Почему она не сказала, что любовница к ней приходила? И у любовниц всегда железный аргумент: " У нас будет( или уже есть) ребëнок, ему отец нужен ". Так твой любовник женатый и у него уже есть дети, и им что, отец не нужен?
Не знаю, может быть я наивна, но я почему-то верю Яру. И 95,7 - это не 99,9 . Очень больно за Васю. От этой главы веет просто какой-то безысходностью...
Жене предложил вместо своей дочери взять ребёнка от любовницы, ведь свой всё равно может и не выживет, а так скажут, что не девочка родилась, а мальчик, и никто ничего не узнает.... И это говорит отец! Кроха борется за жизнь, а папаша еë уже заменил на сына любовницы! Ещё и возмущается, что его не пускают к дочери, ведь он отец! Ещё и шантажирует ребёнком! Вот и вся его любовь и к жене, и к дочери.
У кобелей всегда находится причина своих измен. Но жене этого нельзя - ведь это же другое! А как же командировки мужей? Тогда жëнам тоже прыгать по чужим койкам? А тут, видите ли, жена раз в две недели уезжала на выходные к матери ухаживать за ней! Не уделила внимание, не ублажила - караул, побегу к другим! Ещё и измывается над ней! Пора корону ему лопатой подправить!
Сначала подумала, что надо бы кофейком эту парочку освежить, а потом решила, что свою долю славы они и так получат, надо только этому не мешать, а выйти молча и дверь пошире открыть. Так сказать, причинить им добро, пусть эта мадам и дальше торжествующе улыбается. Если получится.
Нормальненько так: любовнице - путешествия, рестораны, брендовая одежда, шикарное жильё, на работе не упахалась. А жене? - ожидания его из "командировок", стирка его трусов, готовка его любимых блюд, глажка его рубашек, воспитание дочери, ну и плюс еë работа...
Когда любишь свою жену ( тем более она беременная!), дорожишь своей семьëй, то ты близко никого к ней не подпустишь, любые слухи опровергнешь, руками и ногами креститься будешь, что это неправда, лишь бы семья была спокойна, жена не волновалась. А того, кто пытается лезть к семье - в баранку скрутить, чтобы не повадно было. Так бы сделал Макар, если бы любил по прежнему свою жену, дорожил своей семьëй. Но...