Злодейка в Академии Содружеств

Глава 18

В этом взгляде не было ни осуждения, ни злорадства, ни даже тени агрессии. Скорее — интерес и любопытство.

А присмотревшись внимательнее, я поняла, что ко мне явился вовсе не обычный адепт, а самый натуральный призрак. Если сначала я не обратила внимания на слишком бледную кожу и легкое парение над кроватью — без всякого касания к постели, — то теперь это стало очевидным.

Закричать захотелось снова, но я с силой подавила панику.

Про призраков Бенетэр рассказывал мне на занятиях, и, насколько я поняла, это неупокоенные души, которые тянутся к магии всем своим существом. Они не могут прикоснуться ни к человеку, ни к любому предмету. Бестелесные, бесплотные... Так что максимум, что мне грозило, — это донос в администрацию.

Правда, судя по моим безуспешным попыткам убедить людей в собственной правоте, призраку тоже вряд ли кто-то поверит.

— Вижу, ты не слишком удивлена, — улыбнулся парень. — И даже не отрицаешь очевидное.

Я стиснула полотенце сильнее.

— Что тебе нужно? — Решила не ходить вокруг да около я.

— Мне? Ничего, — расслабленно ответил он. — Меня зовут Саймонн. Я здесь живу. А вот ты кто такая?

— Я — Эллеонора Форлай.

— Не ври!

Призрак мгновенно растворился в воздухе и тут же снова возник рядом со мной, заставив меня отпрянуть и натянуть полотенце повыше. Оно и так уже предательски сползало вниз.

— Я знаю Эллеонору Форлай. И знаю ее звенящую от злости ауру, которую чувствую за километр. Так что не ври мне. Ты кто угодно, но только не она.

Я вспыхнула.

— Ну так пойди и расскажи все ректору! Или кому там должен жаловаться академический призрак? Посмотрим, поверят ли тебе, потому что мне вот тоже не поверили! Зачем ты вообще со мной разговариваешь?

Саймон усмехнулся.

— А зачем мне на тебя доносить? Еще вернут эту истеричку обратно. Будет снова мозолить мне глаза. А так хотя бы интересно, как далеко все это зайдет. Отличное представление, между прочим. Перед смертью.

— Перед смертью? Ты разве уже не умер?

— Умерла моя физическая оболочка, — спокойно пояснил он. — Теперь пришло время уходить и душе. Я нахожусь на последней стадии развоплощения.

— Мне... жаль.

Голос дрогнул сам собой. Я правда сочувствовала ему. Даже представить не могла, что чувствует призрак, который уже почти исчезает. Наверное, пустоту. Саймон посмотрел на меня странным взглядом, будто удивился моей реакции, а потом грустно улыбнулся и вернулся на мою кровать.

— Так как ты здесь оказалась? — спросил он. — И почему так похожа на эту девушку? Внешне к тебе и придраться не к чему. Разве что взгляд... Да, взгляд у настоящей Эллеоноры был вымуштрованным, холодным, отчужденным. И, главное, в нем читалось такое превосходство, что твои щенячьи глазки рядом просто не стояли.

Я фыркнула.

— Я сама не знаю. Правда не знаю.

Сдавать меня, похоже, пока никто не собирался. И это даже радовало. А вот присутствие призрака, перед которым не нужно было изображать из себя другого человека, радовало вдвойне.

— А что родители Эллеоноры?

— Они считают, что я потеряла память.

— Да тебе повезло, — усмехнулся Саймон. — Попасть в такую семью... Перед тобой теперь все дороги открыты.

Я горько усмехнулась.

— Да, до того момента, пока не вернется настоящая Эллеонора Форлай и меня не казнят за жульничество. Или что в вашем мире делают с такими попаданцами?

Саймон задумался.

— В целом ты права. Казнят.

Я похолодела.

— Но почему ты решила, что Эллеонора жива? — осторожно спросил он. — Она бы никогда не отреклась от своей семьи и благополучной жизни.

— Не знаю, — пожала плечами я. — Просто готовлюсь к худшему.

— Зря. Наслаждайся жизнью, пока она у тебя есть. Бояться будешь по факту — когда тебя поймают на горячем.

— Успокоил, спасибо.

Еще немного поговорив, Саймон наконец покинул комнату, оставив меня одну. О последующих занятиях не могло быть и речи: я была настолько вымотана, что новых потрясений попросту бы не пережила.

Посмотрев в расписание, я мысленно возликовала. Хоть в чем-то у нас с Эллеонорой вкусы совпадали — мы обе любили плавать. Занятие в бассейне значилось на десять вечера.

Аппетита у меня все равно не было, поэтому я решила провести оставшееся время в комнате. И нет, я не боялась осуждающих взглядов в столовой. Просто при одном воспоминании о клейкой жидкости желудок грозился вывернуться наизнанку, так что рисковать последними крохами завтрака я не стала.

К тому же со студенческих времен я привыкла пренебрегать едой. Да, это не полезно, но тогда у меня просто не было выбора.

Чтобы скоротать время, я с головой ушла в книги.

Магия оказалась удивительно интересной и понятной, особенно та часть, что касалась зельеварения. И пусть проверить, получится ли у меня колдовать, я пока не могла, но была уверена: отстающей в группе я не стану. Если, конечно, дело не коснется физической подготовки.

Может, попросить сьера Башиота подтянуть меня по этому предмету?

От одной этой мысли я невольно скривилась.

Пусть мужчина и был мне симпатичен, его отношение отталкивало. И если так пойдет дальше, симпатия исчезнет окончательно. Никакая красивая мордашка и идеальное тело не помогут удержать зарождающиеся чувства.

Я резко помотала головой, приказав себе не думать об этом мужчине. Он этого не достоин, Элла. И между вами ничего не будет.

На удивление, за книгами время пролетело незаметно. Поняв, что уже опаздываю на занятия в бассейн, я быстро сгребла нужные вещи в сумку и поспешила в спортивный комплекс замка. Время близилось к отбою, поэтому по пути мне почти никто не встретился. В самом бассейне и вовсе никого не было, хотя дорожек было целых три.

Видимо, аристократам не пристало плавать вместе с другими адептами. Или дело в местных нравах? Неважно. Отсутствию компании я была только рада.

Погрузившись в воду, я несколько раз потренировала дыхание. Когда задержка стала больше минуты, поняла, что готова к заплыву. Вода была теплой, обволакивающей, она будто мягко укутывала каждую клеточку тела. Я проплыла три круга кролем, а потом решила немного передохнуть, перевернулась на спину и закрыла глаза. Вода немного успокоила. Завтра я снова выйду на занятия с гордо поднятой головой. И пусть только кто-нибудь попробует мне что-то сказать.