Изумрудные Слёзы

Размер шрифта: - +

Глава 8. Длинная ночь

 

С наступлением темноты я долго не могла уснуть. Флориан так и не встретился мне больше, чтобы поговорить о случившемся. Это беспокоило. Его никто не видел во дворце, да и на улицу он не выходил. Только когда я решилась поговорить с прислугой узнала, что Флориан заперся в своей комнате и больше оттуда не выходил.

Возможно ему и в самом деле нужно время, но меня это всё равно волнует. Он ведь всего лишь подросток, но уже столько всего успел пережить и ещё столько пытается взвалить на свои плечи.

Долго обдумывать я не смогла, поэтому и направилась к Флориану сама, хотя прекрасно знала, что в такой поздний час уж точно не расхаживают по гостям, чтобы поговорить. Да, наверняка я разбужу мальчишку, а после выслушаю целую лекцию по поводу того, что можно делать ночью, а чего нельзя.

И всё же я отыскала ту самую комнату о которой говорили горничные. Они не хотели со мной разговаривать, поэтому с ответами спешили и указывали точно. Не желали повторных расспросов. Что ж… В этом я не могу их винить.

Дверь в комнату Флориана не выделялась изысканностью или особой красотой. Обыкновенные доски, заколоченные металлом. Я конечно постучалась пару раз, для виду, но не дождавшись отклика надавила на дверную ручку и вошла в тёмное помещение.

— Фло, — почему-то шёпотом позвала мальчика, хотя сама даже носа своего не видела. Слишком темно. Единственное окошко было маленьким, находилось высоко под потолком и к тому же имело стальную решётку. Это что, темница? — Фло, — вновь позвала его, уже чуть громче.

Глаза наконец-то начали привыкать к темноте, и я заметила контур небольшой односпальной кровати в углу комнаты. Помещение вообще было небольшим. Кровать, тумбочка и стул. Вот и вся роскошь. В тюрьмах и то больше утвари.

Мальчик лежал на постели, накрывшись одеялом. Всем своим видом стремился показать, что он очень крепко спит, но я-то прекрасно понимала, что это не так. Подошла ближе и присела на край кровати, положив ладонь тому на плечо.

От легкого прикосновения мальчишка вздрогнул, но всё равно не повернулся. Продолжал делать вид, что спит, хотя всё тело явно напряглось. Что ж… Не хочешь говорить, тогда буду говорить я. Всё равно не спишь.

— Фло, насчёт того, что сегодня произошло… — тихо начала, украдкой наблюдая за темноволосой лохматой макушкой, выглядывающей из-под одеяла. — Ты не переживай, думаю, что поступил правильно. А если тебя это пугает, то мы обязательно найдём какой-нибудь выход.

— Пугает? — услышала со стороны мальчишки. Флориан не поворачивался, но всё же решил ответить. — Меня пугает не то, что я есть, а то, что это совершенно не пугает тебя.

— О чём ты? — выдохнула я. — Почему я должна пугаться?

— Серафима! — воскликнул он, после чего рывком скинул одеяло и принял сидячее положение, при этом схватив меня за руку. — Неужели ты меня совершенно не боишься?! — спросил он, смотря на меня своими глубокими сапфировыми глазами. Нижние веки вспухли. Кажется, он плакал, но, если спрошу, никогда об этом не признается.

— Нет, — спокойно ответила я, выдерживая его пристальный взгляд, в котором читалась как мольба, так и злость. — Не боюсь.

На какой-то миг он вздрогнул, словно испытал облегчение, но это был лишь короткий мир. Уже на следующую секунду он вновь разозлился, но руку мою не отпустил.

— Ну и… глупая, — почти прошептал мальчишка, опуская голову. — Я до сих пор ещё проклят. Я чувствовал это. Я это знал. Но всё равно попросился пойти с вами. Хотел хоть как-то изменить свою жизнь.

— Фло, — позвала парня, положив свободную ладонь ему на лохматую макушку тем самым привлекая его внимание. — Взгляни, на улице уже далеко за полночь, но ты до сих пор человек. Значит, что с твоим проклятием покончено.

— Ты что, не видела, что я сегодня сделал?! — взревел он, отбрасывая мои ладони. — Я вновь обратился! Не полностью, но… Это лишь вопрос времени. Я его чувствую, понимаешь? — спросил он, положив руку себе на грудь, словно чудовище пряталось за его собственным сердцем. — Он во мне. Он никогда не уходил до конца. Дремлет и ждёт, когда я потеряю контроль. Сколько бы я не старался от него избавиться — это бесполезно. Чем сильнее я его блокирую и подавляю, тем слабее становлюсь, возвращаясь к тому бесполезному себе. А когда становлюсь окончательно слабым, он берёт вверх. И… я причиняю вред тем, кто меня окружает.

— Мне ты ничего не сделал, — заверила Флориана. — Наоборот, ты пытался заступиться за меня. И если я тебя правильно поняла, когда ты его сильно подавляешь, то хуже становится и тебе, верно?

— Да, — кивнул мальчишка, немного успокаиваясь. — Чувствую слабость, усталость, глаза вновь слепнут, ко всему ещё и глухота возникает. Становится страшно, что такое состояние продлится всю оставшуюся жизнь. Да, я больше не буду чудовищем, но… и человеком меня с трудом назовёшь.

— Вот как… — выдохнула, обдумывая слова мальчика. — Тогда… Тогда почему бы не найти золотую середину? — Флориан посмотрел на меня так, словно я ему только что предложила надеть балетную пачку и сплясать разок другой. Едва удержалась, чтобы не подшутить, но сейчас не то время. — Знаю, это звучит странно и скорее за гранью фантастики, но мне кажется, что тот монстр — это тоже ты. То есть он часть тебя.

— И что ты мне предлагаешь? — с нескрываемым раздражением в голосе спросил мальчишка. — Хочешь, чтобы я избавился от внутренних барьеров и стал монстром окончательно? Тебе именно это нужно?

— Фло, послушай, — обхватила ладонями лицо мальчишки. — Я не хочу, чтобы ты становился монстром. И не хочу, чтобы ты отказывался от возможности ходить, двигаться и просто радоваться жизни. В своей прошлой жизни, я как-то наткнулась на книгу, в которой говорилось, что в каждом человеке изначально живёт свой собственный монстр и каждый ведёт с ним свою отдельную битву. В твоём случае, конечно, это принимает особую форму, но речь не об этом. Там также говорилось, что те люди, которые прекращают бессмысленную борьбу со своим монстром, и пытаются найти с ним общие точки взаимопонимания, в итоге получают всё, чего хотят.



Зозо Кат

Отредактировано: 31.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться