Злодейке тоже нужен Хэппи-Энд. И дракон

Глава 2

“Эли Деларис”, — эхом звучит в моей голове, а я впиваюсь ногтями в свои ладони.

Кранш, Деларис, Элен… Это все персонажи книги, которую я только что прочитала. Но самое отвратительное не это!

Самое отвратительное то, что я, то есть Элен Деларис — та самая злодейка, которая пыталась увести мужа у главной героини и несколько раз покушалась на ее жизнь. Пока сама не умерла практически от рук главного героя.

Ну капец мне повезло.

— Госпожа, мы все переделаем! — вошедшие слушанки бухаются на колени и чуть не бьются головой об пол. — Скажите, какое вам нужно платье, и мы все принесем.

Мысленно прикидываю: мне дали пятнадцать минут. Где-то пять уже прошло. Судя по фасону платья, упихиваться мне в него тоже не меньше пяти-семи минут это при скорости как в Формуле-1.

— Оставьте это, — произношу я снисходительным тоном. Ну или пытаюсь сделать такой, чтобы из образа не вывалиться.

Кажется, я слышу облегченный вздох.

Одна из первых служанок случайно неаккуратно дергает гребнем прядь, и я вскрикиваю.

Все вокруг застывают. Кажется, они готовы просто бросить все и сбежать побыстрее. Как же их эта Элен замордовала-то!

— А что стоим? Чего ждем? У меня время уходит, — поторапливаю я их.

И все! Тут на меня накидываются со всех сторон расчесывать, натирать, красить, одевать.

Спустя несколько минут, превратившихся в вечность, из зеркала на меня смотрит уже полностью собранная аристократка, готовая к бою за сердце женатого дракона. Насколько я понимаю, именно его имел в виду тот ненормальный, что вылил на меня воду.

Кстати, судя по всему, этот ненормальный — отец Элен. Кто ещё решился бы с ней так обращаться?

— Все готово, госпожа, — поклонившись произносит одна из служанок.

— Проводи меня в кабинет отца, — приказываю я, потому что иначе я туда просто не доберусь.

Это попаданкам в книгах везет: им достается память предыдущей владелицы тела. А я что? А мне бы сейчас с нервным срывом не свалиться, пока я пытаюсь осознать, что вообще со мной происходит и что ждет.

Служанки переглядываются, но не спорят, видимо, в случае с Элен это было чревато. Мы проходим по коридорчику, с одной стороны которого панорамные окна, выходящие на цветущий сад, а с другой — баллюстрада, выходящая в большой холл на потолке которого висит хрустальная люстра на, кажется, бесконечно количество свечей.

Все дорого, богато и… безжизненно-скучно. Меня по-прежнему преследует ощущение кукольного домика, в котором я и исполняю роль главной марионетки.

— Вы слышали, что старший сын рода Манур погиб, — слышу я низкий, насыщенный голос из приоткрытой двери, около которой мы со служанкой остановились. — Вам не кажется это странным в данных обстоятельствах?

Я делаю неопределенный знак рукой, давая моей спутнице понять, что она свободна. Долго уговаривать не приходится — девушка быстренько сбегает. А я остаюсь и прислушиваюсь.

— Хранители находятся под угрозой почти в каждый момент времени, генерал, — отвечает ему отец Элен, его-то по голосу я уже узнаю. — Особенно в данных, как вы говорите, обстоятельствах.

— И что же вы намерены делать? Элари Кранш не инициирована как хранитель, — рассуждает тот, кого назвали генералом. — И об этом скоро будет известно всем. Особенно нашим врагам.

— Вот этим я и собираюсь заняться, лар Блайд, — отвечает отец Элен. — Напишу прошение королю, а там наш род выполнит свой долг и примет на себя защиту.

Блайд. Это тот самый генерал, который хотел завладеть гротом или что там было? Главный злодей?

— Как у вас все красиво звучит, — усмехается генерал.

— Я слышу в вашем голосе недоверие?

— Как я могу, лар Деларис. Ни в коем случае вы не должны были его услышать, — язвит Блайд. — Но я понял вашу позицию. Вопросов больше нет.

Его шаги приближаются к двери, он распахивает сворку и… я не успеваю даже сделать вид, что я вовсе не подслушивала. Мы сталкиваемся буквально лицом к лицу!

Хотя, нет. Я сталкиваюсь носом с его ключицей и имею честь сразу же узнать, что генерал пахнет сногсшибательной смесью аромата черного перца, выделанной кожи и бергамота.

Поднимаю взгляд и нервно сглатываю: меня изучают черные, как безлунная ночь, глаза. Должна признать, что в книге ему уделялось неприлично мало “экранного времени”: это незаконно проигнорировать это выразительный нос, шикарные скулы и темные волнистые волосы, по которым так и хотелось провести пальцами.

Генерал прищуривает глаза, очень опасно смотрит на меня, усмехается и высокомерно обходит. Но даже этого времени хватает, чтобы по спине пробежал холодок, а сердце предупредительно забилось в груди. Одно я понимаю точно: с Блайдом шутки плохи.

Хотя и кончит он тоже, надо сказать, не очень хорошо. Даже жалко…

— Элен, и чего ты топчешься на пороге? Твое время уже истекло!

Добровольно в клетку с хищником? Как будто у меня есть выбор.

Захожу и понимаю, что понятия не имею, как приветствовать “отца”. Явно “папочка любимый” в этих высоких отношениях не прокатит.

— Молчишь? — презрительно выплевывает он. — Я уже даже начал думать, что из тебя выйдет какой-то прок, когда мне сказали, что Кранш сам тебя вызвал в свой кабинет и даже ехал с тобой в одной карете.

Я напрягаюсь, пытаясь понять, в какой момент сюжета я попала. Потому что сомнений, что это именно он, у меня уже не остается.

Кабинет… Карета… Самое начало? Это как раз утро после той ночи, когда герой нахамит собственной жене, лишь бы отправить ее подальше от себя и спасти?

— Все так и было, — все же произношу я.

— Так какого зуракла ты не соблазнила его? Ведь не соблазнила? — давит Деларис-старший.

Судя по тому, что я знаю из книги — не соблазнила. Даже рядышком не подышала: Кранш безумно любит свою жену. Причем без-умно в прямом смысле, потому что творит такие глупости…

— Значит так. Мне плевать, что ты будешь делать, Элен, — раздраженно шипит “отец”, нависая надо мной. — Но развестись Кранш должен сегодня, а его насчастная женушка должна быть мертва. Тоже сегодня. Карету для нее я тебе уже подготовил. Я позабочусь о том, чтобы Кранша дома не было. Остальное — на тебе. Поняла?