Не дружи со мной

Размер шрифта: - +

1

«Любовь дает возможность представить мир таким, каким он должен быть для тебя»

Мария Башкирцева

 

Существует ли дружба между мужчиной и женщиной? Друж-ба. Дружба. Дру-у-ужба. Друж-ж-жба. Сколько ни повторяй, радостнее не станет. Словно в пустыне меня подхватила воображаемая песчаная буря, и это ненавистное слово начало съедать глаза, скрипеть на зубах… Дружба.

Есть ли она между нами? Засмотревшись в родные зеленые глаза, мир на мгновение застывает. Я часто борюсь с желанием подойти к Нему, крепко обнять и, уткнувшись носом в шею, негромко во всем признаться. Но мой друг имеет скверную привычку все переводить в шутку. Пробовала ли я поговорить с ним о своих чувствах? Что ж, как-то раз…

Печальные размышления перебил Пашка. Он по-свойски обнял меня за плечо и громко спросил:

– А какой был вопрос? Повторите, пожалуйста…

– Есть ли дружба между мужчиной и женщиной? – пролепетала стоящая перед нами первокурсница с социологического. В руках у девчонки толстый блокнот и ручка. С тех пор, как Пашка подошел к нам, она то и дело бросала на друга заинтересованные взгляды. Теперь кокетливо убрала прядь волос за ухо, потупила глазки… Снова подняла их на Пашку и призывно моргнула пару раз. Вот так: луп-луп.

– Дружба между мужчиной и женщиной? – непонятно чему обрадовался Паша. – Конечно, существует! Перед вами – яркий пример такой дружбы…

– Угу, – криво улыбнулась я. А самой в тот момент хотелось молнии из глаз метать в сторону девицы с блокнотом. Хватит! Хватит на Пашку пялиться!

– Вот мы, – важно начал Паша, – с Аполлинарием Сергеевичем…

– Можно просто Полина, – поправила я. Необязательно всем вокруг знать, что мы с Павлом – немного того. Но друга разве когда-нибудь волновало общественное мнение? Это ж так, мелочь.

Что и говорить, а любовь все-таки зла… В моем случае – полюбишь и лучшего друга Пашу Долгих… Тот еще парнокопытный.

Парень не обратил на мое замечание никакого внимания и продолжил:

– Поля, сколько лет мы с тобой дружим? Года четыре?

– Шесть лет, – снова поправила я.

– Вообще никогда не ссоримся! – заливал Пашка.

– Как же! – крякнула я от досады. Что он обманывает?

Не ранее, как утром мы поцапались из-за того, что я снова припозднилась к первой паре. Я, к слову, всегда на учебу опаздываю. Ничего с этим не могу поделать. Из-за опоздания преподаватель не пустил на пару. А у меня в сумке Пашкины конспекты лежали. Вот друг и разозлился, когда его ответить попросили… На перемену вышел, едва ли дверь ногой не выбив, озарив меня дневным светом, который полился из аудитории. И я напротив входа к стеночке в ужасе прижалась… В общем, поскандалили немного.

А первокурснице-то стоит сочиняет… Сама доброта. Слышала бы она, как Долгих мне в коридоре выговаривал за очередное опоздание.

Я подняла голову и покосилась на друга. Пашка, как это обычно бывает, лучезарно сверкал белоснежной улыбкой, от которой сердце мое жалобно ойкнуло. Он всегда так улыбается, когда перед нами появляется симпатичная девушка. Паша включает свое обаяние на полную катушку. И мало кто из барышень остается равнодушной… Вот и студентка соцфака скромно улыбнулась в ответ и, вновь кокетливо потупив глазки, сделала какие-то пометки в блокноте. Я отвела взгляд и уставилась в небо. Это выше моих сил! Над тихим зеленым двориком университета проплывали причудливые белые облака…

– А как вы познакомились? – спросила девица. – При каких обстоятельствах?

– Нас в девятом классе за одну парту посадили, – охотно сообщил Пашка. – Полина по алгебре тупила, а я по русскому. Так и слепились.

– Слепились? Как пельмени что ли? – нахмурилась я. – У тебя с русским языком до сих пор проблемы…

– Не сердись, пельмешек Аполлинарий, – пожал плечами Паша. Первокурсница глупо хихикнула и снова что-то записала в блокноте. Пашка заулыбался. Я попыталась подглядеть, что девица там строчит, но она ловко увернулась.

– Про пельмени, наверное, записывает, – шепнул на ухо Паша, дабы унять мое любопытство. – Жрать что-то захотелось…

Я покосилась на друга и шумно вздохнула. Угораздило же влюбиться в такого несерьезного и безответственного человека… Нет чтобы полюбить какого-нибудь академика наук. Хотя академик вряд ли придумывал бы мне забавные прозвища. Да и вообще, с ним, наверное, со скуки помереть можно… С академиком-то. А вот с Пашей не соскучишься. Да и сердцу ведь не прикажешь.

В этот момент Долгих кто-то окликнул. Мы втроем обернулись. За нами стоял довольный Пашкин приятель в яркой летней рубашке, на которой были нарисованы бананы. У Павла много приятелей. И все вечно чему-то радуются… Парни, что с них возьмешь. Никаких проблем!

– Один момент! – извиняющимся тоном проговорил друг и отошел от нас.

– Какой классный парень! – не стесняясь моего присутствия, заявила девица с блокнотом.

– Кто? – хохотнула я. – Банан?

– Какой еще банан? Вообще-то я о вашем приятеле! – с вызовом произнесла первокурсница. Узнав, что мы лишь дружим, девчонка явно осмелела… Продолжала пялиться на Пашу, который стоял в сторонке со своим знакомым и, активно жестикулируя, что-то тому объяснял.

Я снова обернулась и осмотрела Пашку с ног до головы, будто впервые в жизни видела. Равнодушно пожала плечами: мол, что в нем можно найти…

– Симпатичный, конечно, – согласилась я. – Еще б с головой все хорошо было.



Ася Лавринович

Отредактировано: 31.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться