Настоящие, или У страсти на поводу

Размер шрифта: - +

Глава Седьмая. Беда

Этим же вечером, придя в себя и всё хорошенько обдумав, я отправила Ивару записку с просьбой завтра утром встретиться у входа в главный парк и обо всём поговорить. Спокойно и без нервов.

Позднее утро, щебет птиц, шелест зелёной листвы, тихий говор прогуливающихся жителей и аромат сладкой выпечки из кафе, расположенного на другой стороне улицы. Я прождала минут тридцать, нервно шагая туда-сюда, щурясь от яркого солнца и ловя на себе любопытные взгляды.

Следующие полчаса я провела на летней веранде кафе, размазывая воздушный крем по крохотному блюдечку и совершенно не чувствуя вкуса сладкого пирожного с фруктовой прослойкой и миндальной стружкой.

Ивар так и не появился.

«Что-то случилось. Беда».

Другого варианта у меня даже в голове не было. Это не могла быть игра в обиженного жениха, он не мог быть настолько жесток. Тут явно дело в другом. Поэтому, наняв кеб, я тут же поспешила в гостиницу. Но и там Ивара никто не видел.

– А он и ночевать не приходил сёдня, – сообщил мне тот самый поварёнок, которого я встретила у входа.

На этот раз он выглядел почище и даже умылся.

– Как не приходил? А где он? Куда мог уйти? – затараторила я.

– Кто его знает. Все охотники были тута, а этого нет.

Страх нарастал, холодным змеем сжимая сердце.

– А где сейчас охотники?

– Так на ярмарку ушли. Сёдня ж первый день, – почесывая вихрастый затылок, ответил тот.

– Да, конечно, я совсем забыла. Может, Ивар тоже там?

– А может, и так. Я же за ним не слежу.

– Спасибо. – Я уже подхватила юбки, собираясь уходить, как увидела Флоренс, которая торопливо шла со стороны конюшен.

Увидев меня, рыжая застыла на мгновение и тут же попыталась скрыться, развернувшись и шагая назад.

– Подождите, пожалуйста, подождите, Флоренс! – Я поспешила к ней, перепрыгивая через ступеньки, только чудом не упав и ничего себе не сломав. – Флоренс! Мне надо с вами поговорить.

Сбегать не стала, обернулась и ещё больше напряглась, пронзая меня злым взглядом.

– Чего вам? – прошипела девушка, даже не пытаясь касаться дружелюбной.

«Ошибся Ивар, лучших подруг из нас не получится».

– Вы не видели Ивара? – с трудом переводя дыхание, спросила у неё.

– Вам-то лучше об этом знать.

– Мне?

– Ведь он у вас ночевал, – в голосе слышалось обвинение. – Уехал вчера поздно вечером с каким-то лордом и так и не появился. Наши все на ярмарке, трудятся, а его нету. Предал свою семью ради какой-то бабы.

Я проглотила «бабу», решив не заострять на этом внимание.

– Подождите, с каким лордом? Куда уехал?

– Не знаю, приехал какой-то лощёный франт на личном кебе и увёз Ивара, – еще сильнее вспыхнула она. – Знаете что, дамочка, не ходите за мной и не разговаривайте. И помогать я вам не буду, нашли дурочку – наряды вам выбирать. Деньги Ивару отдам. А вы чужая. И никогда не станете одной из нас.

– Зачем вы так? – тихо спросила у неё, не ожидая таких нападок.

– Дамочка с манерами и замашками аристократки. Думаете, вы сможете выжить в горах? Не выйдет. Горы признают лишь сильных духом, кто не боится трудностей и готов на всё ради единой цели. А вы неженка.

– Вы ничего обо мне не знаете.

– А что мне знать. – Девушка указала взглядом на мои затянутые в тонкие перчатки руки. – Достаточно посмотреть. Шелк, кружево и прочие побрякушки. Смотреть противно. Таким, как вы, не место среди нас.

– Не всё так, как может показаться, – холодно ответила ей.

Оправдываться я не собиралась. Не стоило это сил и времени, а последнего у меня и так не было.

– Вы его не достойны! Он сильный, самый лучший, умный, весёлый, такой хороший…

– И любит меня, – перебила я её.

Флоренс дёрнулась и зло расхохоталась, опасно сверкнув глазами.

– Любит? Вас? Ха! Не любовь это, а привычка. Иначе зачем ему к Нэнси хаживать второй год?

– К какой Нэнси? – не поняла я.

– У нас в посёлке женщина живёт, вдова, одна совсем, мужа пять назад лет гуи разодрали, двух деток растит. А одной ой как тяжело, вот она мужчин и принимает, за деньги.

– Это ложь.

– В горах все друг у друга на виду, и все про всех знают. И я видела и вижу, как он к ней шастает. К ней, когда мог бы быть со мной! – хорошенькое личико скривилось от боли. – Я же любить его буду, все прихоти исполнять, на коленях ползать стану…



Татьяна Серганова

Отредактировано: 12.05.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться