Компаньонка: под вуалью из лжи

Глава 1. Пух, пот, таблетки и апокалипсис - стандартное утро компаньонки

Два месяца спустя

Я проснулась от того, что перья щекотали мне лицо. Не открывая глаз, я настойчиво отпихнула от себя крыло и попыталась отползти ближе к краю. Наивная! Ной последовал за мной, обнял меня со спины, снова укрывая крылом. Перья на внутренней стороне были мягкими, нежный пух отлично сохранял тепло, а Ной служил дополнительной печкой. Жарко было невыносимо.

— Ной! — воскликнула я, когда поняла, что мой манёвр не имел успеха. — Прекрати!

Перья зашевелились, а их обладатель завозился за моей спиной.

— Софи, прости...

— Я не специально, да? — закончила фразу за него я, которую слышала последнюю неделю каждое утро.

— Ты же знаешь, я это не контролирую!

— Знаю, — ответила я, садясь на постели.

Уже наступило утро, но солнечный свет едва пробивался сквозь плотные шторы, поэтому в моей комнате оставалось темно. Я оглянулась через плечо и увидела Ноя. При скудном освещении он казался огромным чёрным пятном на белых простынях — широкие плечи, крепкие руки и расправленные крылья делали его силуэт ещё внушительнее. Его тёмные волосы, слегка растрёпанные, падали на лоб, закрывая часть лица. Кожа с легким оттенком бронзы казалась почти золотой в тусклом свете комнаты. Густые ресницы дрогнули, и он слегка приоткрыл глаза, которые всё ещё были наполовину в тени. Потянувшись к пульту управления, я дала команду раздвинуть шторы и впустить утренний свет в мою обитель.

Ну как мою. Раньше она полноправно принадлежала мне, и кровать была полностью в моём распоряжении, как бы Ною ни хотелось изменить такое положение вещей, но в последнюю неделю что-то пошло не так. Я неизменно выгоняла Ноя в его комнату и засыпала в одиночестве, а просыпалась укрытая его крыльями как одеялом и с самим обладателем вышеозначенных крыльев под боком. Ной каждый раз клялся и божился, что не помнит, как оказался в моей постели.

Первый раз я испугалась не на шутку. Если анж выпускает крылья, значит, он или собирается кого-нибудь порвать на лоскуты, или уже порвал и пришёл ко мне успокаиваться. Но при ближайшем рассмотрении когтей не нашлось, приятно удивили отсутствующие следы крови — ведь если он нашёл жертву, обязательно бы испачкался. В нашем случае были только крылья, которыми надо было укрыть меня, словно я невыносимо мёрзла, а другие признаки трансформации отсутствовали. Не было ни чёрных глаз с жёлтым вертикальным зрачком, ни заострённых ушей, ни когтей на руках, а ступни неизменно имели обычный человеческий вид и нисколько не походили на цепкую лапу, которая при желании могла пробивать металл и держать в воздухе несколько тонн.

Подобное поведение было странным, и я бы спросила о нём в Питомнике, если бы не одно “но”. Гон, который случился с Ноем два месяца назад, и который я провела с ним. Компаньонки никогда не вступают в интимную близость со своими анжами, но в тот раз что-то пошло не так, и мы переспали. Ной предпочёл скрыть этот факт, и я не стала ему перечить. С тех пор я предпочитала поменьше общаться с Питомником, ведь мне было что скрывать.

— Я правда не помню, как сюда пришёл, — сказал Ной, глядя на меня виновато.

Я ему верила, поэтому только вздохнула и отправилась в ванную начинать новый день. Он всегда стартовал у меня с таблеток. Тех самых, которые мне выдавали в Питомнике и без которых мой модифицированный организм не сможет нормально функционировать.

Пузырёк с таблетками, оказавшийся почти пустым, словно напомнил мне о неизбежном. Скоро придётся идти в Питомник, а желания появляться там было так же мало, как таблеток на дне флакона. Я снова отложила его в ящик, с раздражением осознавая, что избежать визита не получится. Погрузив лицо в холодную воду, я надеялась смыть не только остатки сна, но и гнетущее чувство необходимости идти туда, куда не хочется.

Когда я вышла, постель была пуста. Ной уже ушёл, хотя не успел далеко — дверь в его комнату приоткрыта, и в проёме периодически мелькал его силуэт. Крыльев не было, что говорило о том, что он вернулся в свою обычную форму.

Вот он прошёл мимо, одетый лишь в брюки. Его торс оставался обнажён, и кожа блестела в утреннем свете бронзовым отливом. Мышцы перекатывались под кожей, а его широкие плечи и сильные руки двигались плавно и уверенно, каждый его шаг был четкий, но мягкий. Я на мгновение отвлеклась на выбор своей одежды, а когда снова бросила взгляд на Ноя, он предстал уже в сорочке, педантично застёгивая пуговицы - для него каждая деталь имела значение. Спасибо его отцу за “счастливое” детство.

Я принялась одеваться, выбирая что-то удобное, но элегантное: тёмные брюки, ладно сидящие на бёдрах, и мягкую шёлковую рубашку, несмотря на строгость удивительно комфортную. Когда я занялась волосами, на тумбочке завибрировал телефон. Взяв его, я увидела сообщение, от которого чуть дёрнулась бровь. Оно было от Питомника:

"Софи, ваши таблетки заканчиваются. Вам необходимо явиться на приём не позднее конца недели. Также напоминаем, что согласно вашему графику, в ближайшие дни ожидается менструация. Пожалуйста, явитесь на осмотр, как только появятся первые симптомы."

Я выдохнула, чувствуя подступающее раздражение. Только этого еще не хватало! Вместо одного визита придется совершить два, но ничего не поделаешь, если я не хочу привлечь к себе лишнее внимание Питомника. К слову сказать, я совсем позабыла о том, что у меня скоро начнутся женские недомогания. Они у меня случались не так часто, как у обычных женщин, поэтому было легко сбиться со счета. С одной стороны - хорошо, что Питомник всегда помнил и напоминал, с другой - ему слишком много было известно о компаньонках даже после того, как они находили себе анжа.

Тут мне в голову пришла мысль насчет необычного поведения Ноя — возможно, причина в предстоящей менструации. С анжами такое бывает, когда их компаньонки истекают кровью. Те становятся странными и гиперопекающими.

Мысль мне понравилась — всё сразу вставало на свои места. Не нужно искать сложных объяснений там, где всё так просто.