Сказки неназываемых земель

Размер шрифта: - +

Глава 8, в которой королеве устраивают проверку, а призраки смеются

 

У этого неба был глубокий лиловый оттенок. Если долго смотреть, то можно было различить извилистые воздушные течения, широкими мутными лентами неспешно плывущие в далекой высоте за облаками. Одни были шире и светлее, другие тоньше и прозрачнее, струились и струились, расчерчивая глубокое небо петлистой многомерной паутиной.

— Красиво, — сказала Эдда, устраиваясь рядом. – Мы вчера на закате смотрели, тоже было здорово. Захотелось рисовать сразу. Я пробовала фотографировать на телефон, но не вышло. Мурху сказал, тут электроника сбоит безбожно. Ну, так она вовсе не работает. Я телефон включаю, а он б-ж-ж-ж – и вырубается. На третий раз включился-таки, я запускаю фотокамеру, а там все в серую крапинку и черт знает что сквозь нее видно. Будто рожи какие пялятся.

Эдда передернула плечами: воспоминание было неприятным. Орна, который лежал на жухлой желтой траве по другую руку от Ри, отозвался:

— Вполне может быть. У нас тут любимая шутка, какую-нибудь гадость показать, если кто пронесет фотоаппарат и попытается сделать снимок.

— Чья «любимая шутка»? – не поняла Эдда.

— Разной мелкой нечисти, в основном… бывает, и привидения развлекаются, — если в доме снимать. По крайней мере, так было лет двадцать назад, когда еще фотоаппараты пленочные были.

Орна сплюнул травинку, которую жевал, и прикрыл глаза, наслаждаясь теплым солнечным днем. От травы пахло медом и сеном, а если скосить глаза направо, то можно было смотреть на задумчивый четкий профиль Ри. Девушка молча сидела, обхватив колени руками и смотрела, не отрываясь, изучая окружающее.

У Эдды и Мурху занятий не было, они бродили, где вздумается. Ри слушала лекции Грамдульва и Фаукета. Потом предстояла экспертиза: Йоро отправился за медиками в Университет-Трех-перевалов. Тем временем в гостинице был аншлаг: собиралось Дворянское и Народное собрание, после экспертизы Фаукет предполагал дать некую пресс-конференцию для уважаемых членов этих собраний.

Сейчас Ри вышла на небольшую передышку и после четверти часа должна была вернуться в гостиницу, где ее ждал Грамдульв.

Гостиница вместить всех не могла, так что рядом еще разбили лагерь, и вся долинка у священной рощицы с переходом пестрела палатками и шатрами самых разнообразных оттенков и расцветок. Это больше походило на какую-то ярмарку или праздничный фестиваль, чем на серьезное мероприятие. Родеберт вытряс деньги из Фаукета, который был, как поняла Ри, главным казначеем Королевского совета, и полностью погрузился в организацию питания и увеселения почтенной публики, к которой постоянно примешивались местные, туристы и заинтересованные путешественники. Родеберт, пользуясь тем, что Фаукету было не до него, развернулся во всю ширь своей щедрой души.

Нанял обслугу, заказал еды и выпивки, приплатил бродячим артистам, которые случаем оказались рядом, так что вскоре с палаточным лагерем образовался небольшой увеселительный городок.

Грамдульв сразу сказал Ри, что она в этом участия не будет принимать. Сначала проверка, лекции, потом, если все будет в порядке, то разве что выйдет поприветствовать.

Мелькать в толпе запретил.

— Одной нельзя, а в компании тебя сразу вычислят, — сказал он. — Сейчас это ни к чему.

Поэтому, пока Мурху и Эдда гуляли по окрестностям, Ри сидела в одной из гостиничных комнат и прилежно слушала рассказы Грамдульва и Фаукета. В сказках-то едва упоминались некоторые названия, а о том, что и как организовано, не было ни слова. Сначала Ри думала, запомнит и так, но потом пришлось записывать. Орна оставался с ней, и как, подозревала девушка, слушал иногда с неменьшим интересом — он отставал от современности почти на два десятка лет.

— Главное, что тебе нужно запомнить, — говорил Грамдульв, когда был его черед рассказывать, — что у тебя никакой власти не будет. Все это время мы залечивали раны, и учились дышать заново после кровавых игр твоего отца. Ты будешь не более чем маленькой хорошенькой куклой, но и так… ты нужна неназываемым землям. Это один из законов этого мира, и так просто должно быть. Если тебе понадобится, соберем какой-нибудь поэтический турнир, там подберут образное сравнение и придумают прозвище, а пока просто держи на уме, что ты никто, и важна только тем, что в твоих жилах течет кровь королей. Любое поползновение, попытка прыгнуть выше головы — и в Крестовых башнях для особ королевской крови есть специальные покои.

Ри только вздыхала, всем видом показывая, что никаких поползновений у нее нет.

Конечно, помимо этого, Грамдульв рассказывал и немало интересного — Ри аккуратно записывала, чтобы потом перечитать и крепко запомнить. О дуумвирате Северных провинций, о южных герцогствах, о клане мореплавателей Эбо-раган, негласных властителях прибрежных южных и западных земель, о сварливых и скорых на расправу полуразбойничьих маленьких княжествах на востоке, за горами.

О самих горцах, живших на костях земли, родичах драконам.

О том, что неназываемые земли — третий по величине материк, что с остальными общаются мало — дорога через океаны долга и опасна, и ближайшие соседи, Архипелаги Прва-за-каухе последнее время подумывают о том, чтобы войти в состав неназываемых земель.

Когда Грамдульв выдыхался, его сменял Фаукет, и оба сожалели о том, что Йоро отправился за мудрецами — тот знал куда больше о нравах и обычаях всех доминионов.

Фаукет рассказывал о том, с кем из знати и влиятельных граждан можно дружить, кого опасаться, при ком надо держаться строго, кому нельзя дерзить, и еще немного о деньгах.

Это после того, как Грамдульв сказал, что Ри внешне больше похожа на отца, чем на мать — и в словах его было нескрываемое огорчение. Ри, не зная, как ему отвечать, спросила, выбивают ли профили королей на монетах.



Ярослава Осокина

Отредактировано: 22.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться