А ведьмы здесь тихие

Часть 1. Глава I

Нежить завелась в нашем медвежьем углу. Сначала и не понял никто, так, ходила выла протяжно, тоскливо. Мужики спьяну ей подпевали даже, пока одного такого певца не нашли по утру на крылечке дома. Можно было бы принять его за спящего, так он спокойно сидел на низеньких ступеньках, если бы не отсутствующая голова да длинный кровавый след. Мужики деревенские, вооруженные чем бог послал, пытались по этой дорожке выследить тварь, только она доходила до края леса и там обрывалась. Бабам и ребятне строго-настрого запретили соваться в этот самый лес в одиночку, пусть берут с собой мужичка крупного с рогатиной, а лучше и вовсе забыли про ягоды и грибы, покуда не будет поймана паскудница и не предана суду людскому.

Но бабы деревенские дурные да смелые больно. Дурость эта образовалась, когда они вместе с мужиками местными три лета назад медведя шатуна от деревни отгоняли. Что им нежить какая-то. Так они думали, пока трое деревенских вместе с Лесничихой не сгинули в том лесу. Нашли их только на третьи сутки, лесной зверь оставил от них лишь косточки белые, но головы нежить с собой утащила.

Мне и дела не было до этого чудища бессовестного, покуда оно меня стороной обходило, но тварюга окончательно последние мозги растеряла и принялась выть свои тоскливые песни у меня под самыми окнами, не давая ведьме приличной спать.

– Что же вы, не захотели своим односельчанам помочь? – кривовато усмехнулся маг.

Я в ответ состроила не менее кислую мину.

– А оно мне надо? Эти односельчане, как соберут урожай, неделю пьянствуют, а как напьются, так сразу ко мне прутся. То сжечь меня пытаются, то утопить, а в последний раз так вообще повесить меня на березе надумали. До сих пор копчик ноет, как под моим весом ветка обломилась.

– Злопамятная, значит, - добавил маг помоложе да понаглее.

Он как увидал мои растрепанные волосы да как узнал, что я ведьма местная, так и нарисовалось брезгливое выражение на гладком лице и все не сходит. Посмотрела бы я на него, ежели б ему три ночи подряд нежить спать не давала своими завываниями. Благо хоть староста, пьяница старый, сообразил-таки выписать из ближайшего города магов.

Из Мелена до нас пять дней верховыми добираться, а эти за два примчались, не поскупились маяком прыгнуть (телепортом, по-научному).

Рыжая рассказывала, как староста перед ними расшаркивался, чуть лоб себе не расшиб, пока кланялся. Деревенские его первый раз в году трезвым увидали. Разместил гостей городских в своем доме да выделил господские спальни. Люди у нас дремучие, слыхом не слыхивали про гостиницы. Не на сеновале ж им стелить.

– Дра-а-асте, – проблеяли у калитки.

А вот и Рыжая явилась. Девка эта уже не первый год ко мне шастает, все пытается научиться мастерству ведовскому. Только толку чуть, в голове у нее одни мальчишки деревенские да свадебка скорая. Все пытается вызнать у меня рецепт зелья приворотного. А Рыжая она потому, что больно надо было мне запоминать имена деревенских, когда я сюда забрела, кто ж знал, что еще не скоро смогу покинуть эдакую глухомань. Так и получилось, кто Косой у меня, кто Рыжий, а кто вовсе неназванным остался.

– А чего это вы тут делаете? – прищурив один глаз и теребя без устали толстую косу, продолжила девушка. – Свататься, что ль, пришли к нашей ведьме?

Говорю ж, в голове одна солома, да и та сопрелая. Спасать надо мою больную голову да ее дурную от стыда. Не то разнесется слух по деревне быстрей запаха навозного, что магам городским приглянулась ведьма деревенская.

– Иди-ка, я там в книге приворот один нашла да никак закорючки эти разобрать не могу, - цыкнула я на нее.

Девчонка тут же забыла и про меня, и про магов, припустила так, что еще чуть и снесла бы своей пудовой косой калитку вместе с забором. С магов хоть сейчас картину пиши, такое у них было выражение лица презабавное. Старший маг еще держался, а у меньшого глаза от возмущения на челку вылезли.

Результат приворота-отворота еще ни одна наука доказать не может, а все ж гильдиями такие зелья запрещены, что ведовскими, что маговскими. Да только на ярмарках этим вовсю кочевой народ промышляет.

– Запрещенной магией занимаетесь, госпожа? – вроде как сурово вопросил старший маг.

– Больно надо, - проворчала я. – Могу документы показать, или вон избу мою прошерстите, авось чего-нибудь лишнего выкинете, а то все никак руки не доходят убраться.

Второй маг вроде уже рот открыл выразиться, но старший его опередил:

– Да мы верим вам. Лучше скажите, вы эту самую нежить видели? Деревенские ничего конкретного нам сказать не смогли.

– Вы их больше слушайте, не видали они ничего. Да и мне не до гляделок было. Она ж, паразитка, все ночью бродит. Лучше у язычников спросите, у них один пацан вроде ее рожу в окне разглядел.

Маг удивился, даже вперед подался.

– Язычники? Что они тут забыли?

– Знамо что, веру свою проповедуют. Пол деревни уже круги божественные поснимали, да звезды их напялили. Носятся по округе, песни поют.

Ох, и житья мне от этих иродов нет. Все ходят ко мне и ходят, как на дойку вечернюю. Песни свои заунывные распевают, весь двор мне своими варевами изгадили. Лучше уж с нежитью куковать, честное слово, у нее хоть иногда репертуар меняется. А эти как затянут про своих богов, какие они расчудесные, зубы ныть начинают на втором куплете. А начнешь их гонять, так это их только раззадоривает.



Александра Совушкина

Отредактировано: 01.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться