Что могут смертные

Размер шрифта: - +

Глава 8. Колдунья

Паника, крики, давка. Монотонные голоса стражей через рупоры вещали одно и то же: «Сохраняйте спокойствие, не паникуйте, с проблемой уже разбираются! Выстройтесь в шеренгу и проходите медленно во избежание давки. Если кто-то потерял родственников, обратитесь к дежурному стражу, если вы ранены, вам помогут целители!»

Пострадать в этой толпе и впрямь было легко, завидев луч, все бросились врассыпную, сметая со своего пути и людей, и палатки. Её бы тоже непременно раздавили, не будь она сильнее простых людей. Когда магия вырвалась из-под земли, женщину сразу сбили с ног. Синяки, оставленные сапогами, уже рассасывались и совсем перестали болеть, а она следовала вперёд тихо и послушно, сопровождаемая голосами стражей, стараясь не привлекать к себе внимания. Таков был приказ.

Несмотря на бледное худое женское лицо и болезненный изнемождённый вид, Черная Ночь не ощущала себя слабой. Повелитель даровал ей могущество, магию и любовь в истинном свете демонического огня, там, где всякая жизнь – порождение ночи. Он же нарёк женщину именем – Чёрная Ночь, сказав, что она рождена под обсидиановым светилом потустороннего мира, в объятиях вечного мрака, под присмотром порождений Хаоса.

Чёрная Ночь заволновалась, вспомнив об этом, сердце её тревожно заколотилось в груди, словно ему стало тесно. Колдунья, наконец, протиснулась сквозь толпу и кордоны стражей, последовав по направлению к бескрайнему хвойному лесу, что кольцом окружал столицу Аджедана. Деревья встречали гостью, поскрипывая, будто оповещая друг друга о том, кто идёт среди них. Дочь тьмы только своим существованием была чужда этому миру.

Луч света угас где-то позади, крики и паника затихли далеко в городе, и теперь колдунья точно знала, что демоны указали любимому на верное место. Он обязательно придумает нечто такое, чтобы получить эту силу и отдать её Хаосу. Верная слуга не до конца понимала смысл приказов и рассказов о сущности Хаоса, ведь когда звучал голос повелителя, тревожа влюбленную душу, она вся трепетала от восторга. Любимый ведь позволял находиться так близко и делился величайшей мудростью!

Чёрная Ночь свернула с лесной дороги в чащу и прошла ещё несколько десятков метров, прежде чем добралась до нужного места через бурелом и заросли кустов малины. Здесь не было даже тропинки – пройти мог только знающий или тот, кто бывал здесь с проводником. Зияющую огненную воронку портала в Межмирье увидеть позволялось далеко не каждому.

За разрывом материи открылся пейзаж более привычный для взора Чёрной Ночи – разрозненные гниющие пустоши, на которые проливался смертоносный бледно-зеленой луны, и редкие искалеченные подобия деревьев, бросающие длинные черные тени на стонущую от собственного яда почву. Именно этот мир стал для неё родным.

Она не ведала, откуда произошло Межмирье и что вдруг давным-давно соединило миры в единый узел, но возлюбленный как-то упомянул, что, возможно, на то была воля Высших, а может и их противника – Пожирателя. Два начала Хаос и Порядок, разрушение и созидание – основы различных миров, здесь покачивались в зыбком равновесии и разделялись, словно растекаясь по порталам. Чёрная Ночь не знала так ли это, но оспаривать слова любимого не смела – он лучше, чем кто-либо, ведает законы Вселенной, говорит с демонами, а она лишь бледная тень за его спиной. Какое кощунство думать, что он может быть в чем-то не прав!

Чёрная Ночь яркой огненной вспышкой переместилась к далекой, сокрытой посреди руин, обители – гротескному неприветливому замку, сложенному из древних массивных камней. Строение неправильной формы содержало в себе множество такого, о чём она могла только догадываться: потайные комнаты, коридоры, ловушки и залы, над которыми возвышалась одна полуразрушенная башня со шпилем, откуда колдунья любила наблюдать за безмолвным тёмным миром. Вереница лестниц, подземные сети темниц и святая святых – его лаборатория – то место, где его искания приводили в восторг даже на демонические сердца, и там, где её плоть стала принадлежать ему, а её дух окреп, лелея нерожденных детей.

Колдунье запрещено было думать об этом, тем более нельзя было об этом упоминать. Её властелин говорил, что в ином мире у него множество врагов, и лишь демоны способны понять настолько великие труды.

Чёрная Ночь сконцентрировалась и ощутила его присутствие в замке: в тронном зале, месте, где он по праву был хозяином земель, дарованных ему Хаосом. Она переместилась туда, оказавшись в прямоугольном тёмном зале, освещаемом едва чадящими факелами на стенах; у дальней стены стояло кресло, на котором восседал её любимый. Его кости, объятые красноватым сиянием укрывал чёрный балахон, безглазый череп повернут в её сторону, а пальцы сжимали витой деревянный посох с вытянутым клыкастым черепом на вершине. Сердце Чёрной Ночи забилось быстрее. Он! Наконец-то она снова его увидела! Женщина подбежала к креслу и опустилась на колени, сжав в своей худой ладошке его костлявую кисть.

– Повелитель мой! Я вернулась! Демоны велики! Они были правы, источник силы проявился! Столб золотого света бил в небеса прямо в центре города! – она ждала похвалы с его стороны, наилучшей награды за верную службу. Кисть под её рукой шевельнулась, приходя в неестественно резкое движение, и повелитель заговорил:

– Хорошо… – его ледяной голос породил волну исступления, от которого колдунье хотелось стонать, но она, сдерживая свои эмоции, восторженно молчала. Он какое-то время размышлял, сидя в кресле, а слуга терпеливо ждала нового приказа.



Зари Лен

Отредактировано: 01.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться