Лирей. Сердце волка

Глава 18

Лил перевернула на углях обмазанные глиной тушки рыбы, которые, взбудораженная новостью о знаке, сама же выловила в озере, распотрошила и принялась готовить.

Я уселась рядом, пожирая потрескавшуюся на костре глину голодными глазами. Вилла с Фоссой тоже расположились неподалеку и поглядывают в нашу сторону.

На еду я отвлеклась, чтобы не думать о том, что этот Велес послал, оказывается, свой знак, в виде ундины с зеленым камнем. Но стоило начать думать о еде, как живот прилип к спине, противно урча и рот наполнился слюной.

- И когда этот Велес придет, чтобы дать мне посвящение? – спросила я и услышала хмыканье Фоссы.

- Или не дать? – добавила я язвительно и Фосса снова хмыкнула.

- Велес не придет, - ответила Вилла. – Пойдешь к нему сама. Посвящение получается в одиночестве. Как и не получается, - добавила она с издевкой.

- Ага, - подытожила я, - вы хотите сказать, что отправите меня неизвестно куда на ночь глядя, одну, также как оставили одну здесь. Поня-ятно!

- Никто тебя здесь одну не оставлял, - не согласилась со мной Вилла, - ты осталась под покровительством Велеса. И пойдешь не неизвестно куда, а к нему же. Нам за тобой, пока ты получишь или не получишь посвящение, хода нет.

Я фыркнула, постаравшись передразнить ее манеру и Лил сверкнула в стремительно наступающем полумраке белой полоской зубов.

- Кстати, ты так и не сказала, как Велес даровал тебе этот драгоценный риолин, на котором герб твоего рода? – спросила Лил.

Я пожала плечами как можно более естественно, делая вид, что мне не впервой такие штуки.

- Передал через ундину.

- Через ундину?

Фосса чуть не подскочила на месте, выпучив глаза.

- Ага, - будничным тоном ответила я. - Брехня, что ты сказала, что они не любят людей. Эта зеленоволосая была очень мила.

На лице Фоссы проступила досада, и, что более удивительно, на лице Виллы тоже. Брови ее нахмурились, и упавшим голосом она сказала:

- Дело плохо, Эя.

Я обернулась к ней с немым вопросом в глазах.

Вилла пожевала губами, двигая их из стороны в сторону, и, словно нехотя, ответила:

- Ундины берут за свои услуги, и берут дорого. Я бы не хотела остаться в долгу перед одной из них.

Я вспомнила, как напоследок блеснул каплями росы медальон Андре и канул в бирюзовой глубине, даже не оставив на ней кругов на память, и вздохнула.

- Не волнуйся, - серьезно ответила я ей. – Я уже заплатила за ее услуги. И дала самую высокую цену.

Вилла пристально всматривалась мне в лицо несколько секунд, потом коротко кивнула.

Какое-то время мы молчали, потом Лил спросила:

- О чем ты думаешь, Эя? У тебя загадочный вид.

Я торжествующе улыбнулась и ответила:

- Об ундинах.

- Об ундинах?

- Ага. Теперь я знаю, как они ныряют в это озеро.

- В смысле как? На то они и ундины, чтобы нырять! – не поняла Лил.

- Я не о том, - сказала я. – Я о самом принципе. Мне понятна их магия.

Вилла с Фоссой переглянулись, а глаза Лил на миг сверкнули красными огоньками. Но никто ничего не сказал.

Вскоре Лил позвала всех ужинать.

Мясо рыбы оказалось нежным, белым и очень сочным, чешуя отставала вместе с глиной, кости Лил ловко выудила из всех четырех рыбин, разломив каждую надвое. Кости она сказала собрать в одну кучу, с ее слов я поняла, что здесь водятся какие-то розовые звери с вытянутыми, как у зайцев, ушами, но острыми зубами. То ли урунки, то ли огрунки, я не запомнила, потому что плохо слушала. Живут они на деревьях, и на крупную дичь вроде нас не нападают, наоборот, окружают заботой, признавая превосходство. Они отгоняют вредителей и предупреждают об опасности в виде крупных хищников и того же одиночного пиренейца, которому может взбрести в голову сдуру забрести сюда. Так вот, эти зверьки, по словам Лил, не прочь полакомится костями и объедками с нашего стола.

Стоило сумеркам окончательно захватить власть над дневным светом, как над нами закружили мотыльки со светлячками, а вода в озере заискрилась.

Я, предупрежденная Виллой, что поспать мне придется нескоро, с помощью Лил сварила кофе в походном котелке, и с наслаждением выпила две чашки. Остальные от кофе отказались, заварили себе ароматный чай из дикорастущей мяты с огромными, как у лопуха, листьями, а вот остатками леденцов закусили с удовольствием.

- Когда мне идти к этому Велесу? – тихо спросила я Виллу.

- В полночь, - ответила она.

- Расскажи о нем, - попросила я. – А то вдруг я увижу его и не узнаю. Мимо пройду.

Лил засмеялась, Фосса хмыкнула, а Вилла уверенно сказала:

- Велеса – узнаешь. И мимо не пройдешь, даю гарантию.

- Да на кого или что он похож-то?

- Велес – один из самых древних богов, издревле чтимый Свободным народом, - сказала Вилла почти нараспев. - Бог удачи и путешественников, если капнуть глубже – бог движения, изменения мира.

На разных наречиях Заповедных земель его имя звучит как Господин Дорог или Водчий всех Путей.

- Бог? Как бог? – воскликнула я, пугая стайку мотыльков с острыми голубыми крыльями.



Диана Хант

Отредактировано: 14.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться