Кукла и кукловод

Автор: Джейн и Скарлетт Эйр / Добавлено: 18.11.18, 16:20:37

«Между роком и судьбой» Ксения Власова

 

Oh can't you see,

You belong to me,

How my poor heart aches with every step you take.

“Every breath you take” Chase Holfelder

"Между роком и судьбой" - роман-однотомник Ксении Власовой, написанный в жанре эпического фэнтези.

Название

Джейн: Прям-таки дышит ангстом, трагическим пафосом, обещает сложную ситуацию для героя. С одной стороны – если застрял между, значит, какой-никакой выбор есть. С другой, получается, что ты игрушка в руках судьбы и рока, вот и тянут, рвут друг у друга из рук.

Название обыграно автором в высшей степени. Здесь и прямое смысловое значение, и говорящее имя. Получается очень уместно, вдобавок прекрасно описывает происходящее с главным персонажем.

Скарлетт: Название отлично подходит книге, но да, Джейн права: оно пафосное, а роман – нет. И этот пафос может отвратить от книги некоторых читателей. Например, я смотрела на него, на обложку и долго не могла поверить, что это не классический любовный роман – его авторы такой пафос любят.

С другой стороны, отлично обыграна основная идея: рок или судьба, а ты всё равно игрушка, и что бы ни делал, за тебя уже всё решили. В названии есть конфликт, и это хорошо.

Сюжет

Джейн: Король умер, да здравствует король. На родине Кары наследнику в день коронации можно бросить вызов и оспорить его право на престол. Победитель получит трон, проигравший – смерть не только себе, но и всей своей семье.

Брат Кары – наследник престола, добрый и правильный юноша. И ему суждено пасть в поединке. А Кару и двух её младших сестёр через три дня ждёт смерть на костре. Вот такие традиции в этой стране.

Скарлетт: Отличное поле для конфликта, не правда ли? Особенно, когда брат – весь такой… крутой (настоящий герой, точно должен был победить) в поединке погибает. В результате главную героиню и её сестёр ждёт мучительная смерть. Напряжение автор держит прекрасно.

Джейн: Кара и две девочки, затворницы, обреченные, пытаются поддержать и успокоить друг друга. Получается плохо. И вот, вечером первого из оставшихся трёх дней, в покои пленниц входит незнакомец. И предлагает сделку.

Кара – первенец короля, значит, имеет право вызвать на ритуальный поединок за власть. Закон, древний и туманный, ничего не говорит о том, какого пола должен быть первенец.

Скарлетт: Что, вы тоже вспомнили Мериду из «Храброй сердцем»? Вот только героиня этой книги в жизни ничего тяжелее иголки не держала. Куда ей сражаться? И все это понимают, включая читателя. Напряжение и конфликт – автор хорошо их ведёт.

Джейн: Незнакомец с красноречивым именем Рок обещает девушке помочь победить, а значит, сохранить сёстрам жизнь. А, ну и ещё стать королевой. Но об этом Кара задумывается меньше всего. Главное спасти близких.

Скарлетт: Вам кажется, что сейчас Кара откроет в себе супер-способности? И вы не ошиблись. Но автор обыгрывает этот штамп: магия в Каре уже была, но добрая, исцеляющая. Девушке теперь всего-то предстоит научиться ею убивать. То есть сменить плюс на минус. Видите, куда толкает её искуситель Рок?

Джейн: Под его руководством Каре придётся практически предать свой целительский дар, обратив его во зло. Но это единственный способ победить.

Взамен незваный помощник желает стать супругом королевы.

Скарлетт: Вместе с героиней читатель подозревает: ага, он и сам хочет править! Просто по какой-то причине роль короля ему не нравится. Действительно, приятнее быть серым кардиналом, когда на престоле сидит твоя марионетка: если что, всё можно свалить на неё, а твои руки чистенькие. Кара предвидит это и боится, но пока не знает, что делать, чтобы это изменить.

Джейн: План удаётся, Кара восходит на престол, Рок становится её консортом.

Сестры спасены, но теперь новая проблема – страна, которой надо править.

Скарлетт: И конечно же активизируются соседи. Где это видано: девка на троне? Наверняка королева слаба, давайте отхапаем у неё кусок земли. А потом ещё и ещё. Что она нам сделает?

Джейн: Королеве приходится принимать решения, выбирая пойти на сделку с совестью и следовать букве закона, или сохранить руки и совесть чистыми, нарушив традиции.

Скарлетт: Следить за тем, как героиня выбирает меньшее зло весьма интересно. Это ведь тоже конфликт – только с совестью.

Джейн: Королевский супруг, всегда готовый помочь советом, сторонник радикальных мер, жёсткой вертикали власти и, кажется, вообще беспощаден. Но супругой дорожит, пылинки сдувает. Ох, непрост его высочество, что-то он скрывает.

Скарлетт: Этакий Мартиновский Мизинец. Но тот легко продаст возлюбленную, если ему это будет выгодно. А тут… Героиня подозревает, что Року нельзя верить, но он всё равно слишком уж к ней мил. Может быть, у него есть многоходовой план?

Джейн: И соседи, будь они неладны, оружием бряцают, дело идёт к войне. Либо залить все кровью, либо искать альтернативы. И Кара альтернативу находит, вот только мужу она не очень-то по душе.

Скарлетт: Ага! Сейчас они схлестнутся! Будет конфликт! Да?

Нет.

Всё проще: Рок, тоже маг, но без высоких моральных принципов, делает из героини марионетку. В прямом смысле.

Джейн: Поначалу наивная принцесса постепенно матереет (извините), становится более внимательной, и начинает замечать то, что окружающие пытались скрыть.

Особенно много пытается скрыть королевский муж. Ничтоже сумняшеся он пытается сделать королеву своей куклой (дар у него такой, мыслями управлять). Причём королеве он клялся и божился никогда так не делать. Но Кара находит в себе силы противостоять давлению.

Итого. Поначалу думаешь, что перед тобой история становления властителя и ничего больше. Герой растёт, меняется и превозмогает. Получая попеременно удары от судьбы и поддержку от соратников. Но история оказывается сложнее, здесь важно не только удержать власть, но и сохранить самого себя.

В определённый момент повествование делает кульбит, выбрасывая из фокуса достаточно большой временной отрезок. В этот отрезок, как потом становится понятно, входило медленное попадание королевы под власть Рока. Автор избегает описывать тёмную составляющую светлого персонажа, но вынуть эти события из текста идеально не получилось. Кульминация проседает именно из-за того, что мы видим поначалу только достаточно неявные намёки на контроль сознания, некий внутренний голос, не больше. А потом - как очнулась ото сна, шок, непонимание, вопросы.

Скарлетт: Скажу жёстче: момент магии, того самого конфликта, который должен в романе буквально искрить, а читатель недоумевать – как, она же добрая, она же хотела без жертв, что же она творит? Этого момента в романе просто нет. Временной промежуток вырезан, героиня однажды как будто очнётся и увидит: ого, а чего это я натворила? А когда? А почему? Ага! Ах ты, гад!

А мотив гада: он её любит. Ну, безжалостной, жестокой – а не… такой вот, слабохарактерной добрячкой.

Тот самый неожиданный финал, который автор обещает в тегах, неожиданным вовсе не является. Внимательный читатель легко увидит и поймёт, что сделает в такой ситуации главная героиня. Да, то же, что и Санса с Мизинцем. Неожиданно? Ну-ну. В сериале, возможно – сама сцена, а в книге – увы, нет. Всё логично, но подано такими скачками, таким галопом по европам, что кульминация вызывает чувство досады: и это всё? Держал автор, держал напряжение всю книгу, а потом – пшик.

Джейн: Да, можно было не описывать как себя вела покорённая чужой волей Кара, но стоило бы подчеркнуть рост авторитета «внутреннего голоса» в её голове. Тогда получилось бы очень гладенько и подвод к моменту осознания «О боже, это Я сделала?» был бы очень плавный. А сейчас повествование подходит в заключительной части несколько скачкообразно.

Скарлетт: Это убило ещё одну хорошую вещь: изменение главной героини. Фактически этот момент показан только в начале, когда Кара побеждает в поединке. А вот дальше – дальше она не растёт. Меняется – нам показывают её в точке «А» и в точке «В». А как она прошла этот путь – нет. Действительно, это сложно показать, проще подать как факт. Наверное, автор не смогла или не захотела стараться?

Герои

Джейн: Вот что любила, люблю и всегда буду любить, так это говорящие имена. Ироничные имена, имена-судьбы, имена-проклятия. Кайф. Здесь все имена говорящие. Отец, нарекая ребёнка, выбирает первое пришедшее ему в голову слово. Эдакая игра в ассоциации, где на кону судьба маленького человека.

Скарлетт: Да! И они легко запоминаются! Это просто облегчение, если честно, а то как назовут авторы героев, бывает, то хоть стой, хоть падай.

Джейн: Кара богов - первенец короля-льва, одарённая целительница, всю жизнь существовавшая с клеймом внебрачного ребенка. Что удивительно, не просто не сломалась, так ещё и выросла доброй, заботливой и честной. Недолюбленная отцом, девушка тяжко переживает, словно подспудно чувствуя свою вину за то, что уродилась непохожей на него, породив тем самым подозрения в неверности. При этом семья для Кары самое главное. Ради близких она готова рискнуть, предать свой светлый дар, погибнуть сама. Жертвенность и сила духа героини восхищают. Потеряв отца, а затем брата, Кара легко становится ведомой более сильной личностью. Однако идти за кем-то, слепо следуя его воле, не для неё. Кара найдёт в себе силы порвать поводок. Девушка проходит длинный путь от неуверенной скромницы к решительной и властной королеве.

Скарлетт: Героиня получилась действительно интересно, за ней любопытно наблюдать, а в начале книги жалеть. Однако в конце из-за обрывочности повествования перестаёшь её понимать. Автор даёт как факт: теперь Кара такая. А как она такой стала? Знает только автор.

Джейн: Рок – нелюбимый сын вождя клана, тоже вынужденный жить с печатью внебрачного ребёнка. Рядом с ним не было любящих сестёр и братьев, отчего персонаж рос одиночкой, погружённым в свои видения и мечты. Дар Рока – предвидение, телепатия и кое-что ещё. Когда регулярно видишь будущее, так сложно устоять перед искушением перекроить его по своему усмотрению. Тем более, что ты знаешь, где взять портновские ножницы. Герой без зазрения совести залезает в чужие умы, превращая людей в своих марионеток. Персонаж ещё молод, поэтому кукловод он неопытный. Куклы порой совершают неожиданные поступки, ловят своего кукловода за руку, но он все равно не отпускает ниточек. Рок отчаянно жаждет быть любимым, однако, его понимание как этой самой любви добиваться сильно отличается от общепринятого. Тяжёлое детство, непростой дар сделали героя практически социопатом. Да, он очень хочет любви, восхищения, хочет быть нужным и необходимым. Но добиваться этого он намерен дёргая людей за ниточки, роясь в их мозгах. Рок на самом деле фигура трагическая, из одинокого мальчика вырастает мужчина, готовый разрушать страны, лишь бы больше не быть одному.

Скарлетт: Честно говоря, в изложении Джейн он нравится мне куда сильнее, чем в книге. На мой взгляд, автор с ним перемудрила. Герой показан глазами Кары, поэтому постоянно меняет маски, и его роли преданного любовника в конце не веришь. Может быть, сделай на него автор фокус чуть сильнее или даже если дала бы ему слово, вышло бы и куда понятнее, и интереснее. К тому же, не любовника, не простого кукловода ждёшь от человека с даром предвидения. Очень уж всё просто в книге. Просто и предсказуемо.

Джейн: Оба героя хорошо подходят под старое доброе «все мы родом из детства». Как похожи они, как различны! Рок безжалостно жертвует тем, ради чего Кара сама готова умереть.

Их отношения – надежды, страхи и тщательно скрываемая манипуляция. Один продавливает другого, проверяя все точки, усиливая нажим. Второй, весь в расстроенных чувствах, все же чует подвох, но слишком устал, слишком несчастен, чтобы противостоять.

Из этих полных манипулирования отношений можно было бы построить крышесносную по степени воздействия на читателя опасную игру. Но получились пока только манипуляции.

Скарлетт: К сожалению. Это мог бы быть такой сложный танец куклы и кукловода, но из-за проблем с композицией (или по нежеланию) автор его не вывела.

Джейн: Можно понять, почему автор решила не углубляться в эту тему, ведь внутренние демоны имеют тенденцию вырываться из-под контроля.

Но, пожалуй, стоило бы заострить внимание на противостоянии Кары её «внутренним демонам», а точнее, одному демону. Это было бы очень вкусно.

Скарлетт: Да. И вызов автору. Который она не приняла.

Мир

Джейн: Королевство, где у власти стоят тринадцать кланов у каждого из которых есть покровитель-животное. Ныне у власти клан с тотемом льва.

Король-лев мертв. Львёнок готовится взойти на престол.

Общество живёт по древним законам, не стремясь обновлять их, подстраивая под меняющуюся действительность. Ну правда, чего их менять, если все тысячелетиями отлично работало. А прогресс вообще от лукавого. Законы суровы настолько, что приснопамятный Дракон – пушистый няша на фоне местных законотворцев.

Традиции предписывают убивать семью наглеца, дерзнувшего оспорить власть вождя. Традиции велят людям с даром селиться в непролазной чаще на границе государства. Традиции не видят необходимости в образовании для женщин. Традиции тянут нас на дно, но мы будем им верны.

Общество скованно традициями прочнее, чем узники кандалами.

Особых подробностей мироустройства здесь нет, ровно то, что необходимо для представления происходящего, без излишеств.

Чтобы вникнуть, прочувствовать деталей хватает, но всегда хочется больше.

Мне достаточно долго было сложно уместить у себя в голове сочетание шамана как провозвестника воли богов и хранителя традиций и наличие храма. Особенно в сцене свадьбы - белое платье, сестры-подружки невесты и шаман у алтаря. Понятно, что это лично мои проблемы восприятия, но мне всегда казалось, что шаман - это тотемизм, общение с духами природы на воле, но не под сводами храма.

И немножко про одаренных. Дар у каждого свой - кто-то целитель, кто-то пиромаг, а кто-то телепат. В общем, сплошное разнообразие в стиле людей икс. Поскольку никакого обучения для одаренных в стране не предусмотрено, люди, обнаружившие у себя способности, встают перед выбором - пытаться жить как все, скрывая свои умения, или же выселяться добровольно-принудительно за черту оседлости, то есть в лес.

В целом мир получился жёстким, полным требующих решения проблем, более детальная проработка добавила бы ему привлекательности, многогранности.

Автор в интервью говорит, что вдохновлялась Вакандой из вселенной Марвел. Ваканда прошла мимо меня, так что никаких параллелей, подозрений и тому подобное у меня не возникло.

Скарлетт: А вот я расстроилась. Фильм «Чёрная пантера» я смотрела (и судя по рейтингу, не одна я) и честно говоря, при чтении у меня возникал когнитивный диссонанс. Вот же Африка! А почему тогда сложное платье из Средневековья? Или не из Средневековья? Как оно вообще выглядит, это платье и этот мир? Хм, герои живут вроде не в шалаше, это дворец – какой он? Восточный? Западный?

Деталей ужасно не хватает, особенно, когда фильм, сцена с поединком из которого взята прямиком (хоть и слегка переработана) начинает накладываться на псевдо-средневековый мир, с которым автор вроде бы и работает. Короче, картинки не было почти никогда.

Уважаемый автор, ваш читатель, конечно, крут, но если уж берёте реалии из известных книг или фильмов, а потом добавляете в них что-то… странное, как Европу в Африку, будьте добры, опишите чётче, где кончается Африка и начинается Европа. Очень нужны правила игры! А то вообще непонятно получается, что там за общество. А заодно и мир.

Язык

Джейн: У автора импонирующая мне манера изложения, приятный слог, да и читается очень легко.

Автор неплохо могёт и в экшен, и в психологию, и в описания. Так что процесс чтения вполне увлекательный и комфортный.

А вот что роману очень пошло бы на пользу, так это хорошая вычитка. Нет, с точки зрения правописания все чудненько, но кривоватые фразопостроения, забежавшие не на своё место слова, увы, есть. Не в большом количестве, но все же.

Скарлетт: Да, от дополнительной вычитки не страдал ещё ни один роман, но я соглашусь с Джейн: язык здесь лёгкий и бойкий. Я проглотила роман за два часа, и, если бы не композиционные моменты, осталась бы в восторге.

Судите сами – вот отрывок из начала:

«Отец назвал меня Карой. Я думала потому, что родилась первенцем — девчонка вместо долгожданного сына. Наверное, это был удар для гордого отца, мечтающего продолжить славную династию воинов-королей. Именно поэтому он не брал меня на руки первые три года моей жизни — ровно до того времени, пока мама не подарила ему второго ребенка — мальчика. Только тогда отец, получивший то, что так сильно жаждал — сына, названного Светом, смилостивился: меня стали замечать, трепать по голове и разрешать играть с борзыми из его охотничьей стаи. Последняя привилегия оказалась лишней — шрамы на руках от собачьих клыков тому подтверждение.

Свет так и остался единственным сыном. После него родились еще три девочки, последняя умерла при рождении и унесла с собой жизнь нашей матери. Когда ее не стало, мне минуло двенадцать, и я начала догадываться, что причина нелюбви отца не в том, что я принадлежу к женскому роду. В конце концов, он выбрал мне страшное имя — Кара Богов, в то время как сестры отделались более снисходительными «Ирония» и «Шутка».

 

Я помню, как впервые услышала перешептывания слуг — едва различимый, как шелест листвы на ветру, и леденящий, словно снег в зимних горах, зачерпнутый голой ладонью.

— Она такая светлая, ну вылитая белая лисица.

— А глаза, ты видела? Прозрачные, как вода в ручье.

— И нрав у нее другой. Нет в ней львиной горячести. Ни разу не повысила голоса, не разбила ни одного кувшина.

— Ужас!

— Кошмар!

— Не ужас и не кошмар, а Кара.

— Кара Богов, правильно король ей имя дал. Уж он-то знает, от кого этот приблудный плод, да молчит.

— И будет молчать. Стыдно льву попасться в расставленную сеть. Лучше сделать вид, что и сети никакой нет.

— Что сказать, не зря его зовут Первым. Никогда он не признается, что стал вторым.

В тот день я долго пряталась на самом дальнем поле, свернувшись клубочком среди высоких колосьев ржи. Я смотрела на чистое голубое небо и звала маму. Она бы объяснила, почему я не похожа на брата и сестер, почему люди не доверяют мне и смотрят свысока.

Но мама не пришла. Она не смогла сойти с небосвода, где уже заняла свое место в семейном созвездии Рыжего Льва».

Вывод

Джейн: История о становлении личности, которая будет менять мир в последующем. О доверчивости, любви к близким, потерянности и стремлении всегда поступать хорошо.

Роман двух несчастливых детей, так по-разному распорядившихся своим даром.

Жестокие нравы, жестокие времена, вековые традиции, запретная магия.

Кульминация не очень ярко выражена, что несколько смазывает общее впечатление.

Скарлетт: И всё было бы хорошо, если бы автор не выбросила развитие Кары и кульминационный конфликт главных героев, а также довела кукловода до ума. Да, и показала как следует мир. А то начали за здравие, а закончили за упокой.

 

Плюсы:

Противоречивая главная героиня;

Рост и изменение героини;

Идея, про которую автор не забывает до самого конца;

Бойкий язык;

Говорящие имена;

Запоминающиеся герои.

 

Минусы:

Слитая кульминация

Рост героя не показан читателям, а обозначен как факт

Нет «картинки» мира

Кукловод слишком прост

 

Оценка: 7 из 10.

_________________________

Наше интервью с автором о романе

Группа автора ВКонтакте

Наша группа ВКонтакте

Комментарии:

Всего веток: 3

Искандера Кондрашова 18.11.2018, 19:36:28

Выглядит любопытно. Забросила в библиотечку, спасибо за наводку!

В ветке 4 Комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Джейн и Скарлетт Эйр 21.11.2018, 11:12:11

Искандера Кондрашова, Спасибо!
Вот и моя тоже, но я, кажется, люблю более опытных. Плюс их наверняка сложнее писать)
Скарлетт

Евгения Александрова 18.11.2018, 18:38:48

Спасибо. Давно не добиралась до отзывов, но этот очень хорош. Увлекло!

В ветке 2 Комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Джейн и Скарлетт Эйр 19.11.2018, 07:55:13

Евгения Александрова, Спасибо большое! :)

Ксения Власова 18.11.2018, 17:03:03

Большое спасибо за интересный обзор!

В ветке 2 Комментариев. Показать

Последний комментарий в ветке:

Джейн и Скарлетт Эйр 18.11.2018, 17:35:17

Ксения Власова, И вам за книгу!

Books language: