Моя манящая темнота

Размер шрифта: - +

Глава 21. Эдриан

Несколько дней специалисты работали над восстановлением записей с камер. Эдриан же потратил это время на сборы. Хотя ему и собираться — подпоясаться, но это если бы он хотел приехать в Храм официально. Сел бы в вертолёт и как был, в костюме и начищенных до блеска ботинках явился пред светлые очи чёрных монахов.

Вот ведь загадка — главный визорский храм снаружи был отделан белейшим мрамором и назывался Белый, но внутри был чёрен как чёрная кошка безлунной ночью, и служители его носили чёрные одежды. В вейминском же храме всё было с точностью до наоборот.

И, кстати, о кошках. Да, и о веймах заодно. Записи, где и когда забравшаяся на территорию хитрая чёрная крысоловка его покинула, конечно, не нашли. Но Эдриану не давала покоя эта кошка. И особенно её окрас.

Все веймы кланов Первой Девятки обладали способностью создавать фамильяра, существо, связанное с хозяйкой прочными магическими узами. Оно было глазами хозяйки, её ушами, даже зубами и лапами, если повезло, но цвет существа всегда совпадал с цветом символа клана.

Символ клана Аркур — лиловая роза. Оказалось, от начальника охраны хоть какая-то польза, а была — «розовая» болонка тут же попала под подозрение ксена.

Символ Трокадо — чёрный тюльпан. Чёрной кошкой теперь могла быть вейма только из их семьи. Теперь, когда Эдда мертва. Но кто? Амина больна, фамильяр Элеветты всего лишь чёрный мотылёк, Деанн мала. Чиэра? Она могла бы получить от матери не только силу, но и облик её фальяра. Но этот взгляд! Даже в изображении с камеры ксена пробирал озноб от этих глаз. И первый раз он готов был поверить в невозможное. В то, что Эдда жива.

В остром желании избавиться от наваждения или подтвердить свою безумную мысль, Эдриан снова поехал в особняк Трокадо.

— Ты зачастил, — в этот раз Амина была в бордовом. И встречала его на крыльце, подставив лицо слепящему солнцу.

— Тебе идёт бордовый, — оценил по достоинству ксен и её платье в пол, и её безупречный вкус, и её посвежевший вид.

— Да, я знаю, — потянулась она лениво, заставив ещё раз вспомнить Эдриана про кошку. — Поэтому я и выбрала Хенрика Скалински в мужья.

— Понимаю, — усмехнулся ксен. — Их символ — бордовый пион. Жаль, что их клан выбыл из Девятки. Но зато мне стало понятно по какому принципу девушки выбирают себе мужей.

— Конечно, — повернулась к нему Амина, приглашая в дом. — Главное, красиво выглядеть на свадебных фотографиях.

Она была в прекрасном настроении. Это внушало надежду, что она пойдёт на очередную сделку.

— Предлагаю, пройтись, — отказался Эдриан от приглашения.

— Я стала опасаться твоих визитов, Эдриан. В последний раз во время такой прогулки мою дочь чуть не растерзали деформеры.

— Мы можем прогуляться за пределы вашего особняка. Например, до фамильного склепа, — сразу перешёл ксен к сути своего визита, зная, как ненавидит Амина, когда ходят вокруг да около.

— Только на моей машине, — посмотрела она с удивлением. Но, отдать ей должное, сообразила быстро.

— И возьми с собой парочку парней покрепче. Работёнка предстоит не из лёгких, если ты, конечно, примешь моё предложение.

— По крайней мере, я тебя выслушаю, — сцепила руки в замок королева после того, как отдала соответствующие указания.

— Я прошу у тебя разрешения взглянуть на тело Эдды, — вложил в свой взгляд Эдриан всю боль, что накопилась за долгие годы.

— Какая странная просьба, — нахмурилась женщина. — Неужели ты не хочешь запомнить её молодой и красивой? Для чего смотреть на эти жалкие истлевшие кости, на рассохшийся череп с остатками волос?

— Волосы, я думаю, лишь слегка запылились, не больше. И всё же я хочу убедиться, что она умерла. Прости мне мою слабость. В последнее время её образ так мучительно меня преследует! Я надеюсь испытать отвращение от этого вида, и, наконец, забыть её.

— Ты и слабость — понятия несовместимые, — прищурила Амина один глаз с подозрением. — Имей в виду, я ни на секунду не оставлю тебя одного. И не позволю взять ни одного её волоска.

— Не веришь в мою искренность? — ксен глубоко вздохнул. Он и сам-то в неё не верил.

— Нет, Эдриан, — переступила с ноги на ногу женщина. — И я кое-что потребую взамен.

— Да, это сделка, — кивнул мужчина.

— Тогда я хочу, чтобы Элеветту не пытали Мыслеловом.

— Это совершенно безобидный аппарат, Амина. Он не причинит девушке никакого вреда.

— Знаю, но, чтобы не пустить тебя в глубины своей памяти, она может потратить слишком много сил, а перед испытанием за право на трон это может оказаться фатальным.

— Так пусть не сопротивляется. И вся её сила останется при ней. От себя я могу пообещать, что ничего из того, что я узнаю, не выйдет за пределы моего кабинета. И всё, что не касается непосредственно обвинения, не узнает никто.



Елена Лабрус

Отредактировано: 08.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться