Миры Семицветья

16.2

Они проговорили до поздней ночи. Лой рассказал о таинственных людях, толкнувших Шангре в объятиях Кедвина, её вере в правое дело и нелепом самопожертвовании. Байрад согласился с тем, что девушка ведёт опасную игру, пообещал сохранить тайну и по возможности присмотреть за Шангре и Кедвином. Всё-таки пока он жил в поместье, а не в столице. Предположений по поводу личностей заговорщиков у него не было, но их планы виделись магу в самом мрачном свете. Если зерно проросло, рано или поздно появятся плоды и верхану они придутся не по вкусу, так он сказал. Лой молился, чтобы Шангре одумалась и разорвала связь со своими покровителями.

К полудню следующего дня летающий корабль прибыл в Большой Южный порт. Уже утром ветер принёс незнакомый солёный запах, а воздух стал заметно теплее. На самом краю горизонта небо и землю разделила тонкая сизая линия, которая становилась всё шире, пока океан не раскинулся перед путешественниками во всей своей необъятной красе.

Искрящаяся под солнцем водная гладь простиралась вдаль. По ней скользили лодки и корабли: одни только отправлялись в плаванье, другие приставали к берегу. Город-порт представлял собой беспорядочную мешанину домов и лабиринт извилистых улиц, которые слегка выпрямлялись ближе к прибрежной части, вливаясь в широкие торговые площади.

На пристани воздушных кораблей стояло аж три судна. То, на котором прилетели Лой и Байрад, стало четвёртым. Вокруг колыхалось живое море людей. Здесь собрались путешественники со всего света: длиннокосые островитяне в традиционных ярких нарядах, высокорослые жители северного Таосского царства и его окрестностей, темноволосые, с раскосыми глазами восточные гости и даже смуглые иерефийцы. Люди и демоны, знать, маги и простой люд, носильщики, торговцы, женщины лёгкого поведения, воришки.

Трап корабля опустился. Мимо прошествовали Фия и её хозяйка. Хани нежно попрощалась с Байрадом, Фия обиженно отвернула носик от Лоя. Потом Байрад пожал руку сошедшему с поста проводнику и положил ладонь на плечо Лоя.

— Пусть этот город станет для тебя таким же родным, как для меня.

Они сошли на пристань и, пробравшись сквозь толпу, ступили на одну из улиц. Народу тут было немногим меньше. Сам город терялся за этой суетой, и всё, что делал Лой, это старался не отстать от Байрада. Солнце припекало непривычно жарко, на лбу выступил пот. О любовании местными достопримечательностями не шло и речи, океана Лой тоже больше не увидел, их с Байрадом путь лежал в самое чрево города.

Бессчётное число раз к ним приставали босоногие мальчишки. Они совали в руки прохожих разноцветные бумажки и предлагали сию же минуту проводить почтенных господ в лучшую в городе лавку, гостиницу, бордель.

— С этим к отцу не стоит не являться, — Байрад с усмешкой забрал у Лоя приглашения и сунул в карман. — У него своё дело, лучшее в городе. Поверь в это и станешь его любимчиком. И вот ещё что. Нас вряд ли встретят приветливо, но ты тут ни при чём. Просто в представлении отца меня нельзя назвать достойным продолжателем рода.

— Вы же не порченый, — удивился Лой.

— До некоторой степени меня это оправдывает. А ещё я маг и служу в Доме Сагар. От таких сыновей не отрекаются, но дети не всегда соответствуют ожиданиям родителей.  Отцу неуютно под одной крышей со мной, поэтому я редко к нему наведываюсь. Кстати, зовут его Клифад Бёш. А я Байрад Бёш. Отец говорил, что это неплохое имя для торговца. Запоминается. Правда, торговцем я не стал.

Конечной целью их путешествия оказалась средних размеров торговая лавка с многообещающей вывеской "Удивительные редкости и диковины". Её содержимое вполне оправдывало название. Переступив через порог, Лой попал в мир, полный разнообразных вещей. Они были повсюду: висели на стенах, заполняли стеллажи, установленные по обе стороны от входной двери и позади прилавка, лежали на широкой витрине. Вазы, кубки, шкатулки, статуэтки, склянки с непонятным содержимым и десятки других, совершенно не узнаваемых предметов, назначение которых Лой не мог разгадать. На одной из стен были развешаны странные деревянные маски, разрисованные кроваво-красной краской и изображавшие гримасы то ли боли, то ли отвращения. По скромному мнению Лоя, им полагалось служить не для привлечения, а для отпугивания клиентов.

Байрад тоже покосился на маски без особой приязни и проворчал:

— Неужели это уродство всё ещё здесь?

— Новая партия. Четвертая по счёту с твоего прошлого визита. Ты никогда не умел отличать ценные вещи от дешёвого мусора,  — подал голос человек за прилавком.

С первого взгляда становилось ясно, что он состоит в родстве с Байрадом. Клифад Бёш был ниже ростом и несколько полноват, но с очень похожими чертами лица и той же рыжинкой в волосах, которую совсем скоро должна была скрыть седина.

— Давно ты не появлялся, — по тону торговца сложно было понять, о чём он сожалеет больше — о долгом отсутствии сына или, напротив, о его приезде.

— Служба, — коротко объяснил Байрад.

— А это кто с тобой?

— Твой новый телохранитель. Кстати, почему ты один?

— У Фреонса заболела жена, а последнего охранника я уволил. Этот тип работал на Страдиса. Только и ждал случая мне насолить.

— Тимон работал на Страдиса? Никогда не поверю. Да, он был ленив, но не стал бы участвовать в грязных делах.

— Ленив и прожорлив. С ним я закончил дела ещё весной. Потом появился тот, которого я выгнал вчера. Впредь буду подбирать работников самым строгим и тщательным образом. На ночь я расставляю ловушки у каждого входа в дом. Кроме того, приплачиваю городским стражникам, чтобы прохаживались мимо моего дома почаще. На день тоже подумываю нанять кого-нибудь надёжного. Проходимцы мне не нужны. Твои дружки тоже.



Катерина Вус

Отредактировано: 16.04.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться