Злодейка в Академии Содружеств

Глава 21

В аудитории повисла тишина. Бенетэр подошел ближе и мягко приобнял меня за плечи, будто напоминая всем присутствующим: я не одна и я в безопасности.

— У сестры врожденный дар целительства, профессор Шиши. Она часто проводит свободное время в семейной библиотеке и интересуется такими... темами.

Брат говорил твердо и уверенно, хотя в глазах у него явно плясали молнии. Я невольно задумалась: неужели Эллеонора и правда проводила время за книгами по целительству? Сомневаюсь. Или... Бенетэр меня выгораживает?

— Но как же! — леди Шиши схватилась за сердце. — Почему Эллеонора не на моем факультете? Что за нелепость! Врожденный дар игнорировать нельзя! Я требую немедленного перевода адептки Форлай на факультет целителей! Деточка, — уже мягче обратилась она ко мне, при этом косо поглядывая на ошеломленного Силиона, который все еще дышал в свою тряпочку и внимательно за нами следил, — сейчас мы с тобой пойдем в ректорат и решим все вопросы. Правда, милая?

Я мгновенно воодушевилась. Вот она — возможность избавиться от общества жениха и заняться любимым делом! Это же сколько интересного можно будет узнать на факультете целителей...

Я с надеждой посмотрела на Бенетэра, ожидая его реакции. Он хмуро гипнотизировал леди Шиши, а та уже явно ждала от меня согласия. Наконец брат кивнул своим мыслям и дал мне молчаливое разрешение. И я, радостная до невозможности, поспешила вслед за целительницей.

До ректората мы добрались быстро. Леди Шиши шагала уверенно и стремительно, а замыкал наше шествие Бенетэр, решивший тоже принять участие в важном обсуждении. Против его присутствия целительница, впрочем, не возражала.

К ректору нас пропустила строгая женщина, исполнявшая роль секретаря. Торс Форклей оказался молодым мужчиной, и это меня сильно удивило. На вид ему было не больше тридцати пяти, а пост ректора он уже занимал. Я-то ожидала увидеть добродушного старичка с бородой, как у Дамблдора, а тут передо мной оказался высокий, симпатичный темноволосый дракон с легкой однодневной щетиной.

Хотя чему удивляться? Бенетэр же говорил, что сьер Форклей — друг Альера. Логично, что он такой же энергичный и молодой.

Ректор сидел за бумагами и внимательно вчитывался в документы. Когда же он поднял взгляд и увидел меня, то горестно вздохнул так, будто я уже одним своим видом испортила ему весь день.

— Профессор Шиши, что она опять натворила?

Я обиженно насупилась. Вот так и попадай в тело злодейки...

— Она спасла жизнь адепту, — с улыбкой ответила целительница.

— Что?! — мужчина даже закашлялся, словно не поверил услышанному.

Дальше меня попросили подробно рассказать, что произошло. В том числе и то, откуда у меня вообще взялись знания по оказанию первой помощи при астме. Я с удовольствием поддержала легенду Бенетэра и солгала, не дрогнув ни единым мускулом. Выглядело это вполне правдоподобно.

— Профессор Шиши, — недовольно буркнул ректор, — по поводу адептов на вашем факультете мы поговорим отдельно. Мне неприятно слышать, что во время опасности они остались в стороне, а помог всего лишь доброволец-любитель.

Что, простите? Доброволец-любитель? Да я в медицине пять лет вертелась! Какой еще любитель?! Я обиделась, но поспешила отвернуться, чтобы никто не заметил моих эмоций.

— Понимаю, ректор Форклей, — покраснела женщина. — Конечно, я проведу со своим факультетом воспитательную беседу. Больше такого не повторится.

— Отлично. Тогда для окончательного решения нам не хватает действующего декана Эллеоноры.

Мужчина достал из стола чистый лист, быстро что-то написал размашистым почерком, прошептал заклинание, и лист тут же превратился в уже знакомую бумажную птичку. Она резво вылетела в окно.

Нет, мне определенно нужно будет научиться отправлять такие послания. Мало ли что.

Пока мы ждали Альера Башиота, в кабинете повисла тишина. Ректор снова углубился в бумаги, леди Шиши опустила глаза в пол и, судя по выражению лица, уже мысленно отчитывала своих адептов. Бенетэр же, напротив, смотрел на меня слишком внимательно. И, к моему сожалению, я не могла понять, что именно его беспокоит.

Он недоволен? Только чем?

Хотя мне от этого даже легче: если он сам поддержит перевод, мне проще будет держаться подальше от декана. И Ташира не будет так сильно мозолить глаза.

Декан ворвался в кабинет без стука. Увидев меня, он предвкушающе сощурился.

— Что она натворила? — без всяких сомнений спросил Альер у ректора.

Я обиженно фыркнула, сложила руки на груди и отвернулась к окну. Все. Теперь меня интересуют только облака.

— Жизнь спасла, — усмехнулся Торс. — И теперь профессор Шиши требует перевести девушку на свой факультет.

— Нет! — безапелляционно рявкнул этот драконище. — Она... — он ткнул в меня пальцем, — будет учиться на боевом!

— Если вы еще раз повысите голос или нелестно отзоветесь о моей сестре, то сильно об этом пожалеете, — спокойно, почти лениво произнес Бенетэр, при этом буравя жениха ненавидящим взглядом.

А у меня от этого его спокойствия мурашки по коже побежали. Не зря он некромант. Альер ответил брату таким же убийственным взглядом, но спорить не стал и уже ровнее произнес:

— Я против, ректор Форклей. Я горжусь своей адепткой. Несмотря на то, что изначально она выбрала боевой факультет, ей все равно удалось проявить себя даже в... кхм... целительстве. Эллеонора добилась больших успехов под моим руководством, и я не могу так просто ее отпустить. Ее место — на боевом факультете.

Я ахнула. Он что, издевается? А у леди Шиши на глазах выступили слезы. Она оказалась очень впечатлительной женщиной.

— Но как же так, ректор Форклей, профессор Башиот? — запричитала она. — Это же врожденный дар! Вы не хуже меня знаете, что игнорировать дар богов нельзя. Девочка должна развивать свои способности. Она может принести столько пользы этому миру! Да и вам, сьер Башиот, от жены-целительницы будет только польза — будет залечивать ваши раны после тренировок с ректором Форклеем, а то вы меня уже совсем...