Жестокая игра с читателем

Автор: Джейн и Скарлетт Эйр / Добавлено: 30.09.18, 18:12:01

Владимир Василенко "Серый пилигрим"

Он шел ночною, порой ночною

За темной рекою, за быстрой водою.

Не знал укора, не знал покоя,

За желтой луною, за ней, вороною.

Пришел желанный, ушел постылый,

Чужая рана его томила,

Чужая слава его манила…

Мельница - «Ночная кобыла»

 

«Серый пилигрим» Владимира Василенко – первая книга цикла, эпического фэнтези, который вряд ли когда-нибудь будет окончен.

Название

Джейн: В духе старого доброго классического фэнтези. Так и воображается одиночка в сером плаще, странник, то ли паломник, то от таинственный незнакомец. Непростой, непростой парень.

В кои веки у меня правильная ассоциация с названием. Которое, кстати, абсолютно уместно, без иносказаний, прямо и честно говорит читателю про что книга.

А ещё немножко ассоциируется серый цвет пилигрима с неугомонным магом из великой фэнтези истории.

Скарлетт: А я подумала: «Ух ты, тут будет инквизиция!» Который раз обламываюсь… Инквизиции не было.

Сюжет

Джейн: Подрабатывающему в дядюшкиной лавке Барту поручено оставаться за старшего, пока дяди нет. Ничего сложного, знай себе торгуй помаленечку, не забудь оплатить крупную поставку сельхозпродукции.

Но у Барта иной взгляд на алгоритм ведения бизнеса. Он за сверхприбыль, он за риск. Почему бы не затариться краденым у скупщика, да не продать это в дядиной лавке, прикрываясь безупречной торговой репутацией? Дело верное.

И угадайте, что может пойти не так? Правильный ответ – всё.

Скарлетт: Здесь автор мастерски играет на нашем отношении к персонажу. Оно меняется молниеносно: то им восхищаешься, то сочувствуешь, то его жаль, то начинаешь его порицать. Великолепная писательская игра!

Джейн: В результате Барт – беглец, голодный, смертельно напуганный, вынужденно крадет кое-какие вещички у одного опасного типа. Тип, не будь дурак, настроен воришке отомстить. И кончилось бы для Барта все очень плачевно, не заступись за парня мужчина в сером плаще пилигрима.

Скарлетт: Он даже не заступался, он просто неудачно зашёл. Эти двое – серый с обворованным – враги, а Барту повезло, а то ждала бы беднягу мучительная смерть, потому что обворовать ему повезло мага, причём мерзкого.

Джейн: Обстоятельства складываются так, что спаситель и Барт становятся спутниками. Им предстоит доехать вместе до крупного города, попутно собирая мухоморы, улепётывая от орды разбойников, организовывая нападение на имперских сборщиков налогов и пережив ещё множество приключений.

 

Скарлетт: Которые только в пересказе выглядят весело, а на деле всё очень серьёзно. Хотя попытка пролезть в бочке мимо сборщика налогов в подвал за наркотой и впрямь вышла забавной.

Джейн: Пилигрим, к которому прицепился Барт, непростой человек, и часть его тайн парню предстоит раскрыть совсем скоро.

А где-то за ними следом спешит безъязыкий наемный убийца…

Скарлетт: У которого будет свой флэшбек. Но об этом ниже.

Джейн: История насыщена событиями, и основная часть ее – путешествие. Это путешествие в духе тёмного фэнтези, суровые люди, суровые места.

Чем-то неуловимым, суровой атмосферой или ещё чем-то напоминает миры Сапковского.

Скарлетт: А мне – Мартина. Особенно потенциальным размахом эпика.

Джейн: Обсуждая со Скарлетт роман, мы столкнулись с самым настоящим дуализмом. Восприятие книги сильно зависит от вот какого момента - это однотомник или нет?

Скарлетт: Нет! Я абсолютно уверена, что это начало эпика, яркое, но всё же начало. Если посмотреть на его композицию, то весь роман выполняет одну-единственную чёткую функцию: заинтересовать читателя, оставить его в мире автора. Нам постоянно подкидывают то одну тайну, то другую и не дают разгадку. Да, нам расскажут о том, как пилигрим стал пилигримом. При этом – здравствуй мозаичная композиция – дадут флэшбек о том, как убийца-островитянин дошёл до жизни проклятого наёмника. Сюжетные линии пока связаны лишь номинально и, учитывая трогательность флэшбека об убийце, этому герою предстояло в будущем продолжении сыграть весьма важную роль.

… о которой мы теперь не узнаем, потому что писать продолжение автор не намерен.

Если честно, поняв это, я была в ярости. Прекрасное начало, меня поймали на крючок, и я теперь, как та рыба, на нём подыхаю. Незаконченные сюжетные линии, нераскрытые тайны. На тебе, читатель, интересное начало – и всё, им и довольствуйся. Не надо так с читателями, это жестоко.

Джейн: Если Скарлетт права, то – очень достойная первая книга цикла. Вводная часть, знакомство героев, неспешная, но очень богатая на приключения завязка, подробный рассказ об основных персонажах, намёки на масштабный конфликт. Как видите, вкусного просто масса. Слюнки текут. Интересно следить за историей, достойное во всех отношениях начало, хочется продолжения.

Если роман независимый одиночка, то. Часть плюсов из предыдущего пункта переходят на сторону зла. Долгая, тщательно выстраиваемая экспозиция, вводная для героя-убийцы, который в сюжете книги почти не важен, повисает в воздухе. Столько сил на него - и у читателя вопрос «А что он тут делает?». Но финал, как мне кажется, хорош и для однотомника. Он такой… мотивирующий, что ли.

Скарлетт: Я не согласна: финал оставляет больше вопросов, чем ответов. Это ни в коем случае не завершённая, даже частично, как это иногда бывает в сериях, история. Это лишь её начало. Жаль, что больше ей ничем не стать.

И раз уж заходила речь о композиции, добавлю немного яду. Флэшбеков много, но ладно, мозаичная композиция, она такая. Но если флэшбек о пилигриме затягивает с первых строк, то флэшбек об убийце ярок только концовкой. Его начало, уж простите, автор, вы перетянули. Не знаю, как Джейн, а я продиралась через начало, уговаривая себя: «Ну давай, у автора же получилось заинтересовать тебя предыдущим героем, ну давай, он и тут наверняка не сплохует». Не сплоховал, но будь моя воля, я бы об этом не узнала – бросила ещё на тренировочном поединке братьев.

Герои

Джейн: Барт – деятельный юноша, шилопопый, инициативный, находчивый. Со всеми свойственными молодости бедами типа духа авантюризма, жажды погеройствовать, стремлениях провернуть сделку века, подвергаете авторитетов сомнению. Барт неплохой парень, честный, любопытный, открытый, но с талантом влипать в неприятности. Находчивость, везение и мозги помогают герою из неприятностей выбираться, но и на старуху проруха бывает. Барт заслуженно терзается виной за свой поступок в доме дяди, но исправить уже ничего нельзя. Герой симпатичный парень, располагающий к себе, неунывающий и любознательный. Интересно, смогут ли жизненные тяготы изменить взгляд героя на жизнь?

Скарлетт: Прекрасный герой, чтобы ввести читателя в авторский мир. Он постоянно попадает в неприятности, за него болеешь, на него злишься – он не оставляет равнодушным.

Джейн: Леонард – графский сын в одночасье лишившийся всего, прикоснувшийся к грязным и мрачным тайнам, посвятивший жизнь борьбе против системы. Одиночка, ходящий по краю, ради своих высших целей готовый на любой союз, любую жестокость. Выдающийся человек, сильный духом, обладающий недюжинными познаниями в магии. Неоднозначная фигура, мнение о Леонарде меняется по мере продвижения сюжета.

Скарлетт: И так до конца и не сформировывается, потому что часть его жизни, завёрнутая во флэшбек, показана очень быстро, стремительно. Не успеваешь сформировать своё о нём мнение. Сочувствия к нему тоже нет – он уже не наивен, как Барт, озлоблен, и, наблюдая, как он мучается, думаешь: «И поделом».

Джейн: Рахт – в романе герой встретится нам в двух ипостасях – покалеченного наёмного убийцы и отчаянного наивного юнца, из-за чудовищной случайности лишившегося всего. Эти два человека практически противоположности друг друга. Автор выхватывает из жизни героя изрядный кусок, показывая нам сначала подающего надежды амбициозного упрямца, а затем посаженного на строгий поводок зверя, полного боли, готового на что угодно ради свободы. Очень ярко показан момент, когда все пошло наперекосяк. Как мне кажется, один из самых сильных моментов в книге. Противоречивый персонаж, для Рахта нынешнего раскрытие явно отложено на будущие тома. И если их не будет, то герой так и останется большой загадкой.

Скарлетт: А я продолжу плохо думать о жестоком авторе. Это был яркий герой, как же грустно, наверное, было отправлять его в утиль.

Джейн: Надо сказать, что в романе нет однозначно простых персонажей.

Скарлетт: И слава богу! Работа с героями изумительная, филигранная.

Джейн: Можно составить о ком-то мнение, и через пару глав произойдёт нечто, что заставит вас радикально пересмотреть взгляды на героя. Характеры сложные, конфликтные, порой противоречивые. Герои наделены мотивацией, от высших целей до сиюминутного каприза.

Очень интересно следить как развиваются отношения между Бартом и пилигримом. Как практически случайные попутчики притираются, находят точки соприкосновения, приходят на помощь друг другу.

Много второстепенных характеров, зачастую замечательно харизматичных. Например, старьёвщик.

Первоначальный антагонист романа отступает, показывая своего покровителя, противника на порядок серьёзнее. Отрицательные персонажи разного уровня - один злой приспешник, весь такой жуткий бесчеловечный жестокий гад. Даже странно видеть такого однозначно плохого героя, остальные-то вон какие сложные. Злодея два и простым злодеем назвать сложно. Он движимый жестокой идеей властитель, ради своего личного блага перекраивающий мир.

Скарлетт: Который ещё не раскрыт и, похоже, никогда и не раскроется. А был бы крутой Тёмный Властелин, похлеще тех, что в ромфанте…

Мир

Джейн: Мир, недавно оправившийся от страшной силы катаклизма. Люди пережили не только возникновение Разлома

Скарлетт: Привет, Перумов? Мне одной это его творчество напомнило?

Джейн: …Уродливого рубца на теле планеты, но и последовавшую за ним Чёрную зиму, по степени стрёмности сравнимую с ядерной зимой длиной в пару-тройку лет.

Воспоминания об этом безобразии еще живы в памяти, но уже подросло поколение, для которого катаклизм всего лишь мрачная страница прошлого. Поколение, которое не знает другой жизни.

Мир после катаклизма, но не после апокалипсиса. Цивилизация не рухнула, но пошатнулась. И в мутной водичке последовавших после катастрофы лет ловит самую жирную рыбку самый предприимчивый. Так, деятельный сосед - тихое странноватое государство вдруг начало сколачивать империю. Поначалу имперских амбиций никто и всерьез не воспринял. А когда сообразили, что дело-то серьёзное, стало уже поздно.

Император правит железной рукой, инакомыслящих не жалея, лихо управляясь марионеточной оппозицией, прижимая к ногтю пока еще свободных соседей. Император скоро будет править этой частью света.

А еще император совсем не человек, и империю он создает совсем не ради кайфа абсолютной власти, о нет. Там замешан хитрый план.

Люди не единственные обитатели этого мира. Но иные народы давно стали легендой, так же, как и их великое наследие. Однако иногда, редко, легенды оживают. И забытые боги оказываются пришельцами из иных миров, бездумно повторяемые ритуалы приобретают зловещий смысл, а магия становится реальностью.

Хороший контраст составляют псевдоевропейская цивилизация, открывшая порох, но превратившая его в привилегию власти, и островное государство лихих пиратов а-ля Япония, отставшее в развитии от соседей. Понимающее свое отставание, но наверстывать слишком поздно.

Мир сеттингом, политической ситуацией, общим мироощущением представляет собой нечто пограничное между тёмным фэнтези и фэнтези постмодерна. Атмосфера мрачная, в белом плаще не походишь, геройство на пустом месте чревато потерей головы, благородный спутник вполне может оказаться весьма неприятным типом, а сегодняшние интересы могут потребовать вступить в союз с тем, кто еще вчера готов был тебя очень мучительно убить.

И атмосфера эта показана очень убедительно. Ты не знаешь, чего ждать от этого мира. Мир опасен, он держит в напряжении, он пугает. В воображении авторскими стараниями очень ярко рисуется реальность. Отчасти традиционная для фэнтези - с павшими великими цивилизациями, артефактами, таинственными орденами, а отчасти постмодерновая и жесткая, безжалостно бьющая героя по всем болевым точкам.

А еще мир полон отсылок и полунамеков на вселенные “Ведьмака” и “Elder Scrolls” (может, еще к каким, но я увидела только к этим), некоторые лежат на поверхности, а над иными надо чуток поразмыслить.

Скарлетт: В этой книге нам покажут только одну локацию, полную пустоши и болот. Серую, тёмную, но даже так очень интересную. Эту книгу, несмотря на то, что я выше говорила и требовала от автора, стоит прочитать всем, кто хочет создавать сильные, живые миры. Здесь можно этому поучиться – эффект присутствия стопроцентный, читателя буквально перекидывают в грязный трактир или в мокрый и тоже грязный рынок. Огромное количество деталей, прекрасные описания, поданные в действии, а не статике. Великолепно!

Язык

Джейн: Приятная манера изложения, увлекательная. Хорошие описания. Роман изобилует экшен-сценами, и они динамичны, держат в напряжении и не провисают.

Некоторое количество опечаток, причем во со второй трети романа их становится больше.

Скарлетт: Не знаю, где их Джейн разглядела, я не нашла ни одной – наверное, очень увлеклась. Прекрасный язык: и простота, и красота. Гармонично и всё в меру.

Пример для затравки:

«- Ты мертв, мальчик, - продолжил Сожженный, когда Рахт уже устал прислушиваться и бессильно откинул голову на доски. – Твое сердце еще бьется, кровь еще бежит по жилам, боль еще терзает твое тело и душу. Но для твоего клана тебя больше нет.

Рахт ничего не мог ответить, дергаться было бессмысленно. Джайрах был последним из людей, кого бы ему сейчас хотелось слушать. Но ничего другого ему не оставалось.

- Тебя могли бы подвергнуть изгнанию. Отсечь руку. Обратить в безликого и продать в другой клан. Но Каррейда предпочла именно это. – Джайрах ненадолго замолк. - Я понимаю её. Сегодня ты нанес клану такой удар, от которого сложно будет оправиться. Наверняка ты даже сам не понимаешь до конца, что ты натворил.

Рахт яростно промычал сквозь кляп самые грязные ругательства, какие знал.

- Да, да, - было слышно, как Джайрах усмехнулся. - Ты винишь меня в смерти твоего брата. Но вот что я тебя скажу, мальчик…

Он, видимо, наклонился чуть ниже, потому что голос раздался над самым ухом.

- Его погубил ты. Твоя дерзость и твоя гордыня. Ты влез туда, куда тебе не было пути. Ты хорош. Но такому, как ты, никогда не быть Клинком Храма. Потому что ты даже не представляешь, что это такое на самом деле. Тебе, как и остальным щенкам, видно, кажется, что это путь к славе и богатству. Да, в последние годы Клинки, чтобы не заржаветь без дела, поступают на службу в кланы, и их услуги стоят недешево. Но правда в том, что их в любой момент может призвать их долг. Они вернутся в Храм, чтобы исполнить истинное свое предназначение. И, скорее всего, большинство из них погибнет. Просто канет в бездну, не получив даже такого вот погребального костра напоследок.

Рахт мотнул головой, отворачиваясь. К чему вся эта болтовня? Зачем Сожженный мучает его?

- Но, знаешь, мальчик… Судьба иногда бывает в игривом настроении. Её шутки, к сожалению, обычно жестоки. И одну из них она сыграла с тобой. Ты ведь хотел попасть в Храм? Ты можешь сделать это. Восстать из мертвых.

Рахт оцепенел. Джайрах издевается над ним? Или…

Нет. Только не это! Лучше уж гореть живьем на погребальном костре!

- Ты можешь стать одним из тонг-хош, мальчик. Чёрным клинком.

Рахт заерзал всем туловищем, замотал головой, сминая под собой слой лепестков ай-карры.

- Знаю, знаю. О тонг-хош ходят разные слухи. Не мне об этом рассказывать – ведь большинство из них сочиняю я сам. Пойми, мальчик – все не так просто. И совсем не так, как кажется на первый взгляд. В жизни обычно так и обстоит, и ты еще поймешь это.

Рахт что-то коротко промычал сквозь кляп.

- Не утруждайся. Я и не жду от тебя ответа. Сейчас. До рассвета еще есть время, и я подойду к тебе позже, перед тем, как зажгут костер. И спрошу тебя снова. Спрошу по-настоящему. Простой выбор – между жизнью и смертью.

Джайрах снова склонился к самому савану, перешел на шепот.

- Ты думаешь, что я жесток. Но сейчас, наверное, во всем мире никто не понимает тебя так, как я. Я ведь тоже давно мертв и давно похоронен. У меня нет ни клана, ни айны, ни братьев. В одну из ночей для меня все сгорело дотла. Нет больше Джайраха из рода Дельфинов. Остался только Джайрах Сожженный.

Рахт вздрогнул, когда твердые пальцы самими кончиками коснулись сквозь ткань его лба.

- Я вернусь. И спрошу тебя снова.

Рахт снова не слышал шагов, но знал – Джайрах ушел. Он снова остался один в окружении горящих факелов.

Из темноты, из-за пределов освещенного круга доносилась подхваченная множеством голосов погребальная песн»ь.

Вывод

Джейн: Увлекательный приключенческий роман, с очень неоднозначными героями, борьбой и интригой. Хороший язык, отличная динамика, сложный мир.

Книга с двойным послевкусием.

Вкус номер раз – роман как первый том цикла. Вкусно, ярко, заманчиво. Куча намеков, завязка, конфликт, огромный задел на продолжение. Пиши исчо, и все такое.

Вкус второй – история закончена. Хороший финал, открытый, с намеком, силой. И ряд повисших линий, персонажей. Читательская боль.

Скарлетт: Жестокая игра с читателем, которого поманили интересной историей, но не дали её. Начало – а эта книга сплошная экспозиция – прекрасно, но продолжения нет и, повторюсь, это жестоко.

Оценка: по требованию Скарлетт мы отказываемся это оценивать. Историю не оценивают по её началу, а большего автор не даёт.

_____________

Наше интервью с автором

Группа автора

Наша группа

Комментарии:

Всего веток: 2

Леока Хабарова 30.09.2018, 20:13:54

Как же люблю ваши обзоры. Каждую неделю жду их с нетерпением. Караулю и читаю с огромным аппетитом.

В ветке 2 Комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Джейн и Скарлетт Эйр 01.10.2018, 14:06:03

Леока Хабарова, Спасибо большое! Нам безумно приятно - и подстёгивает писать больше)

Ольга Шестрова 30.09.2018, 19:50:31

Очень интересно. Спасибо.

В ветке 2 Комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Джейн и Скарлетт Эйр 01.10.2018, 14:05:39

Ольга Шестрова, Рады, что понравилось :)

Books language: