Бастарды его величества

Размер шрифта: - +

Глава двадцать вторая

Их осталось пятеро. Об этом Диана, разумеется, старалась не думать, а сегодня так и вовсе просто наслаждалась приятной музыкой. У Вилфрайда был великолепный голос, и он умел петь не просто красиво – обворожительно. Королева, устроившись в кресле, вслушивалась в слова и старалась забыть о том, что перед нею такой же возможный наследник престола, как и остальные четверо бастардов. Шестой сын наигрывал на гитаре, которую принёс с собой, и пел, разумеется, о любви. В отличие от Кэранта и Адриана, что в соответствии со статусом устроились в креслах, он занял место, более привычное для актёра – сидел на невысоком пуфе, откинувшись назад и упёршись спиной в стену.

Диана подумала, что соскучилась по тем вечерам, когда все они могли просто наслаждаться пением Вилфрайда или его мастерской актёрской игрой, забыть о политических интригах… Она прекрасно помнила, как несколько раз актёр выступал не только для друзей Его Величества, а и для большего круга приглашённых, в который входила и невеста Эдмунда. Кто б сказал ей тогда, что Вилфрайд будет претендовать на престол? Ещё и не по собственной воле, а потому, что так велел король…

Ни Даркен, ни Тобиас не пришли сегодня. Даркен сослался на порыв вдохновения, а Тобиас… Диане не хотелось его видеть. Она опасалась скандала, а сегодняшний вечер, камерный, спокойный, мечтала провести в кругу более приятных ей людей.

- Скажите, Адриан, - повернулась она к третьему сыну, стараясь не смотреть на Кэранта, - вы хотели бы стать королём?

Он вздрогнул.

- Если это даст мне шанс выгнать прочь казначея, - усмехнулся Адриан, - то это было бы очень приятно… Но я не стремлюсь к королевскому статусу. К тому же, вряд ли король – действительно мой отец.

- Что?! – вскинула голову Диана.

Вилфрайд тоже умолк. Он сам недавно утверждал, что вряд ли имеет какое-то отношение к королевской линии, а теперь те же слова повторял Адриан, только спокойнее.

Кэрант усмехнулся, но не проронил ни слова, только внимательно смотрел на Диану, ожидая её реакции. Она почувствовала, как прихлынула к щекам кровь. Удивительно, как короткая фраза о наследовании престола могла выбить из колеи. Диана порой жалела, что вообще оказалась участницей этой игры за трон, а теперь вот своими руками разрушила приятный вечер.

- Увы, - пожал плечами Адриан. – Как бы мне ни льстило внимание короля Эдмунда к моей скромной персоне, оно явно было фальшивым.

Диана скосила взгляд на Кэранта. Один за другим бастарды из списка Эдмунда оказывались просто подделкой. Неужели они все – ненастоящие?

- Моя мать всегда говорила, что я унаследовал свой ум от дедушки. И раз двадцать повторяла, что их связь с моим отцом была случайностью, а он ничего не знает о моём существовании…

- Если бы о вас узнал король Эдмунд, брат мой, - в контексте уже произнесённых слов последнее прозвучало подобно насмешке, - то вас бы уже не было в живых.

Адриан пожал плечами.

- Всё возможно, - согласился он. – Но вот, посмотрите, - мужчина снял с шеи какой-то медальон.

Диана приняла его из рук Адриана и взглянула на портрет. Молодой человек, улыбавшийся с миниатюры, действительно был схож с третьим бастардом. Тот же разрез глаз, линия губ. Не хватало цепкого взгляда.

- Зачем вы рассказываете об этом мне, да ещё и при свидетелях? – усмехнулась королева.

- Затем, - Вилфрайд отложил в сторону гитару, - чтобы вы понимали, Ваше Величество, что всё происходящее – какой-то фарс. Может быть, никто из нас не является сыном короля Эдмунда, а вас пытаются разыграть? Это пророчество наверняка лживо. Я тоже могу утверждать то же, что и Адриан, хотя и не знаком со своим отцом. Если б король Эдмунд считал нас своими детьми, то давно подал бы вид или уничтожил, как ненужных отпрысков.

- Прекратите. Полно вам! – оборвала его Диана. – Вы решили сделать мой выбор проще? Ни один нормальный человек не отказался бы от трона.

Она поднялась со своего места, расправила юбки – другого платья, но похожего на то, которое создал Кэрант. Это было плодом не волшебства, а труда придворной швеи, и Диана чувствовала разниц даже не во внешнем виде, а в том, как ощущалась ткань платья, как сдавливала шнуровка грудь… Множество нюансов, которые не следовало даже замечать – а она всё равно ощущала их и не могла избавиться от постоянно вспыхивающих в голове сравнений.

- Давайте я спою что-нибудь другое, - предложил Вилфрайд. – Чтобы Её Величество не грустила? Какой-нибудь романс о любви? – он взглянул на королеву.

- Только о взаимной, - кивнула Диана. – Что-нибудь такое нежное…

- Хорошо, - Вилфрайд задумался. – Кто-нибудь сыграет на рояле? – он взмахом руки указал на таившийся в углу музыкальный инструмент. – На гитаре будет дурно…

Кэрант, не произнеся ни слова, поднялся со своего места и направился к роялю.

- Задавайте мотив, - усмехнулся он и, услышав первые несколько нот, прервал Вилфрайда. – Знаю. Адриан, Ваше Величество, не желаете потанцевать?

Диана тоже узнала песню по первым нотам. Это была песня не о любви – или не о взаимной. Грустные слова ложились на музыку легко, напевно, и она задалась вопросом, почему Кэрант и Вилфрайд выбрали именно это и считали, что она сможет танцевать. Она вскинула руку, останавливая порывавшегося встать Адриана, и застыла, внимательно прислушиваясь к плетению слов. Песня была волшебна. Диане бы хотелось знать, о ком она была написана. Каждый раз, закрывая глаза, она представляла себе древние замки, людей, которые ещё умели любить друг друга, а не только править, и представляла таинственный образ неизвестного человека. Вот только в воспоминаниях он почему-то приобретал черты Эдмунда, и королева, жмурясь, пыталась отрицать это, вырвать его из своей памяти и представить что-нибудь иное. Кого-нибудь…



Альма Либрем

Отредактировано: 06.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться