Золотая туфелька для гувернантки

17

На короля я посмотрела скептично, но всё же призналась:

– Я, конечно, могу попытаться, однако для этого мне потребуется прикоснуться к волосам его величества. И не просто ткнуть пальчиком издалека, а основательно в них покопаться. Не уверена, что подобное уместно.

– Уместно! – тут же воодушевился Терренс, словно только этого предложения и ждал. – Признаться, мне хотелось бы побыстрее вернуть свой цвет волос – всё же это символ королевской семьи Баи.

На всякий случай я посмотрела на охранников, которые кивнули в знак одобрения. Ворчать в подобной ситуации, что вручать голову правителя всяким подозрительным гувернанткам – плохая идея, я не стала. Я же не хотела навести на себя лишние подозрения? Поэтому, поднявшись со стула, я осторожно подошла к Терренсу со спины и чуть наклонилась.

Пряди, несмотря на краску, оказались гладкие словно шёлк. Они буквально проскальзывали в моих руках, пока я их оценивала, осторожно задевая кожу головы у мужчины. Не знаю, казалось мне или нет, но у него даже дыхание изменилось, пока я разбиралась с проблемой. Он то вбирал воздух и замирал, то судорожно выдыхал.

Я понимала, что нужно заканчивать осмотр, но не могла себе отказать в маленькой прихоти и немного продлить удовольствие. Однако, дольше рассматривать королевские локоны было подозрительно, и пришлось убрать руки и резюмировать:

– Если я правильно поняла, то нам повезло. Состав не окрашивающий, а маскировочный.

– А в чём разница? – тут же заинтересовался король.

– В первую очередь в цене, – хмыкнула я, подозревая, что кое-кто не глядя схватил самое дорогое зелье. – Краска постепенно вымывается, отрастают корни, цвет можно выкрасить поверх прежнего. Маскировка же держится как влитая, мешает волосам расти, при долгом использовании портит кожу головы и убрать её можно только специальным составом. Но, думаю, я сумею в ближайшие дни подобрать нужное зелье.

– Буду крайне признателен, если у вас получился, – любезно сообщил Терренс и предложил заходить в любое время.

Я подумала, что вместе с принцессами. Ну и вообще мне казалось, что вся эта любезность исключительно из-за дочерей, о которых он так печётся. В крайнем случае из-за редкого зелья. Однако Роси, стоило нам отойти от очереди на приличное расстояние, внезапно со смехом заявила:

– Папа, как всегда, в своём репертуаре!

– В каком? – заинтересовалась я.

– Крайне внимателен к нашим гувернанткам, – закатила глаза Эсси, явно не слишком довольная этим фактом.

– Он, наверное, о вас заботится? – предположила я, но девочки лишь дружно рассмеялись.

– Когда мама умерла после родов Джинни и Цесы, он в тот же год женился на нашей гувернантке, сеньорите Беренджене, – со странным цинизмом в голосе просветила меня Роси. – И всех гувернанток после неё всегда приветствовал с излишним энтузиазмом. Они всегда проходили к нему на приём вне очереди, в то время как мы подобной привилегией не пользуемся.

Что-то между словами Терренса и его дочерей не билось, но я не рискнула в этом разбираться. В конце концов, моя главная цель росла в дворцовом саду, а остальное только мешалось. Однако из любопытства я всё же спросила:

– Вы поэтому гоняете гувернанток?