Жестокий развод с генералом драконов

Глава 24

Нужно уходить от темы. Немедленно.

Смотрю на Розу, на ее горящие глаза, и, мягко улыбнувшись, отставляю чашку.

– Роза, дорогая, – беззаботно начинаю я, – ты так увлеклась пророчествами, что совсем забыла рассказать нам о своей поездке на Север! Я слышала, ты была на приеме у герцогини Монтгомери? Как же так, держишь нас в неведении!

Роза моргает, явно не ожидала от меня подобного. Да я и сама от себя такого не ожидала. Все-таки хорошо, что память Хельги вовремя подбрасывает нужную информацию.

На секунду на лице “подруги” мелькает раздражение, но она быстро берет себя в руки.

– О, это было великолепно, – начинает она, раздуваясь от важности и превосходства. – Герцогиня приняла меня в своем новом салоне. Знаете, она полностью переделала восточное крыло в своем родовом замке. Шангайский шелк на стенах, мебель из красного дерева…

Фу, какая безвкусица. Но молчу. А вдруг в этом мире это писк моды в интерьере?

Корделия и Беатрис тут же переключаются, засыпая Розу вопросами. Я откидываюсь на спинку дивана, “внимательно” слушая.

Кризис миновал. Пока что.

Но Корделия не была бы собой, если бы не попыталась снова.

– А твое платье на завтрашний прием, Хельга, – говорит она, отпивая чай, – я слышала, ты заказывала у мадам Лавуар? Интересный выбор. Хотя говорят, ее работы в последнее время не так хороши, как раньше. Стареет, бедняжка.

Укол. Завуалированный, но укол.

Улыбаюсь еще шире.

– О, напротив, дорогая Корделия. Мадам Лавуар – гений. Только вчера она закончила платье для некой особы королевских кровей. Личность она не раскрыла, сами понимаете. К мадам сложно попасть на прием. Очередь на несколько месяцев вперед. – останавливаюсь я, следя за реакцией “подружек”. – Хотя, конечно, для постоянных клиентов она всегда находит время.

Намек понят: ты, Корделия, не можешь позволить себе мадам Лавуар.

Лицо Корделии становится кислым. Беатрис прикрывает рот салфеткой, пряча усмешку.

– Ну, если тебе нравится этот стиль... – пытается Корделия.

– О, мне нравится качество, – перебиваю я мягко. – Знаешь, я всегда считала, что лучше одно действительно хорошее платье, чем десяток посредственных. Хотя, конечно, у каждого свои приоритеты.

Удар вернулся бумерангом. Корделия сжимает губы в тонкую линию.

Беатрис решает вмешаться.

– А я слышала, Хельга, что твоя свекровь очень... требовательна в организации приемов. Небось совсем тебя измотала подготовкой? Она же приехала?

Еще один укол. Намек на то, что я всего лишь марионетка в руках свекрови.

Наклоняю голову набок и с улыбкой на миллион, произношу:

– Мелиссанда действительно знает толк в организации, – соглашаюсь я. – И я так благодарна ей за помощь. Знаешь, Беатрис, мудрость приходит с опытом. И учиться у лучших – это привилегия, а не обуза. – замолкаю, затем наношу решаюший удар. – Хотя не все могут это понять.

Беатрис открывает рот, потом закрывает. Обиделась, бедняжка. Мне так жаль, так жаль, что сейчас заплачу. Ха, разбежались. Если эти курицы любят так неумело нападать, то пусть будут готовы отражать ответные удары.

Роза наблюдает за этим обменом любезностями с улыбкой. Она умнее этих двух, не ввязывается в прямые атаки. Что ж, подождем.

– Ладно, дамы, – говорит она, меняя тему. – Хватит о нас. Давайте обсудим действительно интересные новости.

Светские сплетни. Любимое занятие скучающих жен.

Корделия тут же оживляется.

– О! А вы слышали о Кэтрин Холбрук?

Я замираю, чашка застывает на полпути к губам. Так, так, так.

– Кэтрин Холбрук? – переспрашивает Беатрис. – Та, что развелась с мужем?

– Именно! – Корделия наклоняется вперед, глаза блестят от предвкушения сплетни. – Какая же она распутная! Представляете, даже муж от нее отказался! Развод! Позор на всю округу!

– Должно быть, творила ужасные вещи, – кивает Беатрис. – Муж же не просто так разводится. Небось изменяла направо и налево. Пусть радуется, что у нее такой добрый супруг, другой бы уже убил.

Я сжимаю чашку сильнее, стараясь не показать эмоций. Внутри закипает злость. Они даже не знают правды. Никому не интересна правда.

Роза отпивает чай, в глазах холодный расчет.

– Кэтрин глупа, – говорит она спокойно. – Невероятно глупа.

– Что ты имеешь в виду? – спрашивает Корделия.

– Она подождала бы несколько лет, – продолжает Роза, откладывая чашку. – Тогда могла бы развестись с мужем и не побираться.

Беатрис глупо хлопает ресницами.

– О чем ты говоришь, Роза?

Роза хищно усмехается.

– Древний закон. Вы разве не знаете?

Корделия и Беатрис переглядываются.

Роза откидывается в кресле, явно наслаждаясь моментом, когда она знает то, чего не знают другие.