Море в твоих ладонях

Размер шрифта: - +

30 глава

Лесник сидел в своём кабинете, рассматривал проект будущей застройки, когда дверь открылась и на пороге вырос растрёпанный и разбитый Фёдор. Лесник присвистнул, рассмеялся и откинулся на спинку кресла. Крутил в руках карандаш, смотрел на решительного Фёдора насмешливым взглядом.

— Можно присесть? — прохрипел нежданный гость и потёр рукой шею. Морщился, едва дышал, но держался из последних сил.

Гордый.

— Нет, Федя. Лучше постой. Грязи не тебе, как на лесном кабане. И морда разбитая… что стряслось?

— С велосипеда упал, прямо в лужу.

— А очень похоже, что под каток попал. — Лесник покрутился туда-сюда, с интересом осматривая Фёдора. — К Артёму ходил?

Фёдор глянул сердито исподлобья, и Лесник убедился в верности своей догадки. Неужто подрались? Впрочем, этого следовало ожидать.

— Зачем пришёл? Снова отсрочку просить? Или какой новый гениальный план выкатишь?

— Илья, у меня нет денег и взять их не откуда. Убей меня, что ли.

Лесник захохотал, явно забавляясь. Ну что за невероятный идиот? Прелестный идиот. Даже скуку, как рукой сняло.

— Что ты вообще знаешь обо мне? — спросил Фёдора, отсмеявшись. — Кем ты там меня возомнил? Кровавым мясником?

— Но у меня нет денег, — стоял на своём Фёдор, чем ещё сильнее рассмешил Лесника.

— Я об этом которую неделю уже слышу. Я о другом тебя спрашиваю.

Веселье как рукой сняло, и глаза Лесника заблестели.

— Какие обо мне слухи ходят, ну? Что я завтракаю девственницами, а ночами купаюсь в бассейне, наполненном кровью врагов?

Фёдор качнул головой, но не знал, что сказать Леснику. Он вообще жутко устал от этих игрищ. Хотелось закончить со всем раз и навсегда.

— Ты такая гнида, Федя, что о тебя даже неловко руки марать.

— Но у меня нет ни земли, ни денег, ни мыслей, как их тебе вернуть. — Фёдора качало на месте, он ухватился за дверной косяк, чтобы не упасть, а в глазах рябило.

Лесник снова засмеялся, качая головой. Господи, Федя такой жалкий, несчастный.

— Вот смотрю на тебя сейчас и не могу понять, как ты умудрился так низко упасть. Где твой лоск, Федя, где шик? Как бомж, право слово: ни жены, ни денег, ни дома, а на штанах дыра. Отвратительно.

— Из-за тебя Наташка сбежала? Просто скажи, что ты ей наговорил?

— Да ни боже мой, — отмахнулся Лесник. — Надо было сначала думать, что делаешь и чем это может закончиться. Захочет — вернётся, а нет, так и сам виноват.

Если бы Фёдор не был таким гордецом, он бы заплакал. Но привычка смотреть на всех свысока брала верх: спина, несмотря ни на что, оставалась прямой, а нос чуть вздёрнут. И именно это навело Лесника на одну мысль, и скука окончательно покинула его.

— Ты можешь мне вернуть деньги, — заметил задумчиво. — Отработать. А, как тебе идея? — Лесник потёр руки в предвкушении и тихо засмеялся, бормоча что-то себе под нос.

Фёдор даже икнул от неожиданности, но Лесник уже снял трубку стоящего на столе телефона и набрал какой-то номер.

— Иваныч, зайди ко мне.

Кто был этот Иваныч? Личный палач? Начальник охраны? Киллер? Фёдор путался в догадках, а лицо его то бледнело, то краснело.

Вдруг так отчаянно захотелось жить, и страх неизбежного конца выбил из Фёдора дух. Страшно, мамочки, как же страшно.

Дверь за спиной скрипнула, и кабинет наполнил аромат сена. Фёдор боялся обернуться, шелохнуться боялся, и ноги подкашивались — вот-вот рухнет на пол без сознания. Липкий пот выступил на спине, а руки пришлось сжать в кулаки, чтобы так сильно не дрожали.

— Иваныч, ты ж просил помощника. Конюшни чистить? Вот он, Фёдором зовут. Стремится к работе, не боится испачкаться в дерьме.

Фёдор вздрогнул и обернулся. На него оценивающе смотрел невысокий мужичок лет пятидесяти в рабочей одежде. В глазах сомнения, в руках грязная тряпка, которой вытирал натруженные руки.

Кажется, всё-таки не киллер.

— Жидковат помощничек, — с сомнением проскрипел Иваныч и поцокал языком, будто Фёдор был колченогой лошадью. — Справится?

— Конечно, — отмахнулся Лесник, а в глазах смех. — Он имеет дикое желание работать, прям жить без тяжёлого физического труда не может. Да, Федя?

Фёдор сглотнул и неуверенно кивнул. Происходящее напоминало какой-то бред, но одно то, что Лесник не собирается пускать ему пулю в лоб, радовало.

Умирать уже перехотелось, и перспектива чистить конюшни не казалась такой отвратительной.

— А побил тебя, мужик, кто? Мне проблемы с алкашами и криминалом не нужны, — насторожился Иваныч, но ответа так и не получил.

Впрочем, и не настраивал.

Иваныч ушёл, а Лесник подошёл вплотную к Фёдору. Был выше и шире в плечах, но напугать не пытался.

— Я бы, правда, мог тебя грохнуть. Но мне больше нравится перспектива посмотреть, с каким усердием ты станешь убирать дерьмо из-под моих лошадей. Так веселее. Да и бабулю твою жалко. Непутёвый ты, конечно, но она тебя всё равно любит.

Фёдор хотел поблагодарить Лесника, но слова застряли в глотке.

— Иди, Федя, иди. Утром в пять Иваныч будет тебя ждать.

И Фёдор лишь кивнуть смог, развернулся и поковылял на выход. И уезжая обратно, так и не смог ответить себе на вопрос: чем обернётся для него милость Лесника? Новой бедой или благом? Или шансом всё исправить?

На том и успокоился. Шанс, значит, шанс, а всё остальное как-нибудь решится по ходу.



Лина Манило

Отредактировано: 09.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться