Злодейка, приручившая Дракона

Глава 8

Мои дни превратились в строгую, но приносящую удовлетворение рутину. Ранний подъем, изнурительные тренировки в предрассветной тишине, скудный завтрак в компании молчаливых «соседок», а затем – долгие, благословенные часы в библиотеке. Мое тело становилось сильнее, а разум – острее. Крошечный магический огонек, который я могла зажечь на кончике пальца, становился все ярче и горел дольше. Это была моя маленькая тайна, мой источник силы, который согревал меня в этом холодном каменном дворце.

Я научилась быть тенью, скользить по коридорам незаметно, оставаясь в стороне от дворцовых интриг. Но иногда жизнь сама врывалась в мой уединенный мир, заставляя делать выбор.

Однажды, возвращаясь из библиотеки, я проходила через внутренний двор. Мой путь лежал мимо хозяйственных построек, и именно там я стала свидетельницей неприятной сцены. Двое дюжих стражников тащили за шиворот молодого паренька, почти мальчика, в простой одежде кухонного работника. Он упирался, его лицо отражало весь смертельный ужас, что он испытывал. Рядом, чеканя шаг, шел главный дворецкий – суровый мужчина с жестким, не терпящим возражений лицом.

— Десять плетей на площади! – отрезал дворецкий. – Чтобы другим неповадно было воровать у лорда-генерала!

— Я не воровал! – всхлипнул паренек. – Я просто подобрал то, что упало! Яблоко было уже побитое!

— Молчать! – рявкнул один из стражников, встряхивая его.

Мое сердце сжалось. Десять плетей для этого хрупкого мальчика могли стать смертным приговором. Я уже собиралась пройти мимо, следуя своему главному правилу – не вмешиваться. Но тут я разглядела лицо паренька. Бледное, веснушчатое, с копной рыжих волос и большими, испуганными зелеными глазами.

И я его узнала.

Это был Тим. В книге он был незначительным персонажем, одним из слуг, которого запугала и подкупила Изабель. Именно он подложил в покои Амелии яд, который она потом попыталась использовать против Элайры. Именно его показания стали последним гвоздем в крышку гроба оригинальной Амелии. Он предал ее из страха, потому что она никогда не обращала на него внимания, была для него лишь еще одной жестокой и высокомерной госпожой.

И сейчас его собирались покалечить за побитое яблоко.

Внутри меня что-то оборвалось. Все мои правила, вся моя осторожность отошли на второй план. Я не могла этого допустить. Не потому, что хотела изменить канон. А потому, что это было чудовищно несправедливо.

— Остановитесь, – произнесла я. Мой голос прозвучал тихо, но в звенящей тишине двора он прозвучал как удар гонга.

Дворецкий и стражники замерли, обернувшись. Увидев меня, дворецкий нахмурился.

— Леди Амелия, – произнес он с плохо скрываемым раздражением. – Это не то зрелище, которое вам пристало видеть. Прошу вас, возвращайтесь в свои покои.

— Что он сделал? – спросила я, подходя ближе и глядя прямо на перепуганного Тима.

— Он вор, леди. Он украл яблоко из корзины, предназначенной для стола лорда-генерала, – с нажимом произнес дворецкий.

Я перевела взгляд на Тима.

— Это правда?

— Н-нет, леди! – прошептал он, дрожа всем телом. – Я нес корзину, споткнулся, и одно яблоко выпало и ударилось о камни. Я… я просто поднял его. Я не собирался его есть! Честно!

Я посмотрела на дворецкого. Его лицо было непреклонно. Для него не имело значения, как было на самом деле. Нужен был показательный пример.

— Я понимаю, – сказала я медленно, тщательно подбирая слова. – Дисциплина и порядок превыше всего. Но, кажется, здесь произошло досадное недоразумение.

— Никакого недоразумения, леди, – отрезал дворецкий.

— Но боюсь, что это действительно так, – мягко возразила я. – Видите ли, это я попросила этого молодого человека принести мне яблоко.

Наступила ошеломленная тишина. Тим уставился на меня с открытым ртом. Дворецкий смотрел так, словно я сказала, что умею летать.

— Вы, леди? – недоверчиво переспросил он.

— Да, я, – кивнула я с самым невинным видом. – Мне вдруг ужасно захотелось яблока. Прямо здесь, во дворе. Я увидела его с корзиной и окликнула. Он так спешил исполнить мою просьбу, что, видимо, впопыхах уронил одно. Так что, если кто и виноват в этом инциденте, то это моя внезапная прихоть.

Я смотрела на дворецкого спокойно, но в моем взгляде была сталь. Я была наложницей генерала. Пусть и той, что вышла из фавора, так и не войдя в него. Но мой статус все еще был неизмеримо выше, чем у него. И он не мог наказать слугу за исполнение приказа госпожи.

Дворецкий побагровел. Он понимал, что я лгу. Но он был загнан в угол.

— Так что, если вы собираетесь кого-то наказать, – я сделала паузу, – то вам придется наказать меня. Хотя я не уверена, что лорду-генералу понравится новость о том, что его людей наказывают за исполнение моих скромных желаний.

Это был прямой удар. Упоминание генерала подействовало безотказно. Дворецкий сглотнул.

— Разумеется, леди… я… произошло недоразумение, – процедил мужчина сквозь зубы. Он бросил на стражников испепеляющий взгляд. – Отпустите его! И за работу, бездельники!

Стражники тут же разжали руки. Тим, пошатнувшись, едва устоял на ногах. Дворецкий, бросив на меня полный ненависти взгляд, резко развернулся и зашагал прочь.

Я осталась стоять посреди двора напротив спасенного мной мальчика. Он смотрел на меня так, словно я была сошедшим с небес божеством.

— Иди, – тихо сказала я. – И будь осторожнее.

Он не двинулся с места. А потом, к моему полному изумлению, рухнул передо мной на колени и, схватив край моего платья, прижался к нему лбом.

— Леди… – прошептал он сдавленным от рыданий голосом. – Я… я никогда… я до конца жизни…

— Встань, – прервала я его мягко, но настойчиво. – Не нужно этого. Просто делай свою работу хорошо.

Я осторожно высвободила платье из его рук и, не оборачиваясь, пошла прочь, чувствуя на спине его горячий, полный благодарности и преданности взгляд.

В тот вечер, когда я уже собиралась ложиться спать, в мою дверь тихо постучали, а если точнее – поскреблись. Это был Тим. Он проскользнул в комнату, как мышонок, и снова упал на колени.