Жертва

Размер шрифта: - +

11

Он осознал самобытие, не видя ничего ни в себе, ни снаружи. Не было ни внешнего, ни внутреннего, ни света, ни тьмы. Безысходность и страх одиночества толкали к безумию. Хотелось исчезнуть, забыться и никогда не вспоминать, что здесь, кроме него, никого нет!

И разум не выдержал. Он взорвался, и вспышка отчаяния расщепила единое прежде восприятие. Мир разворачивался, как пружина, а мысли твердели, застывая материей. Из пустоты формировались пространство и время, из ничего возникали галактики.

Сознание заснуло, засияв фальшивой реальностью. Страдая, оно наслаждалось бесконечной игрой, то взлетая в небеса райских сфер, то падая в бездны измерений ада. Страстями бесчисленных перерождений зашумел сон…

Но когда-нибудь в нем найдется ключ к пониманию своей истинной сути. Пустота всего сущего снова раскроется, страх одиночества запустит сансару, и этот танец неведения и просветления никогда не остановится в вечности…

 

На этот раз он проснулся от мелодичного звона колокольчиков и ритмичного, однообразного пения.

Глаза открылись. Хану лежал, дожидаясь, когда из сознания исчезнут последние обрывки жутковатого сна. Его послевкусие пока еще холодило сердце, заставляя мурашки бегать по телу. Мгла и вечное одиночество были слишком свежи в памяти. Но страшная пустота теперь позади. Кошмар не в силах затянуть его в черную бездну.

Он слишком часто стал создавать во снах мир. Повод задуматься. В подсознании, видимо, лежала разгадка, и она тревожила его во снах. Их содержание плохо запоминалось, да он и не особо хотел вспоминать, считая, что это вряд ли ему понадобится. Сейчас больше интересовало происхождение непонятного звука. Его источник был где-то рядом.

Инна еще спала, зарывшись в подушки. Похоже, шум совсем не мешал ей.

Хану повернул голову, чтобы услышать больше, и девушка мгновенно проснулась. Она открыла глаза. Совершенно ясные. Видимо, Инна спала, как дельфин, у которого полушария мозга отдыхают по очереди, внимательно отслеживая любую необычную активность. Порой ее рефлексы заставляли Хану подумать, что он смотрит на киборга. И вот сейчас у этой машины включилось питание.

Секунду Инна прислушивалась, будто пролистывая в уме картотеку с эталонными звуками, но, разобравшись в чем дело, снова накрылась подушкой. Неизвестный объект опознан, классифицирован и более не представляет интереса. Наверное, внутри у нее что-то щелкнуло, и она снова вошла в режим сна. Погасла красная лампочка, из поля зрения исчезли таблички и графики, и на черном фоне оставался только пульсирующий белый курсор…

Реакция Инны только разожгла интерес. Хану бесшумно оделся и направился в душевую, чтобы на всё посмотреть самому. Там находилось небольшое окно, выходящее на другую сторону дома. На нелегальном положении следовало бы избегать чужих глаз, но спать не хотелось, и любопытство после недолгой борьбы легко справилось с осторожностью.

Инна что-то тихо пробормотала из-под подушки. Хану не разобрал ее слов, и несколько секунд медлил, прислушиваясь. Но девушке, видимо, стало лень повторяться, и она сонно махнула рукой.

Прокравшись к окну, Хану обнаружил источник странного шума. Между деревьями петляла тропинка, где сейчас топталась местная молодежь: высокий парень стучал медными тарелочками, длинноволосая девушка трясла колокольчиком, а остальные негромко хлопали в ладоши и, приплясывая, монотонно тянули что-то однообразное. В целом они неплохо сыгрались, а ритм песенки, видимо, обладал гипнотическим действием, что было хорошо заметно по выражению их лиц. Полузакрытые глаза, легкая блаженная улыбка – симптомы транса выглядели типично и легкоузнаваемо. Интрига пропала, а реакция Инны теперь выглядела естественной и понятной. Ребята, похоже, состояли в местной религиозной секте и, ожидая кого-то, занимали себя музыкальной импровизацией.

Оставив их заниматься своими делами, Хану вышел на веранду подышать свежим воздухом, наполненным густым ароматом цветущих растений. Удобно устроившись в гамаке, он долго слушал удалявшийся звук прилипчивой мелодии, которая потом еще долго крутилась у него в голове.

День выдался прекрасным и тихим. Солнце только начинало карабкаться в ясное небо, и все вокруг намекало, что неприятности позади, а воспоминания о ночной страсти сделали настроение оптимистичным и легким.

Расслабленно жмурясь, Хану наслаждался моментом. Как хорошо было бы не заглядывать в будущее, не думать о прошлом, а вот так, подставляя лицо теплым лучам солнца, позволить всему просто быть. Пусть всё происходит своим естественным образом. Пусть мир незаметно и мягко течет мимо, не задевая бурлящим потоком событий. Для этого надо только убраться с дороги. А потом спокойно и безучастно смотреть на всё издали. Но как это сделать, и где найти такое безопасное место?

Незаметно для себя Хану всё больше погружался в тяжелые мысли, тем более что поводов для их появления было достаточно. Ему хотелось бы сохранить позитивный настрой, но утренняя легкость растаяла без следа, сменившись тревожностью.

Итак, охота объявлена. По следу уже бежали ищейки, загонщики занимали позиции, а он еще даже не видел красных флажков. После его побега город, должно быть, перевернули вверх дном. Анклав требовал жертвы, и Хану понимал, что надежд на счастливый финал практически нет. Бюро не успокоится, пока его не поймает. За ним станет гоняться полмира. И как будто всего этого недостаточно, он прихватил с собой дочь директора…



Евгений Кострица

Отредактировано: 27.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: