• Литнет
• Литературные блоги
• Там, где сны оживают, а демоны говорят шёпотом

Там, где сны оживают, а демоны говорят шёпотом

Там, где сны оживают: работа над «Демоном моих снов»

Я редко рассказываю о процессе до публикации. Но этот мир слишком цепко держит меня за горло, чтобы молчать. Слишком глубоко прорастает под кожу. И, кажется, я готова впустить в него вас.

Прямо сейчас, глава за главой, рождается история Мараны и Элеона. Это не просто романтика и не просто фэнтези. Это путь по лезвию между сном и явью, ненавистью и одержимостью, разрушением и чем-то гораздо более хрупким. Чем-то, что они оба отчаянно отрицают. Но сердце не обманешь — моё бьётся чаще с каждым новым словом. Боюсь, с вами будет то же самое.

Марана — не та героиня, что будет ждать спасения. Она сама шторм. Ломает, жжёт мосты и заходит в чужую душу, не спрашивая разрешения. Элеон — демон, познавший вкус власти и ледяного одиночества. Он привык повелевать. Но не ею. Их встречи не должны были случиться. Вот только сны не спрашивают, готов ли ты. Они просто приходят. И меняют всё.

Вчера я вычитывала первые четырнадцать глав. Даже на перечитывании между ними искрит так, что у меня перехватывает дыхание. Они колючие, невыносимые, ранят друг друга словами и поступками. Но именно в этих трещинах прячется та самая магия. Химия, которую не сыграть и не придумать искусственно. Смотришь на них — и понимаешь: это либо уничтожит обоих, либо станет легендой.

Счетчик пока замер на 28-й главе. Но там, впереди, уже зреет то, ради чего стоит ждать. А пока позвольте мне приоткрыть эстетику этой истории. Ловите настроение «Демона» в коллажах.

А напоследок — маленький отрывок. Кусочек той самой искры, с которой всё началось:

---

Она вздёрнула подбородок. Гордо. Вызывающе. Пламя в её глазах плясало опасным танцем, а светлые волосы — белёсые, как лунный свет, как первый снег, — скользили по обнажённым плечам, мягко поблёскивая даже в полумраке. В этом сумраке она не пряталась. Не трепетала. Она стояла так, будто это он пришёл в её сон, а не наоборот. Слишком спокойная. Слишком дерзкая. Слишком настоящая для той, кого пытаются запугать.

— Ты думаешь, я испугаюсь? — голос Мараны прозвучал ровно, с лёгкой хрипотцой, от которой у него что-то дрогнуло внутри. — Ты всего лишь сон, Элеон. А я просыпаться умею.

Она сделала шаг назад. Он — два шага вперёд. Медленно. Так, словно расстояние между ними было чем-то личным, чем-то, что он собирался уничтожить. Тьма за его спиной сгустилась, ожила, задышала в такт его сердцу. Холодная, густая, она стелилась по полу, касалась её босых ступней, но Марана даже не вздрогнула. Вздрогнуло кое-что другое. Там, глубоко внутри, где страх и желание сплелись в тугой узел.

— Тогда почему... — его шёпот опередил прикосновение. Коснулся виска, скользнул по скуле, замер у самых губ. Пальцы сомкнулись на её запястье — твёрдо, но не грубо. Она почувствовала жар его кожи. Или это её собственная кровь вскипела? — ...ты до сих пор здесь?

Мир сузился до их дыхания. Где-то там, за окнами, жила реальность. Но здесь и сейчас существовали только его глаза — бездонные, тёмные, затягивающие, — и её светлые волосы, в которых запутался сумрак, словно сама тьма хотела прикоснуться к ней поближе. Но она не стала отступать. Не стала опускать взгляд. Только подбородок чуть выше. Только пульс быстрее.

Ответа не было.
Но тишина между ними заговорила сама.

Его пальцы скользнули выше — от запястья к локтю, медленно, изучающе, оставляя за собой дорожку мурашек. Она не отшатнулась. И это молчание сказало больше, чем любые слова.

— Твоё молчание, — он наклонился к самому её уху, и дыхание обожгло кожу, — громче любого крика.

Марана замерла. Не от страха. От того, что он был прав. Абсолютно, чертовски прав.

---

Вот так всё начинается. И это только первые искры. Дальше будет жарче. Остаётесь со мной?