Меня почему-то добило не признание Чечилии самой себе, а то, что она решила не искать встречи с Леонардо. Это так честно и так больно. Она не делает из чувства красивую авантюру, не оправдывает себя тем, что ничего не случилось, а сразу понимает, где начинается опасность. И Лодовико в этой главе неожиданно живой — не просто властный мужчина, а человек, которому тоже можно причинить боль.
Очень сильные главы. Удивительно, как здесь одновременно жаль всех троих: Чечилию, Лодовико и Леонардо. Больнее всего, что измены вроде бы нет — ни слова, ни прикосновения, — а трещина уже прошла. И Лодовико это чувствует, хотя не может назвать. Сцена после Ка-Гранды получилась очень взрослая: не про красивую запретную любовь, а про живых людей, которых невозможно просто разложить по ролям.
Мира Найтли, так у Лео было каждый раз больше, чем 20 тысяч знаков. Он специально публикует большие главы или сразу две. То и удивительно, что колокольчик не срабатывает. Это глюк какой-то.
Какой яркий и достоверный мир. Как будто затягивает в себя! Это чудо что такое. Герои, быт, речи - всему веришь. Отдельное спасибо за сноски. Обожаю виккингов!
Мне очень понравились новые главы. Столько эмоций у героев. Причем разных. Я не скажу, что от ненависто до... Но все же сначала-то они как бы обижают друг друга.
Спасибо за продолжение! В этой истории Леонардо совсем не похож на того привычного старца с "туринского портрета") И чего не поцеловал Чечилию... мог бы.
Лео Любавин, вот про "бла-бла-бла" и давай - пиши подробнее)). Если бы Чечилии Леонардо не нравился она бы не побежала к нему в ночи. А герцог то узнает? У-у-у...