Тонкая грань

Размер шрифта: - +

Глава 3

– Ты хоть иногда используешь остатки мозга? – окинув взглядом распахнутую входную дверь, Аллан, стащив ботинки, прошёл на кухню, где вытряхнул на стол съедобную часть содержимого рюкзака.
Лари обладает дурной привычкой забывать закрыть за собой дверь. На сей раз это пригодилось, но если учитывать его связь с наркотиками, подобное Аллан всегда считал верхом безрассудства.
– Я уже собирался закрыть её, как услышал шум, – оправдался Лари, вспомнив о своём долге, он занервничал. – Ты прав, мне стоит быть осторожнее.
– Прав? Ты уже что-то принял? – усмехнулся Аллан, проверяя содержимое холодильника. У Лари меню оказалось не лучше: кусок сыра обросший плесенью, открытая банка фасоли (судя по запаху, ей столько же, сколько и сыру), в самом углу лежало несколько кусков хлеба. Собственно на этом ассортимент заканчивался. Остальные полки занимали стеклянные колбы, таблетки, шприцы.
– Мда…– выдохнул Аллан.

Лари пожал плечами. Парень он несмотря на своё пристрастие довольно умный, неплохо разбирается в компьютерах. Учился в колледже, однако, забросил всё спустя год. В свои девятнадцать, из-за наркотиков выглядит на двадцать семь — тридцать. У него тоже паршивая ситуация с семьёй. Отец бросил их, когда Лари было пять. Спустя двенадцать лет одиночества вперемешку с непродолжительными отношениями, его мать вновь вышла замуж, переехав к новому мужу. Она забрала Лари с собой, но через год, он сам решил съехать на их прежнюю квартиру. Ужиться со сводными братом и сестрой ему так и не удалось. Мать часто срывалась на Лари, обвиняя в том, что он пытается разрушить её новую семью. Долго так продолжаться не могло, Лари терпел ровно столько, сколько мог. В день своего восемнадцатилетия он собрал вещи и уехал.
– Между прочим, сыр с плесенью это деликатес, – подметил он, упав в одно из кресел, которые давно несли службу кухонных стульев.
– Тогда я покрошу его на твою половину пиццы, – захлопнув дверцу микроволновки, Аллан уселся в кресло напротив, и закурил. При глубоком вдохе внимание привлекло ноющее от боли нижнее ребро, он закашлялся.
– Эй, друг, ты в порядке? – подавшись чуть вперёд, растерянно спросил Лари.
– Дай лучше обезболивающее, если есть, – хрипло ответил Аллан, засунув сигарету в переполненную пепельницу, из которой на стол выпадали окурки.
– Да пожалуйста, этого добра у меня навалом.
– Только обезболивающее, без всяких твоих штучек, – предупредил он, заведомо зная, какую весёлую таблетку может подсунуть Лари.
Колу наконец можно было открыть, ею он запил несколько капсул какого-то сильного препарата. О себе Лари тоже не забыл, глотнув пару таблеток, об эффекте которых Аллан даже знать не желал.
Пицца оказалась не такой мерзкой, как парни ожидали, хотя в случае Аллана, после нескольких дней голодовки и сыр Лари наверняка был бы принят за лакомый кусочек. Желудок довольно заурчал, хотя этого оказалось мало. Боль в теле от недавней встречи быстро испарилась, и он, не в состоянии поддерживать беседу с всё менее адекватным Лари, спустился к себе.
Сняв лишь ботинки и куртку, Аллан упал на кровать, впервые за несколько дней, погрузившись в беспробудный сон.



Кристина Дэвер

Отредактировано: 22.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться