Роза на ветру

Размер шрифта: - +

Часть 2

По возвращению домой нас ждал форменный переполох — отец должен был вернуться с важным гостем, с известием о чем посыльный пришел всего пару часов назад. К счастью, слуги этого дома были привычны к таким непредвиденным визитам и нам с матушкой нужно было лишь позаботиться о себе.

Сказать, что я была взволнована предстоящей встречей с отцом — было бы не верно. Скорее, я ждала ее не больше, чем возможности посмотреть в глаза своему тайному недругу. Ведь именно так он воспринимался мной ввиду совокупности своего безразличия к нашей семье и всех нанесенных мне обид. Но в моих планах не было выказать ему открытое неуважение, например, не спустившись к ужину с этим его важным гостем. Скорее я рассчитывала уязвить его тем же безразличием, которое он дарил нам все эти годы.

Ввиду того, я выбрала самое скромное платье из всех, что велела упаковать с собой моя мать. То, в котором я по обыкновению ходила в церковь — темно- синее, почти черное, со скромной кружевной отделкой и высоким воротником. И, кроме того, отказалась от украшений, которые настойчиво советовала мне Марта, приставленная ко мне горничная.

В назначенный час мы спустились в гостиную. Мама´, одевшаяся в свое лучшее платье и украшения, обратила внимание на мой внешний вид, но ничего не сказала. Если говорить на чистоту, мне кажется, что в тайне она поддерживала все мои протесты против отца, но в силу приличий не могла встать на мою сторону и поэтому делала максимально возможное для женщины в своем положении - не мешала. И я была ей за это благодарна.

Отец и его гость пришли вовремя. Это был пожалуй первый раз в жизни, когда у меня было достаточно времени, чтобы рассмотреть его внешность в деталях. И нет, он не был похож на свои фотографии, которые нам любезно присылал мистер Эббот. На них он выглядел внушительнее, суровее.

На деле же имел невысокий рост, вероятно моя мать была даже выше него, расплывшуюся фигуру, без сомнения поддержанную корсетом, значительно поредевшие, но все еще ярко-каштановые волосы и крайне неприятное выражение благородного лица. Будто он непрестанно ощущал неприятный запах и относился с подозрением к каждому своему вдоху. В целом он выглядел старше своей жены, хотя они и были ровесниками.

Гость походил на моего отца, как бывало имеют нечто общее старые друзья или добрые супруги. Такой же невысокий, обрюзгший, лысеющий, только на порядок старше. Во взгляде его читалась надменность... да что там! Она сквозила во всем, в каждом его движении, в каждом повороте головы.

— Позвольте представить вам, лорд Кормак, пэр! Мой покровитель и верный друг, а это мои жена и дочь. Лидия Браун, урожденная Фазерли и Элизабет.

Мужчина сделал несколько шагов в нашу сторону, чтобы выразить любезность легким поклоном в ответ на наш с мама´ реверанс.

— Фазерли… — протянул он припоминая. — Неужто из тех самых Фазерли? Я, признаться, думал что последний потомок семейства без вести пропал у берегов Мальты девять… а может и десять лет назад?

— Все верно, сер. Но, боюсь, такова судьба всех семейств, не успевших обзавестись достаточным количеством наследников. — Ответила моя мать и вежливо поклонилась.

— Вы правы, в наше время как никогда важно не только оберегать пламя домашнего очага, но и всячески способствовать его распространению. Ваша дочь, юная мисс Элизабет ведь не была еще представлена свету?

— К сожалению так, — ответил отец, перебив свою жену. — Виной тому была внезапная болезнь. Но сейчас она полностью здорова и мы сможем исправить эту оплошность уже на следующей неделе, во время бала в честь баронессы Дюпон, который устраивает граф Саттон в своем лондонском поместье.

— Разумеется. — Согласился мистер Кормак и холодно улыбнулся.

Из гостиной проследовали в столовую, где мужчины говорили все больше о делах, депозитах и облигациях. А мы с матерью молчали. Пару раз она пыталась перевести разговор на темы в которых мы были более осведомлены, но всякий раз отец возвращал себе внимание мистера Кормака очередным экономическим вопросом.

Еда была невкусной, не такой как я привыкла, разговоры не интереснее нашего гостя, которого так же, как и отца волновали темы, о которых я никогда и ничего не слышала, поэтому мне было откровенно скучно. Я была совершенно разочарована окончанием дня, начавшегося так стремительно и полно. От того, стоило мужчинам удалиться в кабинет после ужина, сослалась на усталость и усилившуюся головную боль, чтобы наконец покинуть эти, действительно оказавшиеся душными комнаты и отправиться наверх.

Проходя по коридору мимо кабинета отца, я на секунду задержалась возле приоткрытой двери… Боже! За ней было что-то невообразимое: стены от самого пола до потолка там были уставлены книжными полками! Томики и тома, подобранные один к одному по цвету и размеру приковали мое внимание. Я увидела цифры, нанесенные на полки золотой краской — видимо коллекция книг была столь огромна, что для ее систематизации потребовался каталог.

В поместье у нас также была библиотека, которую я прочла вдоль и поперек, не побрезговав даже книгами по орнитологии, забытыми кем-то из давних гостей. Но она была совсем крохотной, а моя мать редко соглашалась приобретать что-то новое, не желая объяснять причины этих трат зоркому и прижимистому мистеру Эбботу. Тот контролировал доходы-расходы поместья и его жителей и, само собой, докладывал обо всем моему отцу.

— Мисс Браун! — Возмутился отец, решив, что я подглядываю за ними. — Что вы себе позволяете!

— Простите! — Вспыхнула я. — Я… я засмотрелась…

— Ступайте в свою комнату! Мы обсудим ваше поведение после! — Сказал он, захлопывая дверь перед самым моим носом.

Я раскраснелась и, чуть не плача от испуга, помчалась в свою комнату, даже не ответив матери, выглянувшей из гостиной на крики отца.



Олеся Рияко

Отредактировано: 12.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться