Rinascimento, или любовь за пределом

Размер шрифта: - +

Глава 10

Ренцо начал выныривать из нежного чувственного сновидения, потому что сквозь сомкнутые веки в его сон пытался ворваться утренний свет.

Он заснул, обнимая Алессию, крепко и исступленно, сходя с ума от урагана чувств внутри, пытаясь побороть набегающую неумолимой волной тоску. Это была последняя ночь, волшебная, чарующая, по-своему страстная и эмоциональная, даже при отсутствии квинтэссенции близости.

Завтра они разъедутся не то, чтобы по разным городам – по разным континентам! Он окажется на другом конце планеты. И она, кстати, выйдет замуж.

Эта мысль почему-то была сравнима с занозой в сердце. Ренцо не хотел признаваться себе, что влюбился, но предстоящее замужество наполняло его голову унынием и тоской. Он тут же скомкивал эти мысли и пытался выкинуть их в помойку. А еще пытался заснуть. Но почти час сон не хотел попадаться на его удочку, и Ренцо приходилось неподвижно лежать, согревая Алессию в своих руках, и наслаждаться этим ощущением. В итоге сон утомился ускользать от него и накрыл Ренцо своим волшебным одеялом.

Почти всю ночь ему снилась свадьба. Даже несколько свадеб в разнообразных причудливых местах, но он на всех был женихом, а его невестой была Алессия. Под утро они утомились жениться и сбежали от гостей, чтобы, наконец, побыть вдвоем. Но как только Алессия оказалась в его объятиях, как только он попробовал вкус ее губ, коварный сон начал таять. Ренцо ощущал трепет ее тела в своих руках, нежное дыхание на своей шее и всеми силами хватался за сон, не позволяя ему улететь.

Но сон растаял.

Ощущение нежного дыхания на шее осталось.

Оно было таким приятным, что у него защекотало в груди.

Осознав, наконец, что это не сон, он резко открыл глаза.

В комнате было светло. Алессия спала на его плече, уткнувшись носом в ямочку на шее. Их ноги были сплетены, он крепко обнимал ее, а она доверительно прижималась к нему в поисках тепла.

Сердце Ренцо моментально сошло с ума, кровь, взбесившись, куда-то понеслась по жилам. Но прежде чем паника с головой накрыла его, на прикроватном столике зазвонил ее смартфон.

Алессия вздрогнула, зашевелилась, а затем приподняла голову и взглянула на Ренцо сонным, ничего не понимающим взором. Потом в нем начала проявляться осмысленность. Алессия неотрывно смотрела ему в глаза. Ренцо медленно дышал. Их губы были невыносимо близко.

– Ответь… – беззвучно сказал Ренцо, взглядом умоляя прервать эту взрывоопасную ситуацию.

Алессия обессиленно откинулась на подушку, перекатилась к краю кровати и протянула руку к телефону. Ренцо пронзила дрожь. Сердце глухо стучало в висках. Сквозь разноцветные мушки перед глазами он увидел, что она была одета.

Pronto. Si... Si…Когда?! – она буквально подпрыгнула на кровати, резко садясь. Потом обратила ошеломленный взор на Ренцо. – Нет-нет, все нормально… Да-да, ждем вас…

Выключив телефон, она взглянула на дисплей.

– Половина одиннадцатого. Они приедут через 15-20 минут, – сказала она. Обреченно.

Ренцо закрыл глаза. Вихрь разочарования и облегчения прошиб его холодным потом. Он понимал, что так лучше. Если бы у них оставалось больше времени, вероятно, их дружбе пришел бы конец, подарив ему взамен чувство вины на всю оставшуюся жизнь.

– Нужно поторопиться, – произнес Ренцо бесстрастно, вставая с постели. Голос его был спокойным и совершенно не обнаруживал внутренний шторм. Он поднялся, не глядя на Алессию, и, схватив шорты, поспешно натянул на себя.

Алессия, не шевелясь, следила за его движениями. Когда он развернулся, чтобы выйти из спальни, взгляд его уперся в синие глаза.

Сердце остановилось.

Отчаяние, тоска, грусть пылали в них. По глазам казалось, будто в ту минуту она теряла нечто очень дорогое в ее жизни.

– Что… – голос его сорвался. Он вдохнул и попытался еще раз: – Что-то не так?

– Нет, все нормально… – теперь сорвался ее голос. Она тоже вздохнула. – Я… жду, чтобы… ты вышел… Мне нужно переодеться… – сдавленно пояснила она.

– А… Прости, – пробормотал Ренцо и на ватных ногах удалился из комнаты.

Оказавшись в гостиной, он бессильно прислонился к стене. Затем растерянно огляделся. Его вещи были собраны, оставалось закинуть в чемодан только некоторую одежду с сушилки. Он вышел на балкон и взглянул на то, как сушатся, прижавшись друг к другу, их футболки, джинсы, белье, носки... До этого Ренцо не обращал внимания на такие мелочи, но сейчас перед его глазами с немыслимой скоростью промелькнули самые незначительные моменты их совместной двухнедельной жизни.

Он стиснул зубы, сорвал свои вещи с прутьев и бросился к чемодану. Потом как попало запихнул в него одежду и дрожащими руками застегнул молнию. Затем с отсутствующим видом посмотрел на собранный багаж.

Вот и все. Кончен, возможно, самый светлый период его жизни. Никогда еще ему не было так хорошо, легко, уютно и беззаботно ни с одной девушкой. А теперь им предстоит разлука. Навсегда.

«Даже если мы когда-нибудь еще пересечемся, мы никогда не будем так близки и так счастливы…»  – проплыла меланхоличная мысль в его голове.

Раздался звонок в дверь.

Ренцо буквально подпрыгнул от неожиданности. Он обнаружил, что стоит на пороге балкона, прислонившись к стене, и тоскливо смотрит вдаль, поверх крыш домов.

Через полминуты в дверях спальни показалась Алессия и направилась в прихожую, даже не взглянув на него. Затем послышались голоса, приветствия, и еще через несколько мгновений в гостиной возникли хозяева квартиры. Они были совершенно не такими, какими их представил себе Ренцо по рассказам Алессии.

– Я – Пьер, – протянул руку улыбчивый француз лет 40, совсем не похожий на успешного предпринимателя, покоряющего города Франции. Он был человеком с открытой улыбкой, простым и скромным.



Кэтти Спини

Отредактировано: 24.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться