Первое лицо и прочие начинания

Автор: Мара Вересень / Добавлено: 02.12.21, 20:29:24

Всем привет. Сегодня будет обо мне любимой и дебютах. У меня на 1 декабря их 3в1.

Первый. Пробую писать от первого лица.

Второй. Пробую писать, чтобы ЛФР.

Третий. Пробую писать, чтобы весело.

Страшно-то кааак! Ужос!

Предыстория. Эта песня (я про “Я не поняла” Сердючки) меня просто довела до ручки. Вертелась в голове, не переставая, и с этим надо было что-то делать. Я и сделала. Перевела, так сказать, свои мучения в иную плоскость. День был рабочий, но на клиента было не густо, так что я откровенно валяла дурака и ваяла шыдэвр. Должно быть, я странно выглядела, когда азартно колотила по клаве, иногда замирая и подхихикивая. Коллега время от времени косилась на меня, но она была из посвященных в тайну моей литнетовской жизни, поэтому молчала, сообразив, что со мной происходит. Так появилась Ринка, она же Мариана Стержинская, она же светлейшая княжна Мари-Эн. А все хорошее и не очень в ее характере навеяло песней.

zHppjfpHfcwYbluNlyz1f7kiKaVgsVbCdLHZJyczKqqyFxHMC2gXMwjMEPKh9phvUTF7of4g3dUrc3xPJ-j-jcfdoJtckPHoSXU3fIv9ixS7LUQAP7s7Ind19eaOAolTSLhM-toa

Главные действующие лица представлены на обложке, впрочем, можете представлять их сами, как душе будет угодно.

Любимый кусь.

— Извольте объясниться.

Я поняла, что летающие звездочки, выпрыгивающее сердце и падающая на пол со звуком кувалды челюсть в мульт-индустрию привнес человек знающий. Ибо летали, выпрыгивало, и падала.

— Эээ… мнэ… ну…

Я пыталась сформулировать хоть какую-то мысль, но муки разума были невыносимы. Как там благородные дамы выходят из щекотливых ситуаций? Именно! Падают в обморок.

— Мне дурно, — выдала я, свела глазки к переносице и, картинно поднеся ручку ко лбу, изящно осела (ну ладно, неуклюже брякнулась) на ковер. Хм, действительно мягкий.

Что ж, лежу, жду, пока меня в чувство приводить начнут. Подошел, наклонился, посмотрел внимательно и сапожком чуть пониже спины потыкал, проверяя наличие сознания, но там, куда он потыкал, сознания никогда-то и не наблюдалось, одно бессознательное, которое вечно на приключения тянет.

— Хамло! — тихо, но выразительно процедила я.

Громко было нельзя, поскольку обморок.

О том, что было дальше, здесь.