Жестокий дракон. Приручая пламя.

Глава 29. Пробуждение

Стояла, опустив голову и чувствуя, как каждая рана на теле ноет в унисон душе. Киран прав. Я привела беду прямо к их порогу.

Дракон резко развернулся и крикнул через плечо:
— Сай!

Из-за угла ближайшего барака вышел мой спаситель.

— Готовь скорна, — коротко бросил Киран. — Отведёшь её к Гнилым Болотам. Оттуда на восток, к Рубежу. Пусть идёт к людям Каменного Хребта. У них свои договоры с драконами, может, примут.

Сай повернулся ко мне.

— Одевайся, соберу провизию, мазь. — Он задумчиво осмотрел меня с головы до ног, — Сможешь держаться в седле?

Я кивнула, хотя уверенности не было, как и выбора...
— Могла бы сказать сразу, кто ты, — добавил Сай беззлобно. — Драконы чуют метки.— Он махнул рукой в сторону Кирана, который отошёл к краю лагеря и стоял, вглядываясь в сторону Драгхорна. — Он понял с первого взгляда. Скрывать было глупо и смертельно. Для всех.

Мне стало стыдно. Я не скрывала намеренно — сама не до конца понимала, почему так поступила. Но оправдания звучали бы жалко, поэтому я просто промолчала.

Сай ушёл, и у меня появилась возможность рассмотреть оживающий утренний лагерь сопротивления.

Из полуземлянок, искусно замаскированных под холмы и заросли, выходили люди. У центрального костровища, где уже гудел и потрескивал огонь, пожилая женщина с лицом, похожим на высохшую грушу, помешивала что-то в огромном котле. Пар мягко стелился по земле, не поднимаясь выше пояса, неся с собой густой, наваристый запах бульона из кореньев, диких трав и мяса.

Двое подростков, лет по тринадцать, тащили вёдра с водой из ручья, перебрасываясь колкостями, толкая друг друга и тихо смеясь, когда удавалось разлить воду соперника.

У входа в самую большую землянку, раскрасневшийся парень сунул в руки милой девушки маленький, неказистый букетик из синих лесных цветочков. Та, оглянувшись по сторонам, быстро потянулась и чмокнула его в щёку, а потом убежала, прижимая цветы к груди. Парень стоял, сияя глупой и прекрасной улыбкой.

Мужчины и женщины бросали на меня быстрые, настороженные взгляды. Они не проявляли враждебности, но в их глазах я была угрозой налаженному быту.

Я вдруг остро осознала, как жалко и уязвимо выгляжу: босые ноги в холодной грязи, одна тонкая ночная рубаха, промокшая от росы и прилипшая к телу, открывающая синяки и бледную кожу.

Скрестила руки, пытаясь согреться и спрятаться, чувствуя себя призраком, незваным и опасным.

Из той же землянки, куда убежала девушка с цветами, вышла пожилая женщина с охапкой одежды в руках. Ни слова не говоря, она подошла и протянула мне аккуратно сложенную стопку.

— На, — буркнула она хриплым голосом, даже не глядя на меня. — А то смерзнешь, как щенок. И светиться будешь, как луна в смурную ночь. Нам такое ни к чему.

Я взяла одежду, и мои пальцы встретили шершавую, но чистую ткань, приятно пахнущую какими-то местными цветами.

— Спасибо, — прошептала я с благодарностью.

Женщина фыркнула, махнув рукой, и бормоча себе что-то под нос пошла прочь, к костру.

Я юркнула обратно в землянку, которую изнутри приняла за хижину, и стала быстро переодеваться. Уже накидывала плащ, когда услышала за спиной шорох.

Между дверным полотном и косяком торчала рыжая кудрявая голова. Увидев, что её рассекретили, малышка неуклюже ввалилась в комнату.

В руках она сжимала тряпичную куклу с пуговичными глазами.
— Ты уезжаешь? — спросила рыжуля, и её нижняя губа предательски задрожала.
— Да, малыш, — я опустилась перед ней на корточки.
— Почему? Ты же только пришла! Мы могли бы в куклы играть! — она потянула мне свою игрушку и аккуратно вложила в подставленные ладони.
— Она очень красивая. Как её зовут?
— Меня Дара, а её Лора, — серьёзно ответила девочка. — Как мою маму. Но мамы уже нет. Её дракон забрал.

Мои руки непроизвольно сжали тряпичное тельце.
— Прости, — выдохнула я.

Дара внимательно посмотрела на меня каким-то недетским взглядом.
— Хорошо. Поезжай. Только возьми Лору с собой. Она будет тебя защищать. Она сильная.

Я не стала спорить. Сунула куклу во внутренний карман рубахи, прямо у сердца. Рыжуля улыбнулась, обняла меня за шею быстро и неловко, и убежала, оставив на моей щеке запах лесных ягод.

Я поднялась, оглянулась, с сожалением прощаясь с этой маленькой уютной комнатушкой и вышла вслед за Дарой.

Как раз вовремя — вернулся Сай, ведя под уздцы странное ездовое животное.

Оно было похоже на лошадь по сложению, но его шкура имела тёмно-зелёный, почти болотный оттенок, покрытый хаотичными коричневыми пятнами, словно солнечные блики в густом лесу. Из его лба росли два крепких рога. Шерсть была короткой, жёсткой и лоснящейся. Существо фыркнуло, выпустив из широких ноздрей струйку пара, и посмотрело на меня умными, тёмными глазами с вертикальными зрачками — скорн, кажется так назвал его Киран.

На спине у животного уже лежали свёртки, фляга и что-то похожее на свёрнутый плащ.
— Садись, — Сай подошёл ко мне. — Помочь?

Я отрицательно покачала головой, ухватилась за высокую луку седла, сделанного из тёмной кожи и дерева, и, преодолевая боль, вскарабкалась на скорна. Его спина была шире привычной мне лошадиной, движения — более плавными и пружинистыми.