Жестокий дракон. Приручая пламя.

Глава 20. Побег

У меня было меньше семи дней, чтобы подготовиться и сделать то, что не смогла настоящая Мариан. Жалко, что к этому телу не прилагались и воспоминания. Как она очутилась в клетке контрабандистов? Хотела бы я избежать её ошибок. Всё не так…

Я подошла к окну и всмотрелась в тёмные очертания Чёрного Леса. Туда, где подстрелили Деметракса. Туда, где была моя единственная дорога к свободе. Что ж...Я справлюсь.

Мысль о побеге, раз прорвавшись наружу, больше не покидала меня.

Первым делом я заставила себя успокоиться, потому как мозг, уже настроенный действовать, гнал меня из замка прямо сейчас. Но я была уверена, что ни к чему хорошему такая импульсивность не приведет. Нужна осторожность. Разбить большую задачу на маленькие шаги и методично их выполнять, как дизайнер, работающий над очередным проектом.

Мой новый призрачный статус «старшей рода» оказался неожиданно полезным. На следующий же день после «пробуждения» роха я начала свои «прогулки по владениям с целью ознакомления».

Вейсу теперь был моим вечным теневым спутником. Он не возражал — приказы Кадрина были ясны: обеспечить рохайне доступ ко всему, что не угрожает безопасности роха и Дагхорна.

Я обошла весь замок заново. Считала ступеньки на каждой лестнице, запоминала повороты коридоров, отмечала расположение постов стражи. Внутренний двор, внешние стены, ворота — главные, чёрные, кованые, и маленькие, хозяйственные, у конюшен. Я задерживала взгляд на дверных петлях, на замках, на решётках водосточных желобов.

Наблюдала за сменой караула. У главных ворот — каждые четыре часа, с перекличкой и докладом. У внутренних переходов и в башнях — реже, часто стража дремала или играла в аналог наших земных костей. Ночью патрули по стенам ходили по расписанию, но между их обходами был промежуток — около двадцати минут, когда участок стены у старой голубятни оставался без присмотра.

Конечно, записывать ничего было нельзя. Поэтому как истинный дизайнер я рисовала в уме. И мой внутренний эскиз с каждым днём обрастал новыми деталями: здесь лестница в погреб, там — дверь на чердак, которая скрипит; окно в прачечной с выломанной решёткой, но оно выходит прямо на двор перед казармой; тропинка от конюшен к задней калитке, которую используют для вывоза навоза.

Кроме того, мне нужны были еда, одежда и оружие. Всё-таки я отправлялась в лес и не представляла, какая флора и фауна меня там ожидает. И не могла просто набить сумку провизией из кухни — пропажу заметят.

Тогда я начала просить порции чуть больше, откладывая в сторону то, что было небольшим и долго не портилось: сухари, орехи, куски вяленого мяса. Прятала свои сокровища в складках постельного белья, в пустом горшке для цветов.

И если с одеждой проблем не возникло – в гардеробе Мариант были и штаны, и удобные сапоги без каблука, то с оружием было сложнее. Решила отложить этот вопрос, возможно, удастся стащить какой-нибудь кинжал или кухонный нож. Меч я не унесу.

В который раз я поблагодарила себя за то, что догадалась взять карту в кабинете Деметракса. Но этого было мало - мне нужен был маршрут и конечный пункт.

Куда бежать? Мир за стенами был мне незнаком и, судя по рассказам, смертельно опасен.

И тут судьба подкинула недостающую деталь, заставляя меня поверить в распространенную на земле мудрость: делай добро и оно к тебе вернется.

Это случилось на третий день моих «прогулок». Я зашла в кухню — огромное, душное помещение, где вечно клубился пар и гремела медная посуда. Под предлогом «желания узнать, как кормят моего мужа», молча наблюдала за суетой, глазами выискивая что-нибудь острое, способное заменить мне полноценное оружие.

Рядом с краснощекой женщиной, скорее всего кухаркой, подгребая угли в печи, копошился тот самый тощий мальчишка, которого я отбила от гаарков - тех самых "милых" котопёсиков. Он тоже заметил меня, глаза его расширились, и он что-то быстро прошептал своей матери.

Женщина обернулась. Наше взгляды встретились. Она коротко поклонилась, что-то рявкнула помощникам и, вытирая руки о фартук, направилась прямо ко мне. Вейс, стоявший у двери, сделал шаг вперёд, но я подняла руку, останавливая его.

— Рохайна, — сказала кухарка приятным грудным голосом. — Простите нашу суету. Хотите отведать бульон для роха? Говорят, отвар из корня драконьей полыни возвращает силы.

— Благодарю, — ответила я. — Как раз хотела узнать…

Но женщина перебила меня, наклонившись будто бы за половником и тихо прошептала:

— Спасибо за моё дитя. — Она выпрямилась, громко хлюпая бульоном в миску, и вдруг сунула мне в руку что-то маленькое, твёрдое и холодное. Я взглянула мельком.

Монета. Она была стёртой, с одной её стороны было выбито сломанное колесо.

— На восток, — прошептала она, не глядя на меня, — Через Чёрный Лес, до реки Пепельной Воды. Найдите мельницу с тремя сломанными крыльями. Покажите эту монету. Скажите: «Сердце помнит, искра тлеет». Они спрячут вас…Долг жизни отдан, воля Пламени.

Она отступила, сделала грубый поклон и громко сказала:

— Бульон готов, рохайна. Принести в покои?

Я сжала монету в кулаке так, что края впились в ладонь.

— Да, — выдавила я из себя, поскольку еле сдерживала слёзы радости от того, что теперь по настоящему поверила, что у меня всё получится. — Принесите. И… благодарю.