Жестокий дракон. Приручая пламя.

Глава 12. Спасение

Утро пришло с грубым, гаркающим звуком рога, от которого содрогнулись даже каменные стены моих покоев.

Я резко подскочила на постели и тут же вскрикнула от внезапной, ноющей боли в спине. Замерла, дыша через силу, позволяя воспоминаниям прошлой ночи вернуться.

Тёмный кабинет.

Холод стали на коже.

Печать, пожирающая магию клинка Драгхорна.

Страх в глазах Деметракса…

«Исчезни», — шепнула мне память его последние слова.

Руки сами потянулись к тому месту между лопаток, где под плотной повязкой скрывалась печать. Извернувшись, я прижала кончики пальцев к центру пятна и…. ничего.

«Рано», — вспомнила слова Тайры.

Что это значит? Рано для чего?

Вопросы кружились в голове, не находя ответов, только усиливая тревогу. Внезапно рог проревел снова, ближе и настойчивее.

Охота. Сегодня они отправлялись в Чёрный Лес.

Воображение моментально нарисовало картинки с людьми, бегущими в ужасе от ослепляющего пламя драконов. Непроизвольно вздрогнула, охватив себя руками.

В этот момент в комнату бесшумно вошла Тайра с подносом в руках. Она молча поставила завтрак на столик у кровати и выжидательно посмотрела на меня. От запаха свежего хлеба и аромата местной каши приятно закружилась голова.

Хороший знак. Я впервые ХОЧУ есть.

— Рохайна Мариан, — произнесла горничная ровным тоном, будто вчера вечером не бледнела при виде моей спины. — Вейс будет ждать вас во внутреннем дворе через час. Он покажет вам замок и его основные службы.

Я в изумлении уставилась на неё.

Покажет замок. Как будто я туристка.

Тайра, встретив мой взгляд, на секунду замешкалась. Тихо, почти не шевеля губами, словно чревовещатель, прошептала:
— Забудь, девочка.

И, не дав мне ничего спросить, вышла.

Забудь.

Отвратительное слово. Разве можно забыть надежду, вспыхнувшую с новой силой в момент, когда я осознала, что у меня есть то, чего Деметракс боится?

Нет. НЕТ!

С удовольствием позавтракав и запив всё тёплой голубоватой жидкостью, по вкусу напоминавшей молоко, я позволила Тайре вернуться и помочь мне одеться в простое повседневное платье из шерсти, приготовленное помощницами. Смысла задавать ей вопросы я не видела — не ответит.

К моему удивлению, когда я встала и сделала несколько шагов, острая боль отступила. Магия мази? Или сама печать залечила плоть?

Вейс, тот самый бесстрастный слуга в ливрее, ставший свидетелем моего наказания, ждал у выхода в нижний двор.

Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по мне с головы до пят. В ответ я лишь выше задрала подбородок.

Слегка кивнув, Вейс жестом предложил следовать за ним.

Он вёл меня мимо кузниц, радующих слух задорным звоном молотов. Мимо амбаров, где люди в серых одеждах таскали мешки под строевую песню. Мимо открытых ворот псарни, откуда доносилось глухое рычание и исходил тяжёлый запах псины...

Я чувствовала себя красавицей Бель, проходящей сквозь дышащий живой город, чтобы в конце оказаться в лапах Чудовища. Только в моём варианте «сказки» Чудовище оказалось настоящим жестоким монстром.

Мысли прервал тонкий писк. Из-за угла прямо под ноги выскочил мальчишка — тощий, босой, в рваной рубахе, залихватски болтавшейся на нём. Глаза его были полны отчаяния и ужаса.

За ним след в след вынырнули две твари, словно вышедших из-под кисти сумасшедшего художника.

Существа размером с волка, но с гибкими, почти кошачьими телами, покрытыми короткой чёрной шерстью. Пасти, усеянные игольчатыми зубами в несколько рядов, были распахнуты в беззвучном рыке. Морды покрывали переливающиеся чешуйки, а на месте глаз пылали по два огненных провала.

Они хотя бы были симметричны...

Глупая мысль проскочила и исчезла, готовя тело к схватке.

Один из зверей сделал мощный прыжок и сбил мальчишку с ног. Второй тут же вцепился в его рваную штанину, дико дёргая головой и разрывая ткань. Мальчик завизжал, закрывая лицо руками. Он в панике дрыгал ногами в воздухе, отчаянно пытаясь отбиться.

Я рванула вперёд. Инстинкт опередил страх.

— Пшли! Пшли вон, твари!

На краешке сознания мелькнуло осознание, что Вейс остался стоять на месте. С бесстрастным выражением лица. Но думать об этом было некогда.

Я метнула взгляд по сторонам — рядом с кучей старого хламья валялась ржавая железяка. Схватив её, изо всех сил ударила по морде той твари, что рвала штанину.

Раздался глухой, сочный стук и визгливый вой. Зверь отпрянул, тряся головой. Но второй тут же переключился на меня. Он присел на задних лапах, готовясь к прыжку. Я замахнулась снова, отчаянно крича.

В голове всплыла песенка, которой в шутку научил меня папа для гипотетической встречи с медведями: