кажется, меня отчитывали, как маленького ребенка, провинившегося перед строгим отцом за то, что сбежал с друзьями. Но в то, ЧТО говорил голос, мой мозг отказывался верить, цепляясь за возможные варианты происходящего.

— Ты заставила их пачкать клинки об уличное отребье, которое тебе помогало.

Клинки?

Я всё-таки подняла глаза на обладателя голоса, и всего на секунду моё сердце затрепетало от любви. Но затем зрение прояснилось, давая возможность детально рассмотреть говорившего.

Мужчина был абсолютной копией моего мужа, но вопреки всякой логике, это был не он.

Высокий, в тёмном камзоле с очень красивым мужественным лицом. Если бы не положение, в котором я оказалась, даже смогла бы оценить по достоинству его стать и способность сохранять невозмутимость. Ветер слабо трепал его пепельно-русые волосы, смягчая общее впечатление идеальности.

Тень мужчины накрыла меня целиком.

— Ты — моя жена. Моя собственность. И тебя нашли в борделе для контрабандистов. В клетке... — Он присел на корточки, обжигая мою кожу неестественно горячим дыханием. Это было странно, ведь не может же в самом деле кто-то дышать раскаленным воздухом? — Торговец уже выставил тебя на аукцион. Он успел назначить цену?

Я не понимала, о чём он говорит, и почему я до сих пор молчу.

Не дождавшись ответа, мужчина неожиданно схватил меня за волосы, заставляя поднять голову. Мышцы шеи натянулись до предела, горло обнажилось, подставляя под взгляд незнакомца бешено пульсирующую жилку артерии.

Даже сквозь шок и боль я отметила, что мои некогда прекрасные локоны сейчас были спутанными и грязными, но не успела я как следует обдумать эту мысль, как мой рот открылся и произнес:

— Я...предпочла бы клетку там...— собственный голос прозвучал хрипло и незнакомо.

Это была не моя мысль. Будто отзвук чужого отчаяния вырвался наружу, пугая больше, чем вся эта сюрреалистическая сцена…

Мужчина даже не заметил моего замешательства и тихо рассмеялся в ответ, вызывая россыпь неприятных мурашек по всему телу.

Его рука рванула к вырезу на моей груди, вцепившись в остатки платья, которое, как оказалось, висело на мне лохмотьями, едва прикрывая тело.

Резким движением он сорвал с меня это единственное подобие одежды, отбросив в сторону. Колючий ветер тут же обжёг кожу. Я дернула плечом в попытке прикрыться, но мужчина лишь сильнее стянул мои руки веревкой, оставив лежать обнажённой на холодном камне.

— Глупая, глупая жена. – сказал он ласково, — Здесь... — он отпустил мои волосы, и его рука скользнула вниз, по щеке, к подбородку, сжимая его с необыкновенной нежностью. — ...у тебя есть всё. Всё, кроме одной-единственной, ничтожной мелочи. Свободы. И ты выбрала… это?

Его пальцы резко разжались, оставив кожу гореть от оставленных отметин. Мужчина медленно, будто бы нехотя встал во весь рост и презрительно скривил губы.

— Взгляни, на что ты похожа.

Затем он двинулся к краю платформы, где на массивной стене висели кованые крюки, при виде которых я почувствовала холодок в груди.

Там же в тени, чуть поодаль, я заметила другого мужчину. В тёмной ливрее, с каменным, бесстрастным лицом. Он смотрел куда-то в пространство над моей головой, словно ничего не видел и не слышал.

Я логично предположила, что это еще один актер затянувшейся сценки и хотела попросить развязать меня, но поняла, что не управляю собственным телом. Язык как будто онемел, горло сдавило удушающей волной. Осознав это, я физически почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

Нет… Не может быть…Нет…

Мучитель вернулся, сняв с крюка короткую, толстую плеть с плоским кожаным хвостом.

— Я дам тебе шанс, — произнес серебрянноволосый, взвешивая рукоять в руке, — очищу твои мысли и тело, и прощу ту глупость, что ты сейчас произнесла.

Он окинул меня оценивающим взглядом и добавил:

— Держись за камень. Не смей издавать ни звука.

Я не сразу осознала, что сейчас произойдёт. Или просто мозг отказывался верить в этот бред. Разве можно в 21 веке попасть в подобную ситуацию?

Хотелось рассмеяться над абсурдностью происходящего и попросить прекратить этот глупый розыгрыш, кто бы его ни устроил, как вдруг раздался короткий свист, и первый удар обжёг оголенную спину.

Тело выгнулось дугой, пытаясь увернуться от источника страданий. Челюсти сжались так, что кажется, начали крошиться зубы. Я уже мало соображала, мечтая лишь поскорее проснуться.

Неожиданно чужая боль и унижение хлынули через край, затопив моё собственное «я». Пальцы впились в щели между камнями, кроша стараю кладку. Наверное, именно это спасло мой разум, который потерялся в попытке осмыслить происходящее.

Второй удар. Третий. Мир сузился до холодного камня под щекой.

Когда всё закончилось, мужчина аккуратно повесил плеть на место и присел рядом. Одновременно с этим я обрела власть над телом и попыталась отползти, но он лишь со снисходительной улыбкой наблюдал за жалкой попыткой побега.