Жестокий дракон. Приручая пламя.

Глава 18. Заточение.

Ключ в двери повернулся и вслед за Тайрой в комнату вошел тот самый дракон, которого я видела в кабинете. За очками в серебряной оправе его глаза смотрели на меня безразлично. Вряд ли мой статус что-то значил для него.

Очки у дракона? Разве они не регенерируют?

Мужчина совершил короткий, точный поклон.

— Рохайна Мариан. Прошу прощения за беспокойство в столь поздний час.

— А вы…?

— Советник Кадрин, рохайна.

— Советник, — вынудила я себя кивнуть, удивляясь, что голос не подводит. — Рох… требует моего присутствия?

Кадрин поправил очки.

— Рох Деметракс в настоящее время не в состоянии ничего требовать, рохайна. На него совершено покушение. Во время сегодняшней охоты в Чёрном Лесу.

Воздух вырвался из моих лёгких тихим, бессвязным звуком. Я уставилась на него, не в силах осмыслить.

Покушение? На охоте? Тот самый сигнал тревоги…

— Он… — начала я и замолчала, пытаясь сдержать вспыхнувшую надежду.

— Ранен. Тяжело. На данный момент без сознания, — отчеканил Советник. — Лекарь Элрик делает всё возможное, но рана… сложная. Яд на клинке. Регенерация замедлена.

В комнате повисла тишина. Тайра стояла, глядя в пространство над моей головой.

Волна облегчения накатила, смывая напряжение. Мой мучитель был нейтрализован. Пусть даже на время.

Кадрин продолжал, как будто зачитывал протокол:

— В соответствии с законом «О наследовании и регентстве в отсутствие роха предела», пункт седьмой, в случае внезапной недееспособности правящего роха, временное управление владениями переходит к его законной супруге, как к старшей представительнице рода на территории поместья, до момента выздоровления роха или… иного разрешения ситуации.

Он сделал паузу, давая словам осесть в моей голове.

— Вы, рохайна Мариан, как жена роха Деметракса, в данный момент являетесь временной хранительницей замка Драгхорн и прилегающих земель.

Я слышала слова, но их смысл отскакивал от сознания, как горох от стены. Я — хранительница? Я, которая пару часов назад готовилась быть изнасилованной на письменном столе?

— Это… неожиданно, — прошептала я единственное, что был сейчас способен выдать мой мозг, уже просчитывающий возможные варианты развития событий.

—Совет Гал’драрх уже оповещён о случившемся.

—Гал’драрх? — я уже слышала это название раньше.

—Гал’драрх. Круг девяти. Верховный совет.

Кадрин замолчал и внимательно посмотрел на меня сквозь толстые линзы. Затем прокашлялся и продолжил.

— Если рох Деметракс умрёт, власть над Пределом перейдёт к следующему, назначенному Советом роху. Такой выбирается из числа самых достойных представителей, претендующих на этот титул. Обычно — самый сильный, самый влиятельный из соседей.

Советник наклонил голову и вновь посмотрел на меня поверх очков.

— Вам, рохайна, должно быть понятно: новый владелец не оставит в замке чужую Печать... В лучшем случае вас отправят в один из отдалённых Пределов как трофей. В худшем… — он не договорил, но смысл был ясен. Смерть Деметракса стала бы и моим смертным приговором.

— Но пока он жив, — Кадрин сложил руки перед собой, — вы — старшая рода. Вы — символ законности. Кроме того, супруга должна провести три солнца и три луны у ложа раненого мужа. Безотлучно. Как знак верности и надежды. Если он очнётся в вашем присутствии — это считается добрым знаком, и его право на владение укрепляется. Ваше положение — тоже.

Он дал мне время переварить эту информацию. Мой разум лихорадочно работал.
— А если… если ему станет хуже? Если регенерация не сработает?

Кадрин едва заметно вздохнул, словно устал от необходимости объяснять очевидное.

— Тогда, рохайна Мариан, Совет Гал’драрх сочтёт род Деметракса несостоятельным. А слабый род — позор для Предела. Замок и земли перейдут под временную опеку Совета до назначения нового роха.. А вы просто исчезните.

Значит, круг замкнулся. Пока Деметракс дышал — я имела призрачный статус и защиту. Его смерть — или даже ухудшение — станет и моей гибелью. Но и живой Деметракс не лучше. Ирония судьбы.

— Где он? — спросила я у Советника. Нужно было своими глазами убедиться, что опасность миновала.

— В личных покоях. Лекарь Элрик там. — мужчина кивнул на дверь. — Вейс проводит вас.

Я медленно поднялась с кровати. Советник вновь откланялся, и пропустил вперед. Вейс, ожидавший всё это время снаружи, молча двинулся, указывая путь.

Комната Деметракса была словно огромная пещера, поглощённая мраком и тишиной. Горела лишь одна масляная лампа у исполинской кровати, отбрасывая гигантские, пляшущие тени на стены, увешанные трофеями. В воздухе витал ненавязчивый запах лекарственных трав и свежей крови.

На постели, под тяжёлыми тёмно-багровыми покрывалами, лежал дракон.

Его лицо было неузнаваемо — бледным, мягким, почти беззащитным. Глаза закрыты. По лбу струился чёрный пот. Рука, всегда такая цепкая и сильная, беспомощно лежала поверх одеяла. На запястье зиял тёмный, воспалённый разрез, от которого прожилки яда расползались по предплечью, как корни ядовитого растения.